Часть 5.

Через несколько дней Драко появился на пороге особняка. Чувствовал он себя полным сил и абсолютно здоровым. Хотя надо сказать, что его немного терзала совесть, он довольно грубо обошёлся с Гермионой, однако признавать этого он не был намерен. В конце концов извиняться перед грязнокровкой Грейнджер не пристало чистокровному блондину из древнего рода Малфоев. Зайдя в особняк, он почувствовал вкусный запах блинов. — Готовишь? Девушка резко обернулась, она совсем не была готова к приходу хозяина дома, это было видно по довольно короткой ночнушке, которая еле прикрывала ей пятую точку. — Я не знала, что ты вернёшься сегодня. — Что ж, — парень оглядел ее сверху донизу, — Встреча мне нравится. Грейнджер вспыхнула. — Можешь завтракать, а я переоденусь. — Меня все устраивает. — А меня нет! — девушка поспешила удалиться, а Драко проводил ее взглядом. Почему-то он никогда не задумывался о том, что у Гермионы потрясающая фигура, а ведь стоило. То, что она красивая, он признал, когда на 4 курсе увидел ее на Святочном балу. Любой, кто говорил, что она не была прекрасной тогда, откровенно врал, а Драко врать не любил. И теперь он признал, что фигура гриффиндорки идеальна. Не было того, что стоит добавить или убавить — идеально. Из размышления его вывела вернувшаяся назад Гермиона, одетая уже в домашнюю одежду. — Прошлый образ был лучше. — Твоего мнения я не спрашивала. Малфой поморщился от резкого тона девушки, но язвить в ответ не стал. — Очень вкусные блины. — Спасибо. — Грейнджер, перестань. — Что именно? — Строить вид обиженной девушки. — Я не строю никакой вид, я просто не хочу разговаривать со своим недругом. — Я сказал правду, и ты это знаешь, ну, какие мы друзья? — Малфой, не беспокойся, я понимаю, что дружить с грязнокровкой не дело для такого как ты. — Причём здесь это, — блондин отмахнулся, — Мы вчерашние враги. — Вот именно, что вчерашние! Ты даже не можешь предположить, что со мной можно дружить, я ведь грязн… — Да перестань ты! Что ты заладила? Я помню о статусе твоей крови без напоминаний об этом каждую минуту! — Я очень рада. — Хорошо, — он вздохнул, — Чего ты хочешь? Дружить? — Не хочу я с тобой дружить. Сдался ты мне. — Грейнджер, не начинай. Зачем тебе это? Зачем пытаться стать друзьями? Какой прок? — Да потому что! — девушка не выдержала, — У меня никого нет! Абсолютно! Мои друзья мертвы! Единственная подруга фиг знает где… — Грейнджер… — Нет! Я договорю! Родители не помнят о моем существовании, я не могу выходить на улицу! И единственный человек, с которым я общаюсь — ты, но куда уж мне, кто будет общаться с грязнокровкой, которую всю жизнь ненавидел? И ты даже не можешь дать мне шанс! — Гермиона обессилено опустилась на стул, закрыла лицо руками и стала тихо всхлипывать. — Я тебя не ненавидел, это слишком громко сказано… — О, мне стало легче! — она решила уйти, однако блондин остановил ее, удержав за руку. — Давай попробуем. — Что? Парень пожал плечами. — Дружить. — Слушай, делать это из жалости… — Это не из жалости. Я не буду тебе обещать, что из нас выйдут друзья, но я готов рискнуть. Гермиона всхлипнула. — Сразу скажу, я не Поттер и не Уизли, не пытайся нас сравнивать. Я в это играть не буду. — Не буду, обещаю. — Держи, — Драко протянул ей салфетку, и гриффиндорка смогла вытереть слёзы, — Что там обычно делают друзья? — Не делай вид, что у тебя не было друзей. — Девчонок? Не было. — А Паркинсон? — Мы никогда не были друзьями, — парень поморщился, — Она вечно крутилась рядом с нами, но дружить…у нас не такой плохой вкус. — А говорили, что у вас роман. — Обо мне много, что говорили, — Драко усмехнулся, — Рад, что ты интересовалась моей личной жизнью. — Не интересовалась я! — вспыхнула Гермиона, — Это Рон говорил. — О, ещё