Глава 14. Ночное море

      Июль близился к концу. Кристина сидела дома, сама продиралась через «Незнайку на Луне». Она должна была её дочитать. Ради дедушки. На самом деле некоторые главы ей были не очень интересны: например, те, где подробно описывались премудрости экономики или строение ракеты. А многие сцены маленькую Кристину и вовсе пугали: например, та, где Незнайка и Козлик пытаются уснуть в переполненной дешёвой ночлежке, где коротышки вскрикивают во сне, а по полу бегают крысы. Но она не хотела бросать книгу. Чтение самой шло медленно и тяжело, но кое-как подвигалось вперёд. — Цифровое поколение с клиповым мышлением, — комментировала Анастасия, — я в твоём возрасте могла такую книгу за неделю целиком прочитать. — Между прочим, в семь лет многие дети вообще ничего не читают, — обиделась Кристина . — И что, ты хочешь на них равняться? Ты должна ориентироваться на тех, кто лучше, а не на тех, кто хуже.       Разговор происходил на кухне, где Кристина помогала матери резать овощи для салата. — А я вообще не хочу ни на кого орен... ори... — О-ри-ен-ти-ро-вать-ся. Повтори.       Кристина повторила. — Вот и умница, — одобрила Анастасия, — Кристина, давай-ка читай активнее. И расширяй словарный запас. Тебе через месяц в школу идти, и ты там должна быть лучшей из лучших. — Зачем мне быть лучшей из лучших? — безразлично спросила Кристина, — я вообще в школу не очень хочу. — Ну, хочешь ты или нет, а у нас в стране всеобуч. И что это такое значит — «зачем быть лучшей»? Мы с отцом в тебя столько вложили не просто так. — И с дедушкой, — робко добавила Кристина. — Что? — Говорю, дедушка тоже в меня много вложил. А ты его не перечислила. — Кроме того, — продолжила Анастасия так, будто Кристина ничего не вставляла, — я очень бы хотела, чтобы ты подавала достойный пример своему будущему младшему брату. — Та тот брат... — почти раздражённо фыркнула Кристина .       Анастасия отложила нож и внимательно посмотрела на дочь. Кристина похолодела. — Как это понимать? — ледяным тоном спросила женщина. — Я хотела спросить, когда родится тот брат, — торопливо сказала девочка. — Не пытайся выкрутиться, Кристина. Это мой ребёнок, которого я уже люблю. Слышишь? УЖЕ. И я не желаю слышать пренебрежения в его адрес. — Это не пренебрежение... — Это именно оно, и ты сама это отлично понимаешь.       Кристина промолчала. Какое-то время они готовили молча. Овощи закончились, Анастасия заправила салат майонезом и стала убирать кухонный стол. — А всё-таки, когда он родится? — повторила свой вопрос Кристина, — мне правда интересно.       Она думала, что мама не ответит или как-нибудь отмахнётся, но та на удивление мирно сказала: — Если всё будет примерно так, как я посчитала — то в конце февраля или начале марта.       Перед сном Кристина пошла в комнату дедушки. Там всё было так же, как и при его жизни. Родители ничего не трогали. Во всяком случае, пока. Папа как папа, а вот мама наверняка захочет переставить всё по-своему. А может, и нет. У неё своя комната для клиентов, ей места и так достаточно. А здесь... Здесь пусть всё будет так, словно дедушка жив.       Кристина с ногами забралась в большое кресло, стоявшее у письменного стола. Под толстым стеклом были аккуратно разложены фотографии, в большинстве своём чёрно-белые. На некоторых из них дедушка был совсем молодым и выглядел очень счастливым рядом с такой же молодой бабушкой. Были и те, где они были вместе с папой, когда он был маленьким. Кристина точно знала, где здесь кто, потому что дедушка неоднократно рассказывал ей об этих фотографиях, показывал все, говорил, где сколько кому лет. Здесь была даже свадебная фотография папы с мамой, уже цветная. Мама на ней была в пышном белом платье, ярко накрашенная, с длинной красивой фатой и так искренне улыбалась, как почти никогда не улыбалась в обычной жизни. Папа улыбался тоже. Но, конечно, оба выглядели моложе, чем Кристина их знала.       Она подумала и не без труда, но уверенно подняла тяжёлое стекло и достала фотографию на свет. Хотелось рассмотреть её поближе. Интересно, почему же мама почти никогда не улыбается так же широко и радостно в жизни? Вот папа часто улыбается так, как на этой фотографии. А мама — ну очень редко.       Кристина повернула фотографию обратной стороной. Аккуратным дедушкиным почерком было выведено: «Свадьба Володи и Настеньки. 30 апреля 2006 г.».       «Даже с датой. Десять лет назад, получается», — удивлённо подумала Кристина и вернула её на место. Но не опустила стекло, а взяла рассмотреть следующий снимок: уже тот, на котором была она сама.       