Часть 28

Глава 28. Обед

Утро воскресенья началось для Барса в гараже. Он сидел на диване, закинув ноги на ящик из-под инструментов, и смотрел в телефон. Лорд спал на лежаке, изредка дёргая лапами во сне. В чате «Гараж» кипела жизнь. Барс: Пацаны, я сдохну. Она опять вчера в одном свитере спустилась. Без штанов, блядь. Вал: Без штанов? Вообще? Барс: В трусах. Но свитер едва жопу прикрывал. Я весь вечер сидел и смотрел. Лёха: А она что? Барс: Делала вид, что так и надо. Кофе пила. Потом за книгой тянулась. Я ей вслух описал, какая у неё задница. Егор: Ты вслух описал её задницу? Прям словами? Барс: Ага. И грудь. И ноги. Всё описал. Вал: И она тебя не убила? Барс: Нет. Убежала и дверью хлопнула. Но не ударила. Лёха: Так, может, хватит уже? Ты её трахни, и дело с концом. Барс: Не могу. Егор: Почему? Барс: Потому что она меня ненавидит, блядь! Она мне это каждый день говорит. Егор: Слушай, Барс. Я тебе серьёзно говорю. Трахни её. Она тебя дразнит, ты её хочешь, вы женаты. Хватит этих игр. Просто возьми и трахни. Вал: Егор, ты ебанулся? Егор: А что? Они оба мучаются. Она не бьёт его уже неделю. Он описывает её сиськи вслух. Это не война, это прелюдия какая-то. Барс: Ты не понимаешь. Если я её трону без спроса — всё. Конец. Егор: А если она сама хочет, чтобы ты её тронул? Барс: Не хочет. Егор: Ты уверен? Потому что со стороны это выглядит так, будто она тебя провоцирует. Лёха: Егор прав. Она тебя провоцирует. Но трахать насильно — хреновый совет. Егор: Да я не про насильно. Я про то, чтобы он перестал играть в эти гляделки и просто взял ситуацию в свои руки. Барс: Я не могу. Я слово дал. Егор: Ну и дурак. Барс отбросил телефон и потёр глаза. Разговор не помогал. Егор со своим «просто трахни» вообще бесил. Будто это так просто. Будто речь не о Полине — девушке, которую он любил до одури и которую сам же разрушил. Лорд поднял голову и навострил уши, учуяв что-то за дверью гаража. Через секунду послышался звук открывающейся входной двери. Полина вернулась из магазина. Барс вздохнул и пошёл в дом — посмотреть, что на этот раз. Он вошёл в гостиную и замер. Полина стояла посреди комнаты, прижимая к груди что-то рыжее и пищащее. В пакете у её ног позвякивали баночки с кошачьим кормом. Лорд, прибежавший следом, встал как вкопанный, шерсть на загривке поднялась, и из его груди вырвался низкий, утробный рык. — Лорд, фу! — Полина попятилась, прижимая котёнка крепче. — Фу, Лорд! Это свой! Котёнок — крошечный рыжий комок с голубыми глазами и грязными ушками — пищал, цепляясь коготками за её свитер. — Это что за хрень? — Барс шагнул вперёд, хватая Лорда за ошейник. — Ты кого притащила? — Котёнка, — она подбородком указала на пакет. — Я из магазина шла, он у помойки сидел. Один. Под дождём. Я не могла его там оставить. — Ты притащила в дом кота? С Лордом? Ты вообще думала?! — Я думала! — её голос зазвенел. — Я думала о том, что он замёрзнет и умрёт там! У него даже глазки гноятся! Лорд снова зарычал и рванулся вперёд. Барс еле удержал его за ошейник. — Убери его, Полина. Отнеси туда, где взяла. Или в приют. — Нет! — она отступила ещё на шаг, и в её глазах блеснули слёзы. Самые настоящие, не игровые. — Я не брошу его. Я его уже Винтиком назвала. — Каким, блядь, Винтиком? Ты серьёзно? — Барс отпустил Лорда, предварительно закрыв пса в гараже, и повернулся к ней. — У нас в доме стаффордшир. Охотничья порода. Ты понимаешь, чем это кончится? — Я приучу их! — слеза скатилась по её щеке. — Лорд умный. Я буду держать котёнка в своей комнате, пока они не подружатся. Я сама буду за ним убирать, кормить, лечить. Ты вообще можешь не касаться этого. Это мой кот. Мой! — Это мой дом! — рявкнул он. — А я твоя жена! — крикнула она в ответ, и голос сорвался на рыдание. — Или это только когда тебе удобно?! Ты мне вещи перевёз без спроса — и ничего! Ты меня запер здесь — и ничего! А я не могу котёнка спасти?! Он замер. Она стояла перед ним, маленькая, заплаканная, прижимала к груди рыжий комок и дрожала. Не от холода — от отчаяния. Винтик — боже, она уже дала ему имя — пищал и тыкался мокрым носом в её шею. — Блядь, — выдохнул Барс, отворачиваясь. — Ты невыносима. — Спасибо, — всхлипнула она. — Я не согласился ещё. — Твоего согласия не требуется. Он повернулся и посмотрел на неё. На эту картину: растрёпанная блондинка, грязный котёнок, слёзы на щеках. И что-то внутри треснуло. — Ладно, — сказал он глухо. — Пусть остаётся. Но если Лорд его сожрёт — я не виноват. — Не сожрёт, — она вытерла щеку плечом. — Я их познакомлю. Медленно. — И назвала ты его фигово. Винтик — что за имя для кота? — А какое надо? Барс подошёл ближе, заглянул в рыжую мордочку, и уголок его губ дрогнул. — Обед, — сказал он. — Что?! — Обед. Потому что если Лорд до него доберётся, это будет обед. Полина возмущённо ахнула и стукнула его кулачком в плечо. — Ты чудовище! — Зато честное, — он поймал её кулак и чуть сжал. — Обед так Обед. Привыкай. — Его зовут Винтик! — Ну, разбирайтесь с Лордом, кто кого переубедит, — он отпустил её руку и направился к лестнице. — Я в душ. А ты иди знакомь своего Винтика-Обеда с псом. Только крикни, если он его есть начнёт. Я хоть посмотрю. — Ненавижу тебя, — бросила она ему в спину. — Знаю, — ответил он, не оборачиваясь. Но когда дверь ванной закрылась, он прислонился к стене и тихо рассмеялся. Котёнок. Она притащила котёнка. В их дом, где они орали друг на друга и вели сексуальную войну. Рыжий, грязный, больной котёнок с именем Винтик, которого он тут же переименовал в Обед. И она защищала его так, будто от этого зависела её жизнь. — Ты попал, Барс, — прошептал он своему отражению. — Окончательно попал. В гостиной Полина сидела на корточках перед закрытой дверью гаража и гладила котёнка. Лорд скулил с той стороны, но уже не рычал — просто нюхал щель под дверью и тихо повизгивал. — Ничего, Винтик, — прошептала она. — Привыкнут. Мы тут все привыкаем. И впервые за долгое время она улыбнулась без злости. Просто улыбнулась. Рыжий котёнок мурлыкал на её коленях, и это было самым тёплым, что случилось с ней за последние недели. Кроме его рук, его голоса, его взгляда. Но об этом она пока не хотела думать.