Часть 49

Лея проснулась от приглушенного, ритмичного шума воды, доносившегося из ванной. Солнечные лучи пробивались сквозь щели в шторах, рисуя на потолке нечеткие полосы. Голова была тяжелой, а тело — непривычно ватным, словно каждая мышца напиталась блаженным изнеможением. Еле разлепив веки, она сфокусировала взгляд на двери. В этот момент в комнату вошел Варка. На нем было только одно белое полотенце, низко обмотанное вокруг бедер, и капли воды все еще блестели на его широких плечах и рельефном прессе. — Куда ты?.. — прохрипела она, ее голос звучал глухо и совсем сонно. Лея потянулась рукой к лицу, устало протирая глаза. Варка остановился у края кровати и мягко улыбнулся. Эта улыбка, лишенная привычной строгости, предназначалась только ей одной. Он подошел ближе, и она почувствовала исходящий от него аромат свежести и чистоты. — Мне нужно в штаб, — ответил он низким, спокойным голосом. — Есть пара дел, которые не терпят отлагательств. Вернусь к вечеру. Лея почувствовала легкий укол беспокойства и попыталась приподняться на локтях, но тело тут же отозвалось тяжестью. — Я пойду с тобой... — пробормотала она, пытаясь согнать остатки сна. — Не хочу оставаться одна. Варка на мгновение посерьезнел. Его взгляд стал твердым, тем самым взглядом командира, который не терпит возражений. — Нет, — отрезал он, и в его голосе прозвучали стальные нотки. — Лея, отдыхай. Тебе нужно восстановить силы. Это приказ. У нее не было ни капли энергии, чтобы вступать в спор или доказывать свою самостоятельность. Она лишь разочарованно и капризно пробурчала что-то невнятное под нос, после чего с рывком натянула одеяло до самого подбородка, превращаясь в уютный кокон. Варка не выдержал и коротко усмехнулся, глядя на эту попытку выразить протест. Он быстро оделся, и когда уже стоял в дверях, вернулся к ней. Он наклонился и запечатлел долгий, невероятно нежный поцелуй на ее лбу. — Спи, — шепнул он. Лея почувствовала, как по телу разливается тепло. С этой нежностью в душе она снова провалилась в глубокий, безмятежный сон. Она открыла глаза уже после обеда. Комната была залита мягким золотистым светом. Лея с трудом поднялась, чувствуя приятную ломоту в мышцах — напоминание о бурной ночи. Понимая, что ей нужно привести себя в порядок, она медленно побрела в сторону ванной. На полу, среди разбросанных вещей, она заметила свое нижнее белье и забытую здесь кофту Варки. Подняв их, она прижала к себе мягкую ткань, которая все еще хранила его едва уловимый мужской запах. Накинув кофту прямо на голое тело, она почувствовала себя в безопасности, словно он все еще был рядом, защищая ее даже на расстоянии. С этим чувством уюта она вошла в душ, позволяя теплым струям воды смыть остатки сна. Выйдя из душа, Лея обмотала полотенце вокруг тела, а затем накинула на плечи ту самую кофту Варки. Она чувствовала себя странно уютно в его огромной одежде, которая едва доходила ей до середины бедра. На кухне ее ждало разочарование. Несмотря на то, что Варка был мужчиной крепким, его «берлога» больше напоминала временное пристанище холостяка, чем полноценный дом. Холодильник был почти пуст: пара яиц, немного сыра и почти пустые полки. Идти в магазин в таком состоянии — затея сомнительная, а сил на долгие прогулки не было. — Ну и ладно, — пробормотала она, осматривая остатки продуктов. — Приготовлю что-нибудь из того, что есть. Она нашла кусок мяса и несколько овощей, которые еще можно было использовать. Пока на плите в сковороде шкворчало мясо, наполняя кухню аппетитным ароматом, Лея решила, что раз уж она встала, то нужно заняться и домом. Первым