2.3 глава

      Перед днём экзамена каждый бессмертный будто терял голову. Многие переживали, зубрили материал и советовались с одногруппниками по поводу самых спорных ситуаций. Некоторые бросались в истерики, заявляя, что советовать людям, как жить — слишком тяжёлая и большая обязанность. Что насоветует студент, сам ещё жизни толком не вкусивший?       И в этот день, на фоне общих тревоги и страха, Анхея готовилась взять сложное задание. С одной стороны, она не могла не чувствовать себя выше тех, кто испытывал ужас, получая простейшие кейсы. С другой, это не сильно успокаивало. То, что кафедра увидела в ней гения, не давало гарантии, что она сможет справиться с поставленной задачей. Что угодно может пойти не так, и Анхея должна быть к этому готова. Но готова ли она? Мисселина кивнула ей, подзывая подойти. Вот, сейчас она скажет, что девушку отправят к убийце-маньяку-психопату с ножом в руке, которого она должна будет направить на путь истинный. Тот на неё набросится и зарежет. Сможет ли она регенерировать рану в обличие человека? И не будет ли это считаться нарушением порядка проведения экзамена? По крайней мере, в таком случае она сможет притвориться богиней, сошедшей с небес, что явно придаст больший вес её словам…       В раздумьях Анхея невесомо подошла к Мисселине, почти не чувствуя пола под ногами. Женщина улыбнулась:       — Рада видеть, что ты не переживаешь.       Надо будет поблагодарить мать. Без неё бы способность контролировать собственные эмоции не достигла бы такого совершенства.       — Твоё задание будет связано с кризисом веры: девочка, совсем юная, хочет отречься от Бога, и тебе следует её переубедить. Обязательно определи тип кризиса: сомневается ли она в себе, в системе или в самом Господе, — Мисселина вновь одарила ангела милой улыбкой, будто не замечая, что цвет кожи Анхеи уже ничем не отличался от её светлых перьев, — Будет сложновато, вы ещё не начали изучать земное религиоведение, но, думаю, ты справишься.       С этими словами она мягко положила ладонь на спину девушки, направляя её к выходу. Внутри всё противилось, всё её тело кричало: «Бежать!». Но Анхея не сопротивлялась. Она шла к водовороту, словно заколдованная. Голоса бессмертных слились в единый гул и отошли на второй план. Ангел не слышала никого, кроме собственных мыслей, и не видела ничего, кроме водоворота перед собой. В голове смешалось всё: она уже думала, можно ли самостоятельно вонзить в себя нож и притвориться Богиней, или всё же показать подопечной грудь в обмен на верность Господу. Первый вариант слишком опасен, ведь она всё ещё не знает, работает ли регенерация под прикрытием. А про второй она от кого-то слышала, но никак не могла вспомнить, от кого…       Вдруг Анхея сошла с траектории на пару шагов в сторону. Она бы и не почувствовала агрессивного толчка в бок, если бы не начала терять из виду водоворот. Девушка резко выпрямилась, с раздражением оглядывая проходящих рядом бессмертных. Перед ней замаячили красные крылья. Ну конечно, тот способ убеждения она узнала от демонов! Только они пойдут на подобное, и то не от большого ума.       Парень оглянулся, будто услышал её внутренний монолог. Анхея ожидала колкие оскорбления или пошлые комментарии в свой адрес. Но демон лишь цокнул языком и закатил глаза. Удивительно, но он не стал тратить своё время или обращать внимание на ангела, только поторопился к водовороту. Было бы лучше, если бы он всё же высказал ей что-то. Всяко приятнее, чем сделать вид, что она пустое место.       — Не обращай на него внимания, Пилеон — урод!       Анхея обернулась на голос и встретилась взглядом с дьяволицей. Это оказалась та самая староста, которую пару дней назад подставили собственные одногруппники. Затем она вновь посмотрела на парня, подходящего к водовороту. Её вдруг охватила обида. Не только за себя, но и за бедную дьяволицу. Она, может, и не запомнила её имени, но как староста Анхея её прекрасно понимала! Очевидно, этот Пилеон вообще никого дальше своего носа не замечает. И ничего выше собственного удовольствия не ставит. Ненадёжный, безответственный, так ещё и хам. А тот недовольный взгляд, который он на неё бросил? Она бы посмотрела, как бы он себя вёл, если бы ему дали такое же задание! У самого, скорее всего, простейшая школьная драма будет на экзамене. Зато ведёт себя так, будто от него зависит судьба целой страны!       Пилеон, стоя перед самым водоворотом, вновь обернулся. Анхея почему-то сжалась от его взгляда. Не мог же он слышать её мысли? Его самодовольная улыбка, появившаяся сразу же, как она озвучила сама себе эту догадку, доверия не внушала. Во всяком случае, Анхея уже подошла достаточно близко, чтобы тот смог наконец озвучить ей весь свой неприличный словарный запас. Но демон вновь обделил девушку вниманием и, с дьявольским пафосом, спиной рухнул в водоворот. Анхея сжала зубы. Хам, так ещё и трус!       