Часть 44. Кандидатки на красный диплом

      Надюшка сидела на кафедре и пыталась учить вопросы к будущему экзамену. Получалось не очень. Вокруг все подряд обсуждали Настену, поэтому сосредоточиться было нелегко.       — Марина Исаевна, так в чем же дело? — спросила Воронкова. — С чего бы сердце начало болеть?       — Нейролептики кардиотоксичны, — ответила Марина. — Видать, у Насти изначально были какие-то проблемы с сердцем, вот они и обострились.       — А как ей лечиться? — продолжила Воронкова.       — Подбирать препараты, которые ей подойдут, — сказала Марина.       — Вот и получается, что или в своем уме жить, или со здоровым сердцем, — вздохнула Воронкова. Спустя пару минут обратилась к Надюшке. — Надя, как здоровье у Насти?       — Ее предлагали положить в больницу при НИИ — она отказалась, — ответила Надюшка. — Сейчас отлеживается в общежитии.       Надюшка скромно умолчала о том, что к Настене каждый день приезжал ее персональный лечащий врач. Несмотря на достаточно долгий перерыв, вызванный отсутствием необходимости попадать в вену, делал это легко и быстро. Привозил что-нибудь вкусненькое, сидел в комнате Настены.       — За месяц окончательно убираем таблетки, в феврале делаем ЭСТ, а то уже весна близко, — сказал Антон. — А летом, Настен, будешь здесь отдыхать. На местном пляже и в тени. Ну или в Белокуриху поедем на недельку-другую, если состояние позволит. Тебе бы даже на Горный Алтай не надо ехать — все равно другой климат…       — Антон, ну это же не жизнь, а блядство какое-то, — произнесла Настена.       — Настюх, походу, у тебя уже депрессивный эпизод пошел, — сказал Антон. — Может, в наш стационар? В вену будет попадать медсестра, а не я. Медсестра это делает быстрее, а не вспоминая, какой стороной среза иголку суют. Подлечишься маленько.       — Ой, Антон, — вздохнула Настена. — Может, по типу дневного стационара? Я поезжу.       — Ну или так, — согласился Антон.       Софка сидела на подоконнике и ждала, пока придет ее очередь заходить в кабинет, чтобы сдать экзамен Катерины. Рядом стояла Надюшка, которая усиленно пыталась все доучить.       — Ну как? — спрашивала Софка каждого, кто выходил из аудитории.       Версии разнились. Кто-то отвечал, что все прошло хорошо, кто-то жаловался, что ему было тяжело. Были те, кто говорил, что Катерина принимает достаточно справедливо, а после этого добавляли, что у них двойки.       — Соф, заходи, — сказала Надюшка. — Я еще почитаю.       В чем смысл читать в последний момент, Софка не понимала. Молча открыла дверь, вошла в кабинет.       Подошла к столу, взяла билет, села на место. Билет был среднезнакомым.       Катерина ее слушала, потом сказала:       — Софья, я понимаю Антонину Петровну, которая не пожелала вас вытягивать. Вас можно вытянуть, но я не хочу. А без вытягивания вы не сдали. Ну хотите — давайте вас завалю, чтобы вопросов не возникало, но предлагаю не тратить ничье время, — достала чистый лист бумаги, протянула Софке. — Пишите свое любимое про комиссию сразу и я вам подпишу.       Растерянная Софка написала заявление, протянула Катерине. Катерина подписала его, сказала:       — Отдайте Дарине Олеговне.       Софка молча вышла в коридор. Такого быстрого пребывания в кабинете не ожидал, наверное, никто.       — Ну как? — спросила Надюшка.       — Не сдала, — Софка махнула заявлением.       — Она тебе теми же самыми подписала? — Надюшка опешила. — Мироненко, Молохин, Харенков?       — Вот же блядь! — крикнула Софка, только в этот момент осознавая многозначность слова — хотелось не оскорбить Катерину, а возмутиться несправедливой ситуацией.       — Сонь, тебя с учебы не выпрут, — сказал Дима. — Сдашь как-нибудь.       — Вот в том-то и дело, что с учебы не выпрут, а поебут во все щели знатно, — ответила Софка.       Чуть-чуть успокоившись, Софка пришла в деканат. Отдала заявление Дарине Олеговне, произнесла:       — Екатерина Васильевна сказала — я сделала.       — Ой, Софья, — вздохнула Дарина Олеговна. — Делайте, что хотите. Живите, как хотите. Не мое дело.       Пока Надюшка была в аудитории, Софка успела сбегать в магазин за водкой, в кофейню неподалеку за коктейлем из кофе, молока и вишни. Осторожно влила в коктейль водку, села на подоконник, начала попивать полученную жидкость.       Надюшки не было достаточно долго. Софка уже успела пожалеть, что бегала так быстро — можно было вообще не торопиться, потом от скуки начала расспрашивать одногруппников, как они сдали — ничего нового. Те же тройки, двойки, пятерки, четверки…       — Ну как? — Надюшка вышла одной из последних.       — Четверка, но она заставила прийти на пересдачу, чтобы попробовать сдать на пятерку, — ответила Надюшка.       — Вот зачем над человеком только издеваться? — спросила Софка.       — Соф, только у меня и Кати есть шансы получить красный диплом, — вздохнула Надюшка. — Вот и подстраховываются.       — А у меня, значит, нет? — возмутилась Софка. — А у меня, значит, чудо, если синий будет? Да хуй вам, я на красный все сдам! Если все мои трояки пересдать на пятерки, как раз на красный и пройду.       — Ой, Соф, забей пока что, — ответила Надюшка. — Катюха предлагает пойти куда-нибудь и посидеть. Она сильно хочет свою пятерку отпраздновать.       — Ну пошли, наебенимся. — согласилась Софка — все равно коктейль заканчивался, а оставшуюся водку из горла она до сих пор не допила.