делом она сменила простыни. После их бурной ночи старые казались ей слишком тесными воспоминаниями, и ей хотелось свежести. Затем взялась за пыль. Лея двигалась по дому методично, почти механически, стараясь не думать о том, как много здесь запертых дверей. Две комнаты в конце коридора оставались загадкой, и она сама себе пообещала: как только появится подходящий момент, она обязательно узнает, что там скрыто. Когда ужин был готов, аромат пряностей и жареного мяса заполнил весь дом. Лея почувствовала голод, но, посмотрев на пустой стул напротив, покачала головой. — Не буду одна. Слишком скучно, — сказала она в пустоту. Она закончила уборку, когда дом буквально засиял чистотой. Уставшая, измотанная физически и морально, Лея буквально рухнула в глубокое кресло в гостиной. На ней по-прежнему было только нижнее белье и его длинная кофта, открывающая вид на стройные ноги. В окнах уже сгущались синие сумерки. — Ну и где этот великий командир? — проворчала она, чувствуя, как наваливается усталость. — Наверное, решил, что чистота и ужин — это слишком роскошно для такого холостяка, как он... Щелчок замка прервал ее саркастичный монолог. Дверь открылась, и в прихожую вошел Варка. Он выглядел уставшим, но, увидев ее, мгновенно преобразился. На его губах заиграла мягкая, почти нежная улыбка. Прежде чем она успела что-то сказать, он сделал шаг вперед и протянул ей букет. Это были сесилии — те самые цветы, которые так загадочно и вовремя появлялись в ее вазе в кабинете, заставляя ее сердце биться чаще. Лея замерла. Она приняла цветы, вдыхая их тонкий аромат, и на ее лице расцвела мягкая улыбка. Но через мгновение привычная маска ироничности вернулась на место. Она выпрямилась в кресле, чуть прищурилась и с характерной ухмылкой посмотрела на него. — Ну надо же, — протянула она, слегка покачивая букетом. — Наш «Тайный поклонник» наконец-то набрался смелости и решил открыто подарить мне эти цветы? Какая стремительная эволюция, Варка. Варка не ответил сразу. Он внимательно посмотрел на нее — на ее растрепанные волосы, на кофту, которая была ему мала, на этот дерзкий взгляд. В его глазах промелькнуло что-то похожее на восхищение, смешанное с легкой досадой. — Значит, не только цветы, но и весь мой стиль поведения ты уже раскусила, — негромко произнес он, делая еще шаг к ней. — Скажи честно, Лея... как давно ты поняла, что это был я? Лея не стала отвечать словами сразу. Вместо этого она сделала нечто совершенно не в своем стиле: она грациозно поднялась с кресла и, перенеся вес на колени, приподнялась, чтобы оказаться лицом к лицу с Варкой. Он стоял, слегка наклонившись к ней, и их дыхание смешалось. Она подалась вперед так близко, что кончик ее носа почти коснулся его носа. В ее глазах плясали искорки лукавства, но голос стал непривычно тихим и глубоким. — Поняла сразу, — прошептала она ему почти в самые губы, обдавая его теплом своего дыхания. — Ты слишком плохо скрываешь свои следы, Варка. Слишком много в них... страсти. Прежде чем он успел что-то возразить, она коснулась его губ коротким, кротким, почти невесомым поцелуем. Это не было требованием, это было обещание. И, не давая ему опомниться, Лея со смехом спрыгнула с кресла и сорвалась с места, убежав на кухню. — Эй! — негромко окликнул ее Варка, все еще стоя в гостиной и касаясь пальцами губ, на которых все еще горел след ее поцелуя. Лея тем временем уже возилась на кухне. Она схватила вазу, быстро наполнила ее водой и водрузила сесилии в центр стола. Цветы мгновенно преобразили обеденную зону, добавив в суровую обстановку дома нотку нежности. — Живо