Мир в искры

Ты вышла из кабинета Серы практически ничего не видя перед собой. Слёзы всё ещё текли по щекам. В груди неприятно жгло. А где-то внутри медленно поднималась самая настоящая истерика. Последний день. Всего один день. После всего, через что вы прошли. После суда. После побега. После всех этих недель вместе. Один день. — Дорогуша? Ты едва успела сделать пару шагов по коридору, как рядом оказался Аластор. В его голосе впервые за долгое время не было ни насмешки, ни лёгкой иронии. Только беспокойство. — Что стряслось? Он осторожно приподнял твой подбородок двумя пальцами, заставляя посмотреть на него. Увидев твои заплаканные глаза, он заметно нахмурился. — Что и должно было... Голос дрогнул. — Мне дали последний день, чтобы побыть с тобой. Слёзы снова покатились по щекам. — А потом... только письма. На несколько секунд Аластор замолчал. Улыбка исчезла. Полностью. И это было даже страшнее обычного. — Любовь моя... Не говоря больше ни слова, он резко притянул тебя к себе. Ты буквально уткнулась лицом ему в грудь. Его руки крепко обняли тебя за плечи. Будто пытались защитить от всего мира сразу. — Чш-ш-ш... Он осторожно погладил тебя по волосам. — Тише. — Чш-ш-ш... Совсем непривычно. Но удивительно искренне. — Не стоит так плакать. Ты только сильнее вцепилась в его рубашку. — Всё будет хорошо. — Не будет... — Будет. — Откуда ты знаешь? — Потому что я так сказал. Ты всхлипнула. — Это не аргумент. — Для меня вполне аргумент. Несмотря на ситуацию, ты невольно фыркнула сквозь слёзы. Аластор тихо хмыкнул. — Вот видишь. Потом добавил уже мягче снова улыбаясь: — Когда со мной действительно что-нибудь случится, тогда и будем реветь. Ты тут же стукнула его кулаком по плечу. — Что ты несёшь?! — Ай. — Даже не смей! — Дорогуша, это была шутка. — Ужасная шутка! — Согласен. — Идиот. — Приму к сведению. На этот раз ты действительно рассмеялась сквозь слёзы. Совсем немного. Но этого хватило. В этот момент дверь кабинета открылась. Из неё вышла Эмили. Она остановилась рядом. Посмотрела сначала на тебя. Потом на Аластора. И в её взгляде мелькнула грусть. Похоже, ей самой не нравилось решение Серы. Но спорить она не стала. Вместо этого подняла руку. Перед вами вспыхнул знакомый золотистый портал. — Я правда попробую что-нибудь придумать. Тихо произнесла она. — Спасибо... Эмили лишь грустно улыбнулась. После чего сделала шаг назад. Ты крепче взяла Аластора за руку. И вместе вы вошли в портал. На мгновение мир растворился в золотом свете. А уже через секунду под ногами оказался знакомый пол. Голоса. Музыка. Шум. Лобби отеля. Вы стояли посреди Хазбина. И почему-то именно сейчас реальность окончательно догнала тебя. Портал за вашей спиной тихо закрылся. И почти сразу к вам подлетела Чарли. — Ну что там?! В её глазах горела надежда. — Всё получилось?! — Они поверили?! Но договорить она не успела. Увидев твои заплаканные глаза, принцесса мгновенно побледнела. Улыбка исчезла с её лица. — Нет... Она прикрыла рот руками. — Неужели не оправдали? — Оправдали... Ты всхлипнула и вытерла глаза ладонью. — Меня оправдали. Чарли облегчённо выдохнула. Но радость продлилась ровно секунду. — Тогда почему... — Я могу провести здесь ещё один день. Голос снова дрогнул. — А потом вернуться в Рай. Тишина. Даже обычно шумный холл словно притих. Чарли медленно перевела взгляд на Аластора. Потом снова на тебя. И всё поняла. Без дополнительных объяснений. Без вопросов. Просто поняла. — Ох... Она опустила руки. В её глазах появилась искренняя грусть. — Т/И... Ты только покачала головой. Потому что если кто-нибудь сейчас начнёт тебя утешать, ты снова расплачешься. Рядом стоял Аластор. Непривычно молчаливый. Слишком молчаливый. Он лишь слегка сжал твою ладонь. И этого оказалось достаточно. — Думаю, на сегодня мы откланяемся. Спокойно произнёс он. В его голосе всё ещё звучала привычная вежливость. Но Чарли знала его достаточно хорошо, чтобы заметить то, что скрывалось за ней. Поэтому лишь кивнула. — Конечно. — Если что-то понадобится... — Мы знаем. Закончил за неё Аластор. На удивление мягко. Чарли грустно улыбнулась. — Тогда хотя бы постарайтесь провести этот день хорошо. На этих словах ты всё-таки отвела взгляд. Потому что именно это было самым сложным. Как провести хорошо день, который заранее знаешь последним? Аластор ничего не ответил. Лишь положил руку тебе на спину. Легонько подтолкнул вперёд. — Пойдём, любовь моя. Как только дверь номера закрылась за вашей спиной, ты окончательно сдалась эмоциям. Все силы, которые держали тебя во время суда, разговора с Серой и дороги обратно, закончились. Ты опустилась на край его кровати и закрыла лицо руками. — Это нечестно... Голос дрожал. — Просто нечестно. Аластор некоторое время молчал. Затем спокойно снял пиджак и повесил его на спинку кресла. Словно своим спокойствием пытался удержать от паники и тебя. Потом подошёл ближе и присел рядом. — Ми амор. Ты покачала