На этой фотографии Кристине было ну недели три. А может, и того меньше. Она мирно спала, прижимаясь к ласково глядящей на неё маме. На фоне была комната родителей, где вся мебель стояла иначе, чем сейчас. «Настя и Кристиночка. 22 мая 2009 г.», — гласила подпись сзади.       «Значит, мне здесь 18 дней», — догадалась Кристина и положила фотографию на место. Закрыла стекло. Ничего более свежего здесь не было. Единственная новая вещь, которая стояла на столе — это был небольшой календарь на текущий год: 2016.       Кристина с грустью подумала о том, как дедушка не раз говорил: «Эх, вот было время раньше хорошее... Не то что сейчас...». И ей хотелось сказать так же. Хоть она и не видела тех времён, о которых говорил дедушка, но по фотографиям видно: и правда было лучше.       Кристина посмотрела в окно. Уже полностью стемнело, но Луны не было видно. Наверное, она сегодня с другой стороны дома, которую не видно из их квартиры. Нужно идти во двор.       Обычно Кристина спрашивала у мамы разрешения на это, чтобы мама знала, что нужно будет последить за ней в окно, но сейчас не спросила. Слишком она отвыкла делать это на даче, где дедушка никогда это не контролировал и она могла выйти когда куда хотела. Поэтому Кристина тихонько прошмыгнула во двор, не запирая за собой входную дверь.       Луна и правда была с другой стороны. Она мирно висела над Николаевской дорогой и Лузановкой. На улице было очень тихо. Магистраль была пуста. Ветра не было. Казалось, можно было даже услышать шум моря, прячущегося за деревьями...       В голове сама за собой заиграла та уютная, добрая песня о Луне из «Похождений зубного врача». Кристине так она понравилась, когда дедушка включил ей этот фильм на даче. С тех пор она её почти не вспоминала, ну просто было не до этого. А сейчас... Кристина открыла телефон, который, как и любой другой ребёнок того самого «цифрового поколения», всюду таскала с собой, и за пару секунд нашла в ютубе эту песню. — Каждую ночь, горя не зная, Всходит Луна, как заводная. Видно, на ней кто-то бывает. То зажигает её, то задувает. Видно, на ней кто-то бывает. То зажигает её, то задувает.       Кристина держала телефон динамиком к уху и смотрела на свою небесную подругу, окружённую яркими летними звёздами. Никто, конечно, не зажигает её. Луна сама знает, когда ей загораться, а когда отворачиваться от Земли. Это ведь ещё и от Солнца зависит. Но то, что на ней кто-то бывает — это точно, с этим Кристина согласна... — Ой вы приливы, отливы. Этой Луне в вышине подчинены вы. И как бы ни были вы нетерпеливы — Вами, приливы, вами, отливы, правит Луна.       Волны! Точно! Перед глазами Кристины встала та же картина, что представлялась ей там, на даче. Когда она слушала эту песню впервые. Но на даче никакого моря не было. А сейчас оно совсем рядом... И, кажется, даже слышится шум прибоя...       Пойти посмотреть?..       Кристина с опаской посмотрела через дорогу. Лузановка чернела перед ней густым массивом деревьев. Она никогда не была там одна. А тем более — ночью... В темноте...       Кристина сделала несколько неуверенных шагов в сторону проезжей части. Да нет... Страшно... Можно, конечно, дойти до АТБ и перейти через парк, это не так страшно, как через заросший деревьями пустырь, но она ведь всё равно пойдёт одна, в домашней одежде. Из вещей — только телефон...       С тёмного неба приветливо светила любимая Луна. Кристина улыбнулась ей в ответ. Нет, она не одна. Конечно же, не одна. У неё есть Луна. И пока она на небе, освещает Кристине дорогу — никто её не обидит. И бояться нечего.       Кристина уже без страха зашуршала по траве, выбираясь на асфальт. Здесь совсем немного идти. Вон и двухэтажный АТБ, виднеется через дорогу. Вывеска магазина ярко светилась красным. В витринах горел свет. Супермаркет открыт круглосуточно.       «Вот, здесь всё как днём, — убеждала себя Кристина, — ничего плохого не случится».       Светофор загорелся зелёным. Отступать было некуда. Кристина робко пошла через дорогу, опасливо глядя по сторонам. Но машин не было: слишком поздний час.       Лузановский парк встретил её полной пустотой. Ларёк с мороженым был закрыт. Скамейки были свободны. Где-то вдалеке лаяли собаки... «Но они же далеко, — снова попыталась успокоить себя Кристина. Собак она очень боялась, — они и днём лают...»       Она уже успела пожалеть, что вышла из дома ночью и зашла так далеко. Было холодно и неуютно. Хотелось повернуться, пуститься со всех ног домой, к маме, как будто и не уходила никуда... Но прибой. Он шумел всё громче и отчётливее. Море было всё ближе и ближе. Возвращаться сейчас было уже жалко...       Кристина быстро побежала навстречу пляжу.