за стол! — скомандовала она, оборачиваясь к нему. — Ужин остывает, а я не собираюсь есть в одиночестве. Варка послушно проследовал за ней. Он сел на стул, подперев подбородок рукой, и не сводил с нее глаз. Он не смотрел на тарелку, он смотрел на нее: на то, как она ловко управляется с приборами, как сосредоточенно хмурит брови, накладывая мясо, и как грациозно наливает в бокалы густой виноградный сок. В этом простом домашнем движении было столько жизни, сколько он не видел за долгие месяцы службы. Они принялись за еду. В комнате стояла уютная тишина, нарушаемая лишь звоном столовых приборов. Но Лея чувствовала, что он ждет момента. — Лея, — нарушил молчание Варка, отставив бокал. — Ты сегодня вернешься в гостиницу? Или... все-таки останешься здесь? Вопрос повис в воздухе. Лея замерла с вилкой в руке. Она прекрасно понимала подтекст. Это не был вопрос о комфорте или наличии лишней кровати. Это был вопрос о статусе. Он не хотел больше играть в прятки, не хотел, чтобы их связь была лишь ночными визитами. Он хотел, чтобы она принадлежала этому дому. И ему. Лея медленно отложила приборы и посмотрела ему прямо в глаза. Ее сарказм на мгновение отступил, уступив место серьезности. — Я останусь у тебя, — произнесла она твердо. Варка едва заметно расслабил плечи, но она не дала ему расслабиться до конца. — Но, — добавила она, прищурившись, — по пути к штабу мы пойдем раздельно. Я не готова к тому, чтобы твои рыцари обсуждали мой «внезапный» переезд. Варка усмехнулся. Этот компромисс был идеальным. Он не получил полной публичности, но получил самое главное — ее присутствие в своем доме, в его жизни, за закрытыми дверями. — Идет, — кивнул он, и в его взгляде промелькнула торжествующая искра. — Это маленькая победа, Лея. И я готов за нее побороться. Лея заметила, как в его глазах заплясали торжествующие искорки, и не выдержала, слегка толкнув его локтем в плечо. — Ешь уже, победитель, — хмыкнула она, возвращаясь к своей тарелке. — А то от своего триумфа совсем проголодался. Варка усмехнулся, качая головой, и сделал глоток сока. Его взгляд стал более деловым, он явно обдумывал практическую сторону ее переезда. — И как скоро ты перевезешь остальное? — спросил он. — Много вещей осталось в гостинице? Лея на секунду задумалась, прикрыв глаза и прикидывая в уме содержимое своего гардероба. — Примерно одна сумка, — бросила она через плечо. Варка нахмурился, искренне недоумевая. Он знал, что Лея — натура лаконичная, но чтобы настолько? — Одна сумка? — переспросил он с явным удивлением. — Но у тебя же и так вещей почти нет. Как ты вообще обходишься? Лея уловила его замешательство. Ей не составило труда подхватить эту тему — сарказм был ее естественной защитной реакцией. Она откинулась на спинку стула, изогнула бровь и одарила его своей фирменной дерзкой ухмылкой. — Если ты вдруг забыл, Варка, я — воительница из Ли Юэ, — отчеканила она, вкладывая в каждое слово сталь. — У меня нет того, что должно быть у большинства девушек: шелковых комбинаций, десятка пар туфель и гардероба, который занимает целую комнату. Но, поверь, меня это вполне устраивает. Она сделала паузу, и ее взгляд стал еще более насмешливым. — Впрочем, если вдруг у тебя возникнет непреодолимое желание прикупить мне пару платьев — вперед. Но предупреждаю сразу: свою мору я оставлю при себе. Тратить мои деньги на мои же наряды — сомнительное удовольствие. Варка не выдержал и коротко, хрипло рассмеялся. — Договорились, — ответил он, глядя на нее с нескрываемым восхищением. — Ни одной твоей моры не трону. Но пока он произносил эти слова, в его голове