Часть 9

Глава 9. Мысли о главном Ночью, лёжа в своей постели, Ренгоку смотрел в потолок и думал. Они встречаются уже больше двух месяцев. Целуются так часто, что губы привыкли к вкусу друг друга. Проводят вместе вечера, делятся секретами, ссорятся из-за ерунды и мирятся через пять минут. И Кёджиро хотел большего. Не просто поцелуев. Не просто объятий. А чего-то… полного. Настоящего. Когда нет одежды, нет границ, нет «ещё не время». Мысль о том, чтобы лечь с Акадзой в постель, вызывала у него дрожь. Не от страха. От предвкушения. — Боже, я схожу с ума.

~~~

На следующей неделе случилось то, что Ренгоку назвал «эффектом домино». В понедельник они поссорились из-за того, что Акадза опять пришёл к нему в кабинет без стука и застал его за поеданием бэнто в одиночестве. — Ты мог бы пригласить меня! — Ты мог бы постучать! Они не разговаривали три часа, а потом Акадза принёс ему новый бэнто, с угрём, двойной порцией, и поцеловал в щёку. Мир восстановился. Во вторник Ренгоку случайно увидел, как Акадза закатывает рукава рубашки. Обнажились предплечья — жилистые, с выступающими венами. Кёджиро уставился на них и забыл, что хотел сказать. Акадза заметил, усмехнулся и специально потянул рукав выше. — Нравится? — Отвали. В среду они остались в школе после уроков. Акадза проверял контрольные, Ренгоку сидел рядом и читал книгу, но не понимал ни слова. Потому что нога Акадзы касалась его ноги под столом. И не убиралась. — Ты делаешь это нарочно? — Что именно? — Трогаешь меня. — Я ничего не трогаю. Это стол маленький. — Стол огромный! Акадза поднял глаза и улыбнулся — той самой улыбкой, от которой у Ренгоку подкашивались колени. — Хорошо. Я трогаю тебя нарочно. Что ты сделаешь? Ренгоку встал, подошёл к нему, сел прямо на стол и, взяв Акадзу за подбородок, поцеловал так, что тот выронил ручку. — Вот что я сделаю. — Если ты будешь так делать в школе, нас уволят. — Тогда не трогай меня под столом. Идём домой, я хочу пить чай. — Ты хочешь не чай. Кёджиро покраснел до корней волос. — Молчи. Они вышли из школы вместе, и в машине Акадза всю дорогу держал его за руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону ладони. Простое прикосновение, а у Ренгоку внутри всё кипело. В четверг вечером они смотрели фильм дома у Акадзы. Лежали на диване, обнявшись, и Ренгоку чувствовал, как сердце Акадзы бьётся в такт его собственному. — Я хочу тебя. Вдруг сказал Акадза. Просто. Без предисловий. Кёджиро замер. Потом медленно повернул голову, чтобы посмотреть на него. — Я знаю, я тоже. — Тогда почему мы всё ещё ждём? Ренгоку прикусил губу. Вопрос был честным. И ответ был только один. — Потому что я хочу, чтобы это было особенным. Не наспех, между фильмами. А так, чтобы запомнить на всю жизнь. Акадза посмотрел на него долгим взглядом, потом кивнул. — В субботу вечером. Я всё подготовлю. — Что значит «всё подготовлю»? — Увидишь. Он поцеловал Ренгоку в лоб, и на этом разговор закончился. Но в голове у Кёджиро больше не было мыслей о фильмах, книгах или сочинениях. Только одна: Суббота. Послезавтра.