43. Идея [Эредин, джен, элементы гета]

Девушка пребывала в нерешительности. Обычно ее отсылали прочь сразу, как только пропадала необходимость в непосредственной близости, но на сей раз господин приказал остаться. Оттолкнул от себя и, перекатившись на другую сторону ложа, свесил ноги на пол. Бесшумной тенью выскользнув из постели, она нагнулась за разбросанной одеждой, когда рука ее замерла на полпути. – Расскажи что-нибудь. Вздрогнув от неожиданности, девушка так и застыла на месте, не мигая уставившись на очередной предмет гардероба, но не видя его. Просьба господина застала врасплох, ведь с уст его обычно слетали приказы совсем иного толка. К тому же, нравом эльф славился отнюдь не сахарным: с таким не то, что говорить – лишний раз взгляд поднять боязно. – Я жду. – Что рассказать, мой господин? – Неважно, – рывком поднявшись, он накинул халат, а затем направился к плетеному креслу у окна, где привык проводить время, когда не спалось. – Поживей. В голосе его отчетливо мелькнули нотки раздражения вперемешку с закипающей злобой, чья причина крылась далеко в не медлительности непонятливой девки, могущей, однако, сделаться последней каплей в и без того не слишком уж вместительной чаше терпения. Метнувшись к столику с напитками, она проворно наполнила кубок, разумно рассудив, что пряное вино подействует расслабляюще – настолько, что эльф, возможно, даже задремлет, подарив ей несколько часов спокойствия. Он принял подношение молча и не глядя, взор его стремился за горизонт, словно пронзая пространство и время. Следуя знаку, она проворно устроилась у его ног, судорожно соображая, что бы такого рассказать. В голову как назло не шло ничего путного, а тонко сжатые губы господина свидетельствовали о нарастающем неудовольствии, с каждой секундой грозившем вылиться в приступ плохо контролируемой ярости. Или неконтролируемой вообще. Тут уж как повезет. Слуха вдруг достиг шепот деревьев – порыв несильного ветра прогулялся по саду и, сорвав несколько пожелтевших листочков, закружил их по воздуху, чтобы затем играючи загнать на террасу, словно прощальный привет ускользавшей осени. Пройдет совсем немного времени, как сад окончательно лишится красок, а воздух преисполнится свежестью, предвещающей йольские морозы. По крайней мере, так раньше случалось дома… И тут ее осенило. Взор затуманился воспоминаниями, очертания роскошных покоев размылись, а мысли унеслись в недосягаемое прошлое, когда они с подругами наряжались сиренами или полуденницами, вымазывая лицо кроваво-красным буряком или же сажей, да спешили на речку – пускать венки, водить хороводы, да прыгать через костер. Девушка и не заметила, как с уст ее полились слова, сами собой складываясь в рассказ о том, как с наступлением сумерек все собирались вокруг огня или же в хате, дабы при неровном свете пламени внимать различным историям – одна другой жутче, бросать украдкой взгляды сквозь скрещенные пальцы, вздрагивая от каждого шороха, да время от времени вскрикивать, когда рассказчик слишком уж увлекался, подражая вою волколака в лунную ночь… Вполуха слушая сбивчивый рассказ, Эредин лишь презрительно усмехался, в то время как в глазах его все отчетливее проступал стальной блеск: он-то полагал, что всему в мире приходит конец – даже человеческой глупости. Куда там. Dh´oine с их ограниченным умишком с завидным постоянством удавалось опровергать столь, казалось бы, нехитрый закон природы. Однако на сей раз он не просто развлекался, нет. Его задело за живое. В самом деле, так извратить эльфийский праздник Саовины. Додуматься надо ж! А, впрочем, ничего нового: им бы только все переврать, извратить и изгадить. И тут его осенило. Жестом оборвав девку на полуслове, он велел ей убираться – хватит, наслушался. Едва за ней закрылась дверь, как в покоях, следуя мелодичному звонку, тут же появился слуга, получивший приказ завтра с утра прислать к господину главного кузнеца – предстояла масштабная работенка для Всадников. Доспехи, амуниция, сбруя. В общем, полный комплект. Причем на сей раз требовалось отойти от привычного изящества линий, выполнив все образом крайне грубым. Топорно. Мерзко. Отвратительно. Чем жутче, тем лучше, проще говоря. Благо девка не скупилась на описания, в красках представив самые распространенные глупости, в народе громко величаемые суевериями. Включая внешний вид «нечисти». Спать расхотелось. Совсем. Расхаживая по покоям, Эредин размышлял о том, как удачно подвернулся повод выпустить пар, а заодно и развлечь подчиненных, в последнее время не видевших ни сна, ни отдыха, что, как ни крути, пагубно сказывалось на общих настроениях – несмотря на муштру. И, чем дальше, тем больше нравилась ему собственная идея. И он не сомневался, что и Всадникам она придется по вкусу. Более того. Даже приказывать не придется, ведь давненько они так не веселились. Вновь выйдя на террасу, Эредин вдохнул полной грудью, с улыбкой встречая занимавшийся на горизонте рассвет, причем улыбка сия не предвещала ничего хорошего. Вскорости. Для некоторых. Хотели «Саовину»? Что ж, получайте.