уже вовсю разворачивался совсем иной сценарий. Он уже представлял их поход по лучшим лавкам города, масштабную закупку тканей и украшений. План был прост: купить всё, на что она хотя бы на мгновение задержит взгляд. Он смотрел на нее и понимал, насколько она противоречива. Хрупкой, почти беззащитной и нежной она была только наедине с ним, в эти редкие минуты тишины. В остальное время она была клинком, закаленным в боях. И он ценил эту её «другую» сторону больше всего на свете. Варка давно дал себе обещание: он станет для нее опорой во всём. Не только в бою, но и в этой мирной, повседневной жизни. Он понимал, что её нынешняя неприхотливость — это результат сурового воспитания и привычки полагаться только на себя. «Ничего», — подумал он, не сводя с нее глаз. — «Я научу тебя жадничать. Постепенно, по чуть-чуть... Ты узнаешь, что иметь всё, чего ты хочешь, — это не слабость, а право». Вечер опустился на город мягким бархатом, укрывая комнату тишиной и уютом. В камине весело потрескивали дрова, отбрасывая танцующие блики на стены. Варка и Лея сидели в глубоком кресле, сплетясь в объятиях; она прислонилась к нему, чувствуя кожей его размеренное, спокойное дыхание. Варка вел себя почти как ребенок: в его голосе, когда он говорил о предстоящих переменах, звучала чистая, нефильтрованная радость. Он то и дело притягивал её ближе, словно боясь, что она может исчезнуть, если ослабить хватку. Лея видела эти искры в его глазах — яркие, живые, полные предвкушения их общего будущего. Однако в глубине её души, за броней сарказма и воина, шевелилось тихое, тревожное чувство. Она надеялась, что не совершила ошибку, решив оставить привычную свободу ради этого дома. Ей отчаянно хотелось, чтобы эта сладкая, почти хрупкая идиллия не разбилась о суровую реальность их работы. Разговоры текли неспешно, перетекая из воспоминаний в мечты, пока голос Варки не стал фоном, убаюкивающим её. Тепло его плеча и мерный стук сердца стали тем самым якорем, который окончательно утянул её в сон. Утро встретило их прохладой и бодростью. Лея привычным движением надела свои дорожные штаны и простую рубашку — одежда воительницы, не терпящая лишнего декора. Никаких платьев, никакой изнеженности. Они завтракали в молчании, готовясь к рабочему дню. Прежде чем выйти на шумную, залитую солнцем площадь, они, согласно своему негласному уговору, разделились. Это было их правилом: сохранять дистанцию в обществе, чтобы не давать лишних поводов для слухов в штабе. Лея вошла в здание штаба, чувствуя привычный запах старой бумаги и оружейного масла. Она направилась прямиком в свой кабинет, ожидая увидеть привычный порядок на столе, но замерла на пороге. В центре комнаты, в изящной вазе, стоял свежий, ослепительно красивый букет Сесилий. Их нежный аромат мгновенно заполнил пространство, вытесняя запах пыли. Лея медленно подошла к столу. Она замерла на мгновение, глядя на лепестки, а затем осторожно, почти благоговейно, провела кончиками пальцев по мягким бутонам. — Сколько ж ты цветов нарвал ради меня, Магистр... — тихо, почти шепотом произнесла она, и на её губах появилась едва заметная, непривычно мягкая улыбка. В этом жесте не было сарказма. Только тихая признательность женщине, которая начала проигрывать в битве за собственное сердце. Прошло два месяца с того момента, как жизнь Леи окончательно переплелась с жизнью Варки. Переезд не был громким событием: она лишь забрала из гостиницы свои немногочисленные вещи в небольшую сумку, оставив прошлое за закрытой дверью. Когда Варка, с едва скрываемой гордостью, вложил ей в ладонь второй комплект