Дата: 5 июля 1885

Небо плакало. Сильно, безудержно. Но то были слезы радости. Впереди, где-то над поместьем повисло теплое летнее солнце, снисходительно наблюдая за двумя влюбленными. Их уединенное свидание прервал внезапный июльский ливень. Плед, корзинка, недоеденный завтрак и туфли были безжалостно оставлены на растерзание природе, в то время как молодые люди неслись по траве, сверкая пятками. Земля под ногами хлюпала, мокрые пряди били по лицу. Сначала Билл старался не убегать далеко вперед, оставляя Марго позади, — та бегала значительно хуже, да и промокшее насквозь платье добавляло тяжести — однако в итоге переменил стратегию. Резко остановившись, мужчина вдруг подхватил возлюбленную на руки и помчался дальше по направлению к поместью, как ни в чем не бывало. Маргарет взвизгнула от неожиданности и вцепилась в Уильямса, что было мочи. Пальцы соскальзывали с мокрой рубашки, тяжелые кудри, от влаги приобретшие цвет застарелой ржавчины, лезли в рот и глаза, босые ступни болтались в воздухе, а юбки все норовили сползти вверх. — Билл, ты спятил! Угробишь нас обоих! В ответ ей послышался лишь смех. Заливистый и такой искренний, что девушка сама не заметила, как начала ему вторить. И правда — разве все это имеет значение? Они вместе, и они счастливы — разве этого недостаточно? Все произошло так быстро, что Марго сначала даже не поняла. Маленькая неровность земли, неудачный шаг, и вот — оба полетели на траву. Короткий вопль, удар, всплеск. Билл упал на бок, а Блэйкуэлл оказалась на спине, все еще под защитой крепких объятий возлюбленного. Высвободившись из его надежной хватки, девушка растянулась на земле, прямо в луже, в которую угодила, подставляя лицо барабанящим каплям. Немного оклемавшись, Уильям устроился бок о бок с девушкой и бережно взял ее ладонь в свою. На этот раз первой хихикнула Маргарет, а дальше хохот было уже не остановить. Они смеялись, держась за руки, валяясь посреди газона в огромной луже. Было плевать и на платье, окончательно превратившееся в тяжелые мокрые тряпки, и на белую рубашку Билла, оттенок которой теперь больше походил на песочный, и на риск свалиться с недельной простудой после таких шалостей. Вдруг Маргарет встрепенулась, слегка привстала на локте и указала рукой куда-то в небо. — Билли, смотри! Было сложно что-либо рассмотреть сквозь тяжелые крупные капли, норовившие угодить в глаза. Присев вслед за девушкой, Уильямс положил ладонь на лоб, словно моряк, высматривающий берег, и прищурился. Прямо напротив них в воздухе повис Биврёст, великий мост в Асгард; лук Индры, бога грома и молнии; дорога Ириды, посланницы между мирами богов и людей; знаменье от Господа, прощающего человеку его грех — огромная, яркая радуга.