Перевёрнутая доска

      ...После того как гость покинул кают-компанию, генерал Штормфаер продолжил сидеть, откинувшись на спинку сидения и постукивая копытом по подлокотнику. В его голове стремительно крутились мысли о том, что с недавних пор Единство делает всё, чтобы превратить карту пустоши, открытую взглядам Анклава словно шахматная доска с заранее известными фигурами, в стол для покера, ну или - подкидного дурака.       "И последнее становится всё больше похоже на правду. Слишком уж много козырей выкладывают наши союзники, из-за чего численное, технологическое и организационное превосходство может оказаться обрушено", - досадливо дёрнув ухом, крылатый жеребец тяжёлым взглядом прошёлся по тому месту, где совсем недавно находился очень опасный земнопони.       - Генерал, как вы и приказывали - сообщение совету отправлено, - доложила жёлтая пегаска с фиолетовой гривой, вошедшая в помещение без стука (впрочем, не услышать цокота закованных в броню копыт по полу небесного корабля было не самой простой задачей. - Шестой автономный пункт связи выводится из спящего режима.       - Хорошая работа, лейтенант, - похвалил жеребец подчинённую, что ему не стоило никаких усилий, а вот кобылке доставило удовольствие.       ...В конце концов глупо было бы не пользоваться методиками ещё довоенных корпоратов, разработавших множество способов законного обеспечения лояльности служащих, которые доказали свою эффективность временем. Ну а то, что большая часть высшего офицерского состава предпочитает забывать о пользе обычной вежливости и внимательности - исключительно их выбор и проблема.       "Не зря я в жеребячестве любил историю и изучал психологию", - протянув правое переднее копыто к бутылке, Штормфаер наполнил один стакан, немного подумал и плеснул ценного напитка во второй, тут же отодвинутый в сторону кобылы.       - Сэр...? - летунья произнесла это слово вопросительно, глазами указав на второй сосуд.       - Выпьем за будущее, лейтенант, - отставив бутылку и подняв свой стакан, генерал провозгласил: - За Эквестрию, которая вновь поднимется из пепла, чтобы стать ещё более прекрасной и величественной.       Со звоном сосуды соприкоснулись, после чего Штормфаер залил жидкость себе в горло и проглотил, практически не чувствуя вкуса. Слова мастера Снейка о Селестии, которая обнаружилась в центре управления ПОП в... крайне незавидном положении, требовали тщательного осмысления и выработки новой стратегии. При этом вопрос о правдивости сведений не ставился, так как не имел особого значения.       "Если Селестия настоящая, то у неё к командованию Анклава есть большие претензии. Если же "нет", то у нас есть широта манёвра для заключения договорённостей", - жеребец не сомневался, что Единство способно предоставить общественности "настоящую" живую принцессу дня, которая будет вести себя в точности как на оставшихся записях, а то и сможет поделиться конфиденциальной информацией, из-за чего подловить её не получится даже у гулей, заставших войну с зебрами.       Сейчас, на волне перемен и великих свершений (к которым можно причислить продолжающуюся очистку Мэйнхеттена и освобождение Кантерлота от дракона, источавшего розовое облако), гражданские пони и младшие военнослужащие Анклава с восторгом встретят возвращение воскресшей богини. В конце концов сами командующие на протяжении сотен лет пользовались образами погибших принцесс, чтобы проводить идеологическую обработку подконтрольного населения, что было особенно удобно по причине "вознесения в лучший мир" обеих сестёр-аликорнов.       "Когда идолы не могут возразить - очень удобно говорить от их имени. Только вот теперь, когда Единство решит показать Селестию народу - это сыграет против нас. И даже если сейчас начать распространять информацию о фальшивых принцессах - это не убедит всех, но зато покажет союзникам нашу подготовку к конфронтации. Результат? Центр управления ПОП может обрушить нашу инфраструктуру, уронить облачные города, закрыть небо от полётов при помощи ураганов... объявив это свидетельством недовольства принцессы нынешним генералитетом. В то же время они показали, что имеют способы выращивания продуктов в товарных объёмах, благодаря чему любые перебежчики получат кров и пищу. Несмотря на наличие "Хищников" и "Циклонов" - мы сразу же окажемся в крайне стеснённом положении, так как даже разгромив Понивилль, Новую Эпплузу, Мэйнхеттен... решающего превосходства не получим. А потом ресурсы закончатся и собственные солдаты поднимут командиров на клинки", - вероятно, воображение немолодого летуна рисовало излишне мрачную картину, но он всегда предпочитал переоценивать угрозу, а не недооценивать её.       Из всего надуманного следовало, что открытое противостояние, которое и раньше было нежелательно как из-за разрушительной силы Единства, подкреплённой крайне высокой мобильностью, так и из-за пользы, которую можно получить при сотрудничестве - после захвата центра управления ПОП стало окончательно неприемлемым. Таким образом генералитету теперь предстояло выработать новую стратегию поведения, учитывающую как вероятность того, что Селестия настоящая, так и того, что она - качественная подделка.       "Основатели Анклава подложили нам жирную свинью, когда объявили о своём отделении от Эквестрии. Не могли подождать, а потом с честными взглядами вещать, что мы - последние наследники погибшего королевства, правительницы которого завещали строить светлое будущее? Впрочем, кто мешает нам подтасовать карты и замести под ковёр особенно неблаговидные подробности... словно бы это было сделано нашими предшественниками?", - вынырнув из своих мыслей, Штормфаер стукнул стаканом об стол и соскользнул с сидения, после чего под удивлённым взглядом подчинённой сбросил свою форму и направился к выходу в коридор.       - Лейтенант, подготовь мои доспехи к вылету через пятнадцать минут: как только я выйду из деактивирующего магию душа - отправлюсь на узел связи, - генерал слегка усмехнулся, почувствовав, что смог поймать крыльями попутный ветер. - Эскорт - два крыла штурмовиков.       - Есть, сэр, - отозвалась кобылка, но жеребец уже не обращал на неё внимания.       ...Впереди его ожидал непростой разговор с советом, который будет недоволен и постарается найти виновного в том, что ситуация развивается не по их сценарию. Впрочем, так как некоторые из этих пони в своих мечтах уже стали молодыми аликорнами - не стоило сомневаться в том, что конфликт удастся замять.       "Главное - суметь сохранить в тайне наши переговоры. Как же удачно, что зелье, разработанное против ядовитой шутки - в оригинальном своём виде способно разрушать не имеющие материальной оболочки магические контуры", - немолодой пегас понимал, что запасов компонентов на запечатанных складах долгого хранения не так уж много, но был уверен, что постепенно найдутся и другие способы борьбы с новым видом магии.