ключей, она поняла — теперь это не просто его крепость, это их дом. В обществе они по-прежнему соблюдали дистанцию. Варка, чья натура требовала открытости и прямоты, не раз поднимал вопрос о том, чтобы перестать скрывать их связь. — Мы не преступники, Лея, — говорил он, и в его взгляде читалось упрямство. — Почему мы должны прятаться в тенях? Лея отвечала деликатно, но твердо. Она убеждала его, что сейчас не время, что лишнее внимание может стать помехой для их спокойствия. Она и сама не знала, когда наступит тот самый миг, когда можно будет выйти к свету, держась за руки. Но где-то глубоко внутри она дала себе обещание: это время обязательно придет. Жизнь в доме Магистра начала меняться. Лея с изумлением обнаруживала, что Варка решил начать её баловать. Это происходило почти магически: стоило ей лишь на секунду задержать взгляд на какой-то безделушке, редком томе или изысканном аксессуаре, как на следующее утро это уже стояло на полке. Сначала она возмущалась, пыталась спорить и возвращать вещи обратно, но вскоре сдалась, принимая эту его странную, почти детскую манеру проявлять заботу. Однако Лея не превратилась в домохозяйку. Её жизнь оставалась подчинена ритму боя и долга. Утро в штабе, отчеты, строгие совещания, а по вечерам или в выходные — заказы в Гильдии искателей приключений. Зачистка гнезд монстров и охота на опасных тварей были её стихией, и она не собиралась от них отказываться. Её будни были наполнены привычным шумом. Не прекращались и их бесконечные споры с Кэйей — они могли часами соревноваться в том, чей Глаз Бога выдает более эффектные и мощные техники, подначивая друг друга и обмениваясь колкими замечаниями. А когда ей требовалась истинная, суровая дисциплина, она отправлялась на Драконий хребет. Сяо встречал её там, среди вечных ветров и заснеженных пиков. Его тренировки были далеки от нежности. — Твои движения тяжелы, Лея, — отчеканивал он, наблюдая за её выпадом. — Ты заваливаешься на пятку. Стойка с копьем требует баланса, а не грубой силы. Исправляйся. Его ворчание и вечно недовольный вид стали для неё чем-то вроде ориентира. Без этого строгого ритма её навыки начали бы стагнировать. Казалось, наступила эпоха абсолютного равновесия. Ничто не предвещало бури. Это утро не стало исключением. Лея открыла глаза от того, что солнечный луч настойчиво щекотал веки. Потянувшись, она осознала, что место рядом с ней уже остыло. Варка ушел в штаб — вероятно, еще на рассвете, чтобы успеть разобраться с утренними отчетами. Она поднялась, ощущая приятную усталость в мышцах после вчерашней тренировки, и быстро оделась. Проходя мимо зеркала, она на мгновение замерла, поправляя воротник рубашки. В её глазах больше не было той прежней тревоги, только спокойная уверенность. Схватив сумку, она вышла из дома, настраиваясь на привычный рабочий лад, еще не зная, что привычный мир — это лишь затишье перед настоящим штормом. Шаги Леи гулко отдавались от каменных сводов штаба, но вместо привычного утреннего спокойствия она наткнулась на странный хаос. В коридорах стоял невообразимый гул: смех, грохот тяжелых сапог и возбужденные возгласы рыцарей перемешивались в единый шум, который обычно не позволяли себе в рабочее время. Лея нахмурилась, пытаясь пробиться сквозь толпу, и наконец толкнула дверь своего кабинета. Шум остался снаружи, отсеченный тяжелым деревом. В комнате царил уют, который всегда казался ей немного сюрреалистичным в этих строгих стенах. На столе, в изящной вазе, стоял свежий букет сесилий. Лепестки были еще влажными от росы, а нежный аромат мгновенно заполнил пространство. Лея