Глава 11 Редстоун и Германия

Тёмный зев шахты встретил их привычной сыростью и гулким эхом. Проводник шёл первым, размещая факелы на каменных стенах через каждые десять блоков. Германия следовал за ним, неодобрительно качая головой при виде неровных потолков пещеры. — Осторожно, справа! — резко скомандовал ГГ, перехватывая топор. Из темноты, противно щелкая жвалами, на них выскочил паук. ГГ ловко увернулся от прыжка и нанёс удар сверху. В ту же секунду Германия, действуя с холодной точностью, наотмашь рубанул тварь своей каменной киркой. Моб с глухим хлопком растворился в воздухе, оставив после себя лишь горстку опыта и нитку. — Эффективное командное устранение, — сухо констатировал Германия, даже не сбив дыхания. Они двинулись глубже. В течение следующего часа пещера превратилась в конвейер по добыче: ГГ выбивал железные жилы, а Германия методично, блок за блоком, зачищал угольные пласты. Процесс шёл как по маслу, пока они не спустились к самой границе лавовых озёр. — проводник, остановись, — Германия замер перед глубокой нишей в стене. — Мой инструмент зафиксировал неизвестный тип ископаемого. Что это за материал? ГГ подошёл ближе. В глубине каменной породы, зловеще подмигивая в полумраке, светились ярко-алые вкрапления. — О, а вот это уже интереснее, — хмыкнул ГГ. — Это редстоун, или красная руда. Местная замена электричества, проводки и микросхем. Из неё крафтят схемы, поршни, автоматические фермы и вообще любые механизмы. Короче, руда для механики и инженерии. У Германии от этих слов буквально загорелись глаза. Слово «механика» подействовало на него как мята на кота. Его внутренний перфекционист и инженер мгновенно проснулся. — Автоматизация? Электричество без теплоэлектростанций? — в голосе немца впервые прорезался искренний азарт. — Это кардинально меняет наши производственные мощности. Я изымаю этот образец для дальнейшего изучения. Он с хирургической точностью вонзил железную кирку в породу. Руда с приятным хрустом раскололась, осыпав Германию облаком светящейся красной пыли и опыта. Немец аккуратно собрал всё до последней крупицы в свой инвентарь. Спустя 6 минут, нагруженные под завязку, они наконец выбрались на поверхность. Солнце стояло в зените, приятно согревая после подземного холода. ГГ не стал терять времени. Он положил верстак на землю, быстро закинул в интерфейс булыжник и скрафтил пять печей. С глухим стуком он выставил их в один ровный ряд прямо на траву в центре базой. — Так, промышленный переворот объявляется открытым, — ГГ распределил добытый уголь и закинул в верхние слоты печей стаки необработанного железа. Печи синхронно загудели, из их каменных окошек вырвалось яркое оранжевое пламя, а в воздухе поплыл густой запах раскалённого металла. Первые железные слитки начали медленно падать в слоты готовой продукции. Германия встал рядом, скрестив руки на груди, и заворожённо смотрел на огонь, параллельно сжимая в кулаке горсть красной пыли. Тема автоматизации явно захватила его разум. — Гляди сюда, Герман, сейчас будет магия кубического Сколково, — ухмыльнулся ГГ, забирая из печи свежие, ещё тёплые железные слитки. Он быстро подошёл к верстаку, разложил металл в два вертикальных ряда и скрафтил массивную, абсолютно глухую железную дверь. он соорудил простейший рычаг из булыжника и палки. Германия внимательно следил за каждым его движением, не упуская ни единой детали. ГГ отошёл на пару метров от печей, с размаху вогнал железную дверь прямо в землю и отсчитал от неё три блока. На третий блок он установил рычаг. Затем он открыл инвентарь, достал добытую красную пыль и аккуратно, щепотка за щепоткой, просыпал тонкую алую дорожку от рычага к основанию двери. Пыль легла на траву ровной, слегка светящейся линией. — Итак, — ГГ театрально повёл рукой. — Физика вышла из чата, логика плачет, но инженерия работает. Он подошёл к рычагу и резко нажал на него. Щёлк! Алая дорожка на траве мгновенно вспыхнула ярким, пульсирующим неоновым светом. Энергия побежала по редстоуну, и в ту же секунду тяжёлая железная дверь с громким металлическим лязгом распахнулась настежь. ГГ вернул рычаг в исходное положение — линия погасла, и дверь с грохотом захлопнулась. На лице Германии впервые за всё время пребывания в этом мире отразилось чистое, неподдельное удивление. Его брови взлетели вверх, Он подошёл ближе, опустился на одно колено и даже потрогал пальцем светящуюся пыль. — Никаких шестерней… — тихо, почти благоговейно пробормотал Германия. — Никаких гидравлических приводов. Никаких кабелей, обмотки, изоляции и потери напряжения на расстоянии. Чистая передача импульса через полупроводниковую породу. Это… невероятно эффективно. Ничего лишнего. — Я же говорил, — хмыкнул ГГ, довольный произведённым эффектом. — Мечта любого технократа. И это мы ещё до поршней и наблюдателей не дошли. Из этой хрени можно строить заводы, которые сами собирают урожай, сортируют сундуки и открывают ворота при приближении хозяина. Германия резко поднялся, его глаза за стёклами очков снова блеснули, но уже не холодом, а яростным инженерным азартом. — Нам нужно больше красной руды. Немедленно. ГГ, черти схемы, мы автоматизируем эту базу до идеального состояния.