лучше, не думал, что он по мальчикам. Гриффиндорка улыбнулась шутке, но потом вновь вспомнила, что друг мёртв, это отразилось на ее лице, Малфой заметил перемену, поэтому быстро перевёл тему. — Рассказывай, что успела прочитать за мое отсутствие. Гермиона оживилась и стала рассказывать блондину о вчера прочитанной книге. С этого момента у гриффиндорки и слизеринца началось более тесное взаимодействие, хотя назвать это дружбой все равно было сложно. Да, они больше общались, иногда вспоминали прошлые годы, могли говорить о текущей ситуации в стране, обсуждать книги, однажды даже смотрели вместе фильм, но друг другу все равно не доверяли. Первым шагом на пути к доверию был один из их вечерних разговоров рядом с камином. — Мне всегда было интересно, почему ты стал воевать на нашей стороне, если ты…хм… Пожиратель? Тема разговора блондину не понравилась, но он ответил: — Я никогда не хотел быть Пожирателем. — Но ты ведь, мягко говоря, не любил таких как я и не упускал возможности об этом сказать. — Да, но я тогда был сопливым мальчишкой, когда стал старше и стал понимать, кто такие Пожиратели желание им стать, равнялось нулю. — Но ты ведь стал? — Будто у меня был выбор. — Выбор есть всегда, — поучительным тоном отозвалась Гермиона, тоном, который так не любил Рон еще с первого курса. — Грейнджер, ты ведь ничего не знаешь. — Так, расскажи. Парень замялся, он явно не хотел рассказывать. — Ты можешь мне доверять, — негромко произнесла девушка. Он кивнул. — Я обещал, что мы попробуем стать друзьями, а так ведь поступают друзья? Рассказывают такие вещи? Гермиона кивнула. Драко тяжело вздохнул, переселить себя и рассказать ей о своих переживаниях, было трудно для блондина, но он все же это сделал. — Я сделал это ради матери. Увидев удивлённый взгляд гриффиндорки, он продолжил. — Мой отец…кхм…тиран в семье и слабак на людях. Он всегда угрожал мне матерью, и если бы я пошёл против воли отца, а соответственно и Лорда, то…ты сама можешь сделать вывод. — Я даже не могла предположить. — И не должна была. Да и я действительно поддерживал идеи Лорда, пока был мальчишкой, обзывал тебя и не только. — А почему изменил мнение? — Летом между 5 и 6 курсом я стал активно вращаться в кругах Пожирателей, однажды они взяли меня с собой, и когда я увидел смерть обычных людей, понял, что не хочу быть вот таким. — Но ведь, чтобы стать Пожирателем надо убить? Ты сделал это? — Да, — Драко тяжело вдохнул, говорить об этом с кем-либо было трудно, тем более говорить об этом с Грейнджер, — Убил двоих. Гермиона поёжилась. — Было...мм…сложно? — А как ты думаешь? — грустная усмешка. — Наверное, да? — Да, Грейнджер, это было тяжело. Я думаю, на сегодня откровений хватит. — Почему ты не сказал Гарри? — О чем? — О том, что на нашей стороне. — Ты думаешь я тупой? Лорд читал его, как открытую книгу, мне не нужно было этого. — Гарри умел защищать своё сознание! Драко кивнул. — Чего ты хочешь на ужин? — Не переводи тему! — На сегодня достаточно. Я больше не хочу это обсуждать. Гермиона вздохнула, но она понимала, что слизеринец уже и так сделал большой шаг в сторону их взаимного доверия и дружбы. — Спасибо. — Что? — Спасибо, — девушка пожала плечами. — Это за что? — За доверие. Я понимаю, что для тебя это не самая легкая тема, я благодарна, что ты рискнул. Блондин хмыкнул. — Рад стараться, Грейнджер. Гермиона поморщилась от такого важного и пафосного тона. — Не обязательно было включать слизеринца. — О, а ты разве по нему не скучала? — Вряд ли это вообще можно представить. — А вот я скучаю по заучке с Гриффиндора. — Подожди… Малфой умеет скучать? — Начинается, — Драко закатил глаза, — Представь себе. — Невероятно! — хлопнув в ладоши, заявила Гермиона, чем вызвала улыбку Малфоя.