невольно улыбнулась. Она уже привыкла к этим ежедневным жестам Варки, к его молчаливой манере говорить «доброе утро», но каждый раз, видя эти цветы, она чувствовала, как внутри разливается тепло. — О, дорогая Лея, ты всё так же очаровательна в этом утреннем сумраке, — раздался вкрадчивый, пропитанный иронией голос. Дверь распахнулась без малейшего стука, и в кабинет бесцеремонно ввалился Кэйа. Он выглядел подозрительно бодрым для столь раннего часа, а на его губах играла та самая полуулыбка, которая всегда предвещала либо неприятности, либо очередную порцию колкостей. — Ты как всегда вовремя, — Лея сложила руки на груди, одарив его взглядом, полным притворного раздражения. — И как всегда не умеешь пользоваться дверными ручками. Что за балаган в коридорах? Кэйа прошел к ее столу, вальяжно облокотившись на край, и прищурил свой единственный глаз. — А, это? — он отмахнулся, будто речь шла о чем-то несущественном. — Группа рыцарей только что вернулась из затяжной вылазки. Они живы, здоровы и, что самое главное, полны решимости устроить грандиозную пьянку. Весь штаб на ушах. Ну так что, Лея, не хочешь составить мне компанию? Обещаю, будет весело. Лея скептически подняла бровь. — У меня нет настроения пропивать остатки здравого смысла, Кэйа, — она саркастично усмехнулась, поправляя бумаги на столе. — Но если сегодня намечается достойное попоище, а не этот дешевый эль, то, возможно, я перенесу патруль города на более позднее время. Только чтобы не пересекаться с этой толпой. Кэйа хитро прищурился, подавшись чуть вперед. — О, не спеши отказываться. Магистр тоже решил, что сегодня — отличный день, чтобы немного расслабиться и отдохнуть. Лея на мгновение замерла. Внутри кольнуло удивление: Варка ничего не говорил ей об этом утром, но она тут же взяла себя в руки, сохраняя каменное лицо. Она знала, что Кэйа — один из немногих, кто догадывается об их тайных отношениях, и его манера «подмигивать» словами была слишком очевидной. — Магистр отдыхает? — переспросила она, стараясь, чтобы голос звучал максимально нейтрально. — Именно, — Кэйа явно наслаждался моментом. Он окинул ее изучающим взглядом и добавил с ехидной усмешкой: — И как же ты справишься, милая Лея? Как же ты будешь выживать в этом суровом штабе без неусыпного присмотра своего Магистра? Лея почувствовала, как к щекам приливает жар, но она не позволила себе смутиться. Она лишь фыркнула, в ее глазах вспыхнул опасный огонек. — Не волнуйся за меня, Кэйа, — она ухмыльнулась, и в этой ухмылке было столько же сарказма, сколько и скрытой угрозы. — Вместо того чтобы беспокоиться о моем «присмотре», лучше проверь, не подпалила ли я случайно твою идеальную прическу своим Глазом Бога. У меня сегодня как раз очень «горячее» настроение. Кэйа коротко рассмеялся, явно довольный ее ответом, но в его взгляде все еще читалось торжество. Игра продолжалась. — О, угрозы огнем? Как романтично, — Кэйа не двинулся с места, лишь картинно приложил руку к сердцу, продолжая ухмыляться. — Но учти, если ты сожжешь мои волосы, Магистру придется тратить время на твое воспитание, а не на отдых. — Тебе полезно было бы немного сменить имидж, — парировала Лея, уже собирая бумаги. — Может, тогда твоя самоуверенность станет хоть на каплю менее раздражающей. Их словесную дуэль прервал резкий, короткий стук в дверь. В проеме показался молодой рыцарь, выглядевший слегка растерянным из-за общего шума в штабе. — Простите, леди Лея, — выпалил он, вытянувшись во фрунт. — Магистр просил зайти к нему немедленно. У него есть для вас дело. Лея коротко кивнула, принимая вызов. Она направилась