Часть 1

Марат судорожно сжимал в кармане синюю папку с результатами голосования, чувствуя, как ладони становятся влажными. В центре зала, в ореоле слепящих софитов, Александр Шепс привычно эффектно поправлял кольца, и этот звон металла отдавался в висках Марата ударами церковного колокола. Саша не смотрел на него — он вообще редко смотрел на живых, предпочитая созерцать невидимые миры где-то за левым плечом оператора. После съемок Башаров, едва сдерживая всхлип, привычно забился в дальний угол гримерки, где Илья Ларионов уже заранее приготовил две чашки крепкого чая и выражение лица «я профессиональный слушатель». Марат уткнулся лбом в плечо иллюзиониста, чувствуя, как по щеке катится первая горячая слеза. — Он даже не поздоровался, Илья, — прошептал Марат, размазывая грим. — Просто прошел мимо, обдав холодом, как из открытого склепа. А мне сейчас домой ехать, там Семен опять заставил всю прихожую оберегами из сушеной полыни... Как мне смотреть Лескову в глаза, если в них всё равно отражаются только эти чертовы линзы Шепса?