головой. — Не надо... — Надо. Его голос прозвучал мягко, но настойчиво. Он осторожно взял твои руки и убрал их от лица. — Посмотри на меня. Ты нехотя подняла взгляд. — Вот так. Большим пальцем он вытер дорожку слёз с твоей щеки. — Не надо принимать решения, когда тобой управляют эмоции. — Мне дали один день, Ал... — Я знаю. — Один день. — Да. — А потом всё. — Кто сказал? Ты растерянно моргнула. — Сера. — Сера сказала, что сейчас видит только один выход. Он слегка пожал плечами. — Но, к счастью, мир редко ограничивается одним выходом. — Ты не понимаешь... — Нет, дорогуша. На этот раз перебил уже он. — Это ты сейчас не понимаешь. Его ладонь осторожно легла поверх твоей. — Мы пережили вооружённых ангелов. — ... — Пережили охоту на тебя. — ... — Суд. — ... — И даже совместное проживание со мной. Ты невольно фыркнула сквозь слёзы. — Последнее вообще подвиг. — Вот именно. Уголок его губ приподнялся. — Поэтому не говори мне, что всё кончено. Он осторожно коснулся лбом твоего лба. Жест получился неожиданно нежным. Совсем не похожим на того Аластора, которого боялся весь Ад. — Послушай меня внимательно. Его голос стал тише. — Даже если нам придётся довольствоваться письмами какое-то время... Он переплёл свои пальцы с твоими. — Даже если придётся ждать. — ... — Даже если весь Рай решит усложнить нам жизнь. Ты почувствовала, как он слегка сжал твою руку. — Это не заставит меня исчезнуть. Слёзы снова навернулись на глаза. Но теперь уже не такие горькие. — Ты обещаешь? — Нет. Ты удивлённо посмотрела на него. — Что? — Я не люблю обещания. Спокойно ответил он. — Их слишком легко нарушить. А затем наклонился и мягко поцеловал тебя в лоб. — Но я могу дать слово. Он посмотрел прямо тебе в глаза. Его улыбка была не насмешливой. Не пугающей. А просто тёплой. — Я никуда от тебя не денусь, любовь моя. В груди что-то болезненно сжалось. Ты сама подалась вперёд и крепко обняла его. Уткнувшись лицом ему в плечо. Аластор тут же обнял тебя в ответ. Одной рукой поглаживая по волосам. Другой прижимая ближе к себе. — Вот так. Тихо произнёс он. — Намного лучше. — Мне всё равно страшно. — Знаю. — Очень страшно. — Знаю. — А тебе? На секунду повисла тишина. Потом ты услышала над самым ухом его негромкий смешок. — Дорогуша, я демон, который однажды решил спорить с самим Адом. Он чуть сильнее прижал тебя к себе. — Разумеется, мне тоже страшно. И почему-то именно это признание успокоило тебя сильнее любых красивых слов. — Ал... Ты подняла на него взгляд. Глаза всё ещё были красными от слёз. — Поцелуй меня. На мгновение Аластор замер. Будто пытался понять, о чём ты сейчас думаешь. О расставании. О завтрашнем дне. Или просто о том, что сейчас тебе отчаянно нужно почувствовать его рядом. Он осторожно коснулся твоей щеки. — Любовь моя... И наклонился к тебе. Поцелуй получился долгим. Таким, в котором не было ни спешки, ни страха. Только тихая попытка удержать момент, который уже ускользал. Когда вы отстранились, ты не отпустила его. Наоборот — притянула ближе и крепко обняла. Словно пыталась сохранить это мгновение в себе. Аластор обнял тебя в ответ, медленно поглаживая по волосам. — Дорогуша... Ты чуть сильнее прижала его к себе, а потом сама потянулась ближе и поцеловала его снова — уже не так осторожно, с отчаянной теплотой, будто проверяя, что он действительно рядом. Он слегка отстранился, только чтобы посмотреть на тебя. — Ты уверена? Ты подняла взгляд. — В чём? — Что хочешь провести наш последний день, думая только о завтрашнем расставании? Ты растерянно моргнула. — Ал... — Нет. Он мягко, но уверенно покачал головой. — Послушай меня. Его ладонь накрыла твою. — У нас есть сегодняшний вечер. Пауза. — Есть этот номер. — Есть мы. Он чуть наклонил голову. — И если ты этого хочешь — мы можем просто быть вместе. Без всего остального. Ты невольно улыбнулась сквозь остатки слёз. Он ответил тебе той самой редкой улыбкой, которую почти никто не видел. Тёплой. Настоящей. — А значит, день ещё не потерян. Ты уткнулась лбом ему в плечо. Сердце всё ещё болело. Но рядом с ним становилось тише. — Тогда давай проведём его вместе. — Именно это я и собирался предложить, любовь моя. После этого мир будто рассыпался на искры — тихие, тёплые, дрожащие в воздухе, как свет, который больше не хочет гаснуть. Он стал другим. Мягче. Ближе. Словно всё острое внутри вдруг растворилось в тепле — и осталось только дыхание, прикосновения, тишина, в которой больше не больно. В этой тишине было что-то почти электрическое — тонкое, живое, как натянутая нить между сердцами. Каждое движение, каждый взгляд отдавался внутри лёгкой дрожью, будто мир наконец перестал быть холодным. И засыпая, ты ловила это чувство — тихое, ускользающее, но настоящее. Что многоточие — это не конец. Это пауза. Это вдох перед следующим словом. Это продолжение, которое ещё не написано. А финал… он никогда не был где-то заранее. Он всегда там, где ты решаешь его поставить.