к выходу, решив, что разговор с Кэйей затянулся слишком надолго. Однако капитан кавалерии не собирался оставлять ее в покое. Он бесшумно пристроился рядом, следуя за ней по коридору, словно тень. Когда они поравнялись с дверью кабинета Магистра, Кэйа склонился к самому ее уху. Его голос упал до едва различимого, вкрадчивого шепота, предназначенного только для нее одной. — Так значит, «не было настроения»? — прошептал он, и в его тоне сквозило неприкрытое ехидство. — А я-то думал, ты просто скучаешь по его объятиям. Смотри не перепутай деловой визит с личной встречей, а то Магистр может и не заметить, как ты начнешь проверять его выносливость прямо на рабочем месте. Лея почувствовала, как внутри закипает смесь раздражения и смеха. Не оборачиваясь, она резко и коротко ткнула его локтем в бок, заставив Кэйю поморщиться, и решительно толкнула тяжелую дверь кабинета. Она захлопнула ее прямо перед самым носом капитана, отсекая его насмешливый взгляд. В кабинете царил полумрак и спокойствие, резко контрастировавшее с безумием за дверью. Варка стоял у окна, повернувшись спиной. Услышав шаги, он обернулся. Его взгляд, обычно суровый и властный, мгновенно смягчился, когда он увидел ее. — Лея, — произнес он мягко, и в этом простом приветствии было больше тепла, чем во всех официальных обращениях штаба. Она не стала играть в формальности. Лея подошла к нему вплотную и, поддавшись привычному порыву, нежно поцеловала его в щеку. Задержавшись на мгновение, она отстранилась, но на ее губах уже играла та самая фирменная ухмылка, за которой она прятала свои истинные чувства. — Знаешь, Магистр, — начала она с легким сарказмом, — я была даже немного огорчена, когда проснулась сегодня одна. В комнате было слишком... просторно. Варка не ответил словами. Он просто перехватил ее ладонь своей большой, теплой рукой, переплетая их пальцы. Его прикосновение было бережным, почти благоговейным. — Мне пришлось уйти пораньше, — тихо сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Нужно было закончить все дела в штабе до того, как начнется общий хаос. Лея прищурилась, и в ее глазах заплясали искорки лукавства. Она чуть склонила голову набок. — А, так это ты про ту самую вечернюю попойку, о которой так восторженно вещал Кэйа? — она выделила последнее слово, намекая на то, что знала о его планах гораздо больше, чем он мог предположить. — Решил подготовить почву для «отдыха» заранее? — Я думал, ты тоже захочешь немного расслабиться, — негромко произнес Варка, пытаясь смягчить атмосферу. Лея не ответила. Вместо этого она решительным шагом подошла к его столу и бесцеремонно уселась на самый край, скрестив ноги и руки на груди. В этом жесте читалась привычная ей смесь вызова и нетерпения. Варка даже не вздрогнул — он слишком хорошо знал эти ее маневры. Он просто поднялся и подошел ближе, мягко коснувшись ее локтя, словно проверяя, насколько она сейчас колючая. — У меня вообще-то были другие планы, — отрезала Лея, глядя на него снизу вверх. — Я собиралась устроить ужин для нас двоих. Но раз ты решил, что сейчас время для праздника... Что ж. Я пойду в патруль. Обход города до полуночи — это святое. Кто-то же должен присматривать за этим местом, пока ты развлекаешься. Варка вздохнул, чувствуя укол вины. — Прости, — спокойно сказал он, глядя ей прямо в глаза. — Я не спросил, чего хочешь ты. Я буду на ужине. Жду тебя. Лея на мгновение замерла, а затем на ее губах заиграла дерзкая ухмылка. Она коротко, искренне рассмеялась, и это напряжение, висевшее в воздухе, мгновенно растаяло. Она протянула руку и мягко коснулась его