***

      Волны медленно лизали песок. Луна — та самая, что помогла Кристине дойти сюда — висела далеко над горизонтом. Вода была тёмной, гладкой и спокойной. Никаких волн, как в песне, здесь не было и в помине. Море казалось тихим и послушным. Наверное, сейчас Луна внимательно смотрит за ним, вот оно и не балуется и не пляшет.       Кристина умиротворённо глядела на открывшуюся ей картину. На душе было легко и приятно. И совсем, совсем оказалось не боязно. Это просто море. Ночное море, которое она даже не мечтала когда-нибудь увидеть. Море и Луна. Тихое ночное чудо. Даже два чуда. Одновременно.       По тёмно-синей глади Чёрного моря бежала тоненькая серебристая лунная дорожка. Она не была цельной. Она состояла из множества маленьких горизонтальных полосочек, сбитых вместе и ведущих куда-то вдаль. Далеко за горизонт. А может, по ним можно попасть и на саму Луну? Ну, если, конечно, идти долго-долго... Они ведь похожи на лесенку. Наверное, там, за горизонтом, они поднимаются вертикально в небо и ведут к самой Луне. А к чему же ещё? Не зря ведь дорожка называется лунной.       Наверное, очень интересно попробовать. Но не сейчас. Кристина не готовилась. А ещё такая прогулка наверняка займёт очень много времени. Да и страшно. Как бы там ни было, а подходить к морю ночью — страшно. Большая, чёрная, глубокая пучина. Неизвестно, что ещё она скрывает. Нет уж, лучше любоваться ночным морем издалека...       Кристина глянула в телефон на время и ужаснулась. 22:56. Если мама её ещё не хватилась — то сейчас наверняка хватится. Срочно домой!       Девочка быстро пошла через Лузановский парк назад. Она всё ещё боялась, но уже по другой причине: что сейчас с ней сделает мама, если успела заметить её отсутствие.

***

      Оказалось, что Анастасия всё это время была в душе. Из ванной комнаты падала узенькая полоска света через тёмный коридор и слышался плеск воды. Кристина, тихонько закрывая за собой входную дверь, облегчённо выдохнула: мама способна проводить в душе не один час. Это значит, что она, скорее всего, даже не заметила, что дочь куда-то выходила. Обошлось.       Когда Кристина засыпала, ей ещё долго чудился монотонный, тёплый и такой успокаивающий шум ночного моря.