***

      Скрытые серыми облаками небеса медленно светлели, а местами в бреши среди туч и вовсе пробивались робкие солнечные лучи. В это время у стен Нью-Пегаса разворачивалась суетливая активность: вернувшиеся с той стороны реки разведчики сообщили, что ночью большая группа зебр (и тех, кто под них только маскируются) ушла на два километра от русла и свернула в сторону брода, находящегося ниже по течению. А это значило, что пока Цезарь совершает свой обходной манёвр, чтобы во время очередного штурма дамбы ударить с двух направлений, в его лагере осталось минимум на треть меньше воинов.       Наёмники и рейдеры, ополченцы и гвардия хозяев Нью-Пегаса тут же вступили в спор: одни заявляли, что это отличный шанс разбить противника по частям, другие твердили, что переброска сил через реку подорвёт оборону города, а потому нужно отправить добровольцев к переправе, чтобы помешать полосатым выродкам осуществить свой план, а третьи хмурились и сомневались, предполагая какую-то западню. Впрочем, кто этих бесхребетных паникёров, вообще, когда-либо слушал?       ...Когда же споры привели в тупик - Стерн, отправленная в расположение армии самим Красным Глазом, не желавшим терять контроль над столь серьёзной вооружённой силой, заявила, что они являются союзниками, а не подчинёнными аристократии Нью-Пегаса. Таким образом грифина поставила точку пустым сотрясаниям воздуха и предупредила, что её подчинённые в любом случае пойдут на другой берег, чтобы нанести визит вежливости Цезарю, даже если в процессе им придётся своими танками снести все укрепления на плотине.       Разумеется, никому из хозяев города подобная дерзость по душе не пришлась, но спорить с отбитой наёмницей, а уж тем более - пытаться её к чему-то принудить никто не решился. В конце концов - они сами пригласили Красного Глаза в свой дом и теперь, если его войско решит уйти, ну или же отойдёт в сторону, чтобы подождать пока Цезарь сметёт сопротивление, чтобы вернуться и добить победителя - ничего хорошего их не ждёт.       В итоге получаса более конструктивных переговоров был разработан план, по которому рейдеры, наёмники и работорговцы Красного Глаза нанесут первый удар, прорвутся в лагерь Последнего Легиона и, если им улыбнётся удача, заберут себе лучшие трофеи. Впрочем, отсидеться за спинами чужаков защитники Лас-Пегаса тоже позволить себе не могли, из-за чего выделили примерно четверть своих сил в качестве подкрепления.