щеки, ласково погладив кожу. — Дурак, — прошептала она, и в ее голосе больше не было стали. — Я не против того, чтобы ты отдохнул. Я буду ждать тебя дома. Варка открыл рот, чтобы что-то возразить — возможно, предложить ей пойти с ним или пойти в патруль вместе, — но Лея не дала ему шанса. Она резко подалась вперед, схватила его за грудки и притянула к себе, впиваясь в его губы требовательным, жадным поцелуем. Варка ответил мгновенно. Его руки сами собой нашли ее бедра; он подхватил ее, раздвигая ее ноги, чтобы оказаться прямо между ними, и крепко прижал к себе за талию, теряя связь с реальностью. Громкий, резкий стук в дверь ворвался в комнату, как удар хлыста. Лея среагировала мгновенно. Она ловко спрыгнула со стола, на ходу поправляя одежду и отступая на безопасное расстояние, возвращая себе самообладание. Варка замер. Он посмотрел на нее — тяжело, с нескрываемой грустью. Лея сразу поняла этот взгляд. В нем читалась усталость человека, который смертельно хочет сбросить маску, перестать прятаться в тенях и просто жить. Но она повторяла: еще не время. И место было слишком опасным. — Кто там? — сухо бросила он, переводя взгляд на дверь, хотя по ее лицу было видно, что она чувствует ту же горечь, что и он. Дверь со скрипом отворилась, и в кабинет вошел рыцарь. Он вытянулся по струнке, стараясь не смотреть на Лею, которая только что восстановила свой невозмутимый вид. — Магистр, прошу прощения за беспокойство, — официально произнес рыцарь. — Прибыл господин Диллюк. Он хочет обсудить детали поставки алкоголя для сегодняшнего застолья. Варка тяжело вздохнул, возвращая себе маску спокойного командира, и коротко кивнул. — Хорошо. Пусть подождет в приемной. Я позову его, как только освобожусь. Рыцарь поклонился и бесшумно вышел, закрыв за собой дверь. В кабинете снова воцарилась тишина, но она уже не была такой напряженной. Лея посмотрела на Варку, и в ее глазах снова заплясали искорки. Она подошла к нему вплотную и мягко коснулась его щеки, словно напоминая, что он всё еще человек, а не просто символ власти. — Имей в виду, — с легкой угрозой в голосе произнесла она, — не пей слишком много. Иначе твоя пьяная тушка будет ночевать на диване. Я не собираюсь тащить тебя в кровать. Варка усмехнулся, глядя на нее с нескрываемой нежностью. — Договорились, — ответил он. — Я буду дома после полуночи, как только ты закончишь свой патруль. — Буду ждать тебя, — Лея лукаво прищурилась, быстро и коротко чмокнула его в щеку и, не дожидаясь ответа, вышла из кабинета. В коридоре, едва она переступила порог, из-за поворота показался Диллюк. Он выглядел как всегда безупречно и серьезно, неся в руках папку с документами. Заметив Лею, он остановился. Она не удержалась и одарила его своей фирменной улыбкой — смесью дружелюбия и едкого сарказма. — О, господин Диллюк, — протянула она, прищурившись. — Раз уж вы привезли столько элитного пойла для этого праздника, будьте добры приберечь хотя бы одну бутылочку вина лично для меня. За заслуги. Диллюк на мгновение замер, оценивая ее тон. В уголках его губ промелькнула едва заметная, почти призрачная улыбка. Он коротко кивнул, признавая ее право на маленькую слабость. — Посмотрим на ваше поведение, Лея, — сухо, но беззлобно ответил он. Она лишь хмыкнула и, не теряя времени, направилась к посту дежурного, чтобы официально записаться на вечерний обход города. Сделав необходимые пометки в журнале, Лея направилась к своему кабинету. Ей нужно было закрыть еще несколько важных отчетов, прежде чем она сможет сменить парадную форму на снаряжение патрульного и наконец выйти на улицы города.