...

      - Для многих из нас это будет последний рассвет, - произнёс крупный земнопони в тканевой броне, поверх которой были нашиты металлические пластины, способные защитить если не от прямого попадания из огнестрела, то хотя бы от осколков, холодного и дробящего оружия.       - Святые ляшки Селестии... да заткнись уже, - закатил глаза к небу худощавый серый единорог, уже нацепивший боевое седло с парой скорострельных пушек малого калибра (отлично подходящих для стрельбы по многочисленному, плохо бронированному противнику).       - Ты каждый день это говоришь.       - И каждый день я оказываюсь прав, - ответил более крупный наёмник, после чего добавил: - Но сегодня меня терзают особенно дурные предчувствия.       - И с чего бы? - иронично изогнул брови единорог. - Разве может быть что-то лучше, чем идти в атаку в первых рядах?       - Может, - невозмутимо кивнул собеседник. - Идти в атаку под командованием Голденрейна.       - Эй, ребята, вы не видели мою винтовку? - подбежавший к двум наёмникам жеребец, красующийся покрытой позолотой лёгкой штурмовой бронёй, откинул забрало шлема и утёр пот с утончённой, аристократической морды. - Кажется, я её где-то забыл...       - ...? - выразительно покосился на напарника земнопони.       - ...! - столь же эмоционально закатил глаза единорог.       - Впрочем - не важно! - взмахнув правым передним копытом, едва не заехав по морде одному из подчинённых, Голденрейн выхватил из закреплённых на боку ножен короткую кривую саблю и указал её остриём куда-то на другую сторону реки. - Если понадобится - я поведу вас в бой даже с голыми копытами! За нашими спинами - кобылы и жеребята, так что подобные мелочи не смогут нас остановить и помешать исполнить свой долг!       - ...Это наш последний рассвет, - вновь протянул земнопони, прекрасно понимающий (как и его напарник), что если этот идиот свернёт себе шею - даже бежать на другую сторону Пустоши будет бесполезно.       - Да иди ты... - повесил уши единорог.

...

      Атака началась с удара артиллерии: пусть за две сотни лет пушки, унаследованные от армии Эквестрии, по большей части пришли в полную негодность, ну или же растратили свой боезапас, но время от времени на Пустоши появлялись умельцы, которые создавали менее технологичные аналоги. Стрельбу из подобных орудий нельзя было назвать по-настоящему точной, да и снаряды оставляли желать много лучшего, но свою основную задачу по наведению беспорядка они исполняли уверенно.       Второй этап наступления заключался в налёте грифонов и немногочисленных пегасов, вооружившихся разнообразными гранатами, минами, сосудами с зажигательной смесью. В них, разумеется, стреляли с земли, да и полосатые летуны бросились на перехват... но сопротивление оказалось даже слабее предполагаемого, из-за чего возглавляемые Стерн наёмники совсем обнаглели, устроив карусель над головами мечущихся внизу врагов.       Одновременно с этим на плотине разбирались баррикады, мешающие бронетехнике проехать на ту сторону, а воодушевлённые успехами рейдеры и вовсе плюнули на сохранение строя, улюлюкающей толпой ломанувшись на другую сторону реки по единственной переправе. Впрочем, Последний Легион не зря славился своими дисциплиной и стойкостью, а потому к моменту, когда первые ряды воинства Красного Глаза ворвались в лагерь - их встретили слаженные залпы ружей и винтовок, стена щитов и вскинутые копья.       Полосатые жеребцы и кобылы выдержали первый натиск словно бетонная стена, в которую на полном ходу врезался довоенный автомобиль. Сброд, который представляли из себя на фоне легионеров работорговцы и бандиты даже отхлынул назад, но, несмотря на первую кровь - в их глазах вспыхнули только ещё большая ярость и ненависть, в зародыше задавившие побеги неуверенности. Грохот бронетранспорта, преодолевающего переправу и вовсе вызвал восторг, заставив поверить в скорую победу (ведь огонь из пушек и таран многотонного железного монстра не остановить живой стеной).       ...Командиры бронетехники не были столь же кровожадны и самоуверенны, как рядовое "пушечное мясо": вместо того, чтобы по одному устремляться вглубь лагеря легиона, они терпеливо накопили рядом с переправой ударный кулак, а затем распределили направления и неспешно двинулись вперёд. По машинам застучали пули, некоторые полосатые кидались в самоубийственную атаку, чтобы метнуть гранату или зажигательную смесь, но основная масса воинов Цезаря стала пятиться, покидая укреплённые позиции.       Однако же не успели "рыцари" на железных колесницах преодолеть и половину пути - дороги стали взрываться столбами огня и осколков, разбрасывая комья грязи и переворачивая технику воинов Красного Глаза. И словно бы это было сигналом - из клеток с рабами раздалась стрельба, после чего навстречу рейдерам и работорговцам высыпала толпа злых, грязных, вооружённых до зубов легионеров. Тут же были откинуты щиты, закрывающие ямы с засадными группами, а воздух разрезали дымные следы выстрелов гранатомётов.

...

      Поднявшись повыше, чтобы не поймать случайную пулю, Стерн с двойственными чувствами наблюдала за развернувшимся внизу хаосом. Атака, начавшаяся с её подачи вполне удачно, теперь почти захлебнулась, так как полосатые выродки не только не дрогнули, но и сумели приспособиться, чтобы начать выводить машины из строя при помощи гранатомётов.       "И откуда они только взяли их в таком количестве?", - нахмурившись, грифина перевела взгляд туда, откуда к легионерам подходили засадные центурии, тут же берущие её подчинённых в клещи, не давая маневрировать и лишая главного преимущества.       ...Теперь стало окончательно очевидно, что Последний Легион подготовил ловушку, в которую воинство Красного Глаза с визгами и смехом влетело на полном ходу. Это можно было бы назвать грандиозным провалом Стерн как командира, но ирония ситуации заключалась в том, что её босса подобный расклад тоже вполне устраивал (о чём, разумеется, никому не следовало знать).       - Приказ всем отрядам, - поднеся левую переднюю лапу к клюву и включив микрофон своего пип-бака, грифина обратилась к командирам армии. - Отступайте к плотине и организуйте оборону. Сейчас пойдёт вторая волна из Лас-Пегаса и эти ублюдки умоются кровью. Того, кто побежит, я сама вскрою и подвешу за ноги истекать кровью в назидание другим.       ...Получив череду подтверждений, наёмница вновь посмотрела на поле боя (ну или же избиения), где растянувшиеся ряды рейдеров стали неуклюже пытаться вырваться из тисков. В то же время с противоположной стороны в лагерь вошла колонна зебр, возглавляемая самоходной платформой, на которой стоял сам Бессмертный Цезарь.       Правая лапа Стерн легла на лапоять карабина с лазерным прицелом, но прикинув расстояние, оценив открытость пространства и количество охраны, она с досадой была вынуждена откинуть идею лихого налёта. В конце концов - героическая смерть совершенно не входила в её планы ни сейчас, ни когда-либо в будущем.       - Что за...? - шокированно выпучив глаза, грифина уставилась на продолжающего стоять полосатого жеребца, верхняя половина головы которого разлетелась осколками.       Зебры, окружающие великого лидера, ещё ничего не поняли, а с земли в небо уже стартовала пятёрка пегасов в броне Анклава, чтобы на полном ходу врезаться в облака и скрыться в толще завесы. В это же время пораскинувший мозгами Цезарь упал, из-за чего значительная доля шума затихла в неверии.       "Это... так просто?", - моргнув, Стерн бросила взгляд на экран пип-бака, пусть устройство и было бессильно предупредить об опасности, находящейся за сотни метров.       И словно бы уже случившегося было мало - заглушая шум продолжающегося сражения в воздухе раздался визгливый, капризный крик:       - Нечестно!