Не теряя больше времени, ангел прыгнула вслед за ним.       Её подхватил мощный поток ветра. Прохлада обволакивала лицо, струилась по плечам, путалась в перьях и лишь слегка касалась ног. Пришлось задержать дыхание, чтобы не захлебнуться сильным течением циклона. Анхея прикрыла глаза и позволила себе расслабиться. Ей нравилось доверять себя водовороту. Позволять ему нести своё тело в неизвестные ей места. Не думать о спутанных волосах, о контроле полёта, вообще не думать ни о чём пару минут. Единственное, что сейчас доставляло ей дискомфорт — наглая ухмылка Пилеона, отпечатавшаяся на её глазах. Анхея прыгнула сразу после него. Ей даже казалось, что если она откроет глаза, то увидит демона перед собой. Ангел попыталась отогнать эти мысли. Пилеон не должен портить эти несколько минут покоя. Потому она сосредоточилась на собственных ощущениях. Пронзая очередной пласт облаков, тело почувствовало волну мурашек. Под кожей покалывало, сердце ударялось о рёбра, меняя ритм. Что-то глубоко внутри груди горело, заставляя закипеть кровь. Так организм реагировал на переход между мирами. Пара секунд — всё остыло. Тело вдруг покрыла нежная пелена, расслабляющая и успокаивающая. Анхея узнала чувство: она получила облик умершего человека, который послужит ей прикрытием в этот раз. Значит, совсем скоро она окажется на земле.       Ангел расправила крылья, хватаясь за потоки воздуха, чтобы задержать своё тело. Затем, сделав изящный мах ногами, она перевернулась и аккуратно опустилась на землю. От былого раздражения не осталось и следа. Теперь её окутало волнение. Наконец она почувствовала, что возможность не просто мерцает где-то вдалеке, а уже находится в её руках. Анхея сделала глубокий вдох и решила следовать тому же алгоритму, что и на всех заданиях. Так будет проще.       Она оказалась перед огромным зданием школы. Было бы неплохо понять, как видят её остальные. От образа можно оттолкнуться. Анхея подошла к ближайшему окну и, прижавшись к стеклу, всмотрелась внутрь. Кабинет был пуст. Хороший знак, всё уже складывается в её пользу! Смело сделав пару шагов назад, ангел взглянула на своё отражение. Она, очевидно, была школьницей, на вид чуть младше Анхеи. Она дотронулась до волос: было непривычно видеть тёмный цвет на себе. Тут же она заметила длинные чёрные ногти. Из-под мешковатой чёрной куртки выглядывал капюшон белого худи. Поймав себя на мысли, что невольно задумывается о том, как могла умереть эта девушка, Анхея тряхнула головой и отошла от окна. Пора было приступать к заданию.       На самом деле ангел слабо представляла, как может помочь бедной религиозной девочке в таком образе. Одежда, ногти, макияж — всё указывало на то, что сейчас она играет роль «крутой» одноклассницы. Ещё хуже было то, что сама Анхея не являлась таковой, потому вообще не знала, как ей стоит себя вести сейчас. Но, может, это очередное запланированное Мисселиной препятствие?       В любом случае, вокруг не было ни души. По всей видимости, в школе был урок. В целом, можно дождаться конца занятия и надеяться, что подопечная выйдет подышать воздухом, у Анхеи всё равно в запасе два часа. Но с каждой секундой ангел переживала всё сильнее. Неужели ей нужно пробраться в школу? Что, если на каждый её шаг было подготовлено определённое испытание?       От взлома и проникновения учебное заведение спас детский смех где-то неподалёку. Анхея рефлекторно обернулась, а затем интуитивно пошла в сторону звука. По пути она прокляла административно-управленческий персонал этой безымянной школы за то, что те не могли отремонтировать тротуар. Даже от самого аккуратного шага маленькие камешки под ногами тёрлись и ударялись друг от друга, из-за чего Анхее пришлось буквально красться, чтобы остаться незамеченной. Она осторожно заглянула за угол, откуда слышались голоса.       Там действительно спряталась компания ребят, но среди них не было девчонок. Зато прямо по центру между парнями стоял занудного типа школьник. Он вёл себя скованно и зажато, словно присутствует здесь не по своей воле. Остальные подростки то и дело пихали его локтями, подначивая на какое-то действие полушёпотом. Картина была странная и не совсем понятная. Ясно было одно — это точно не случай Анхеи. Она медленно повернула назад, но шуршание щебеня под ногами привлекло нежеланное внимание.       Толпа уставилась в сторону звука. Анхея сжала губы от обиды. Определённо, это была очередная трудность в её «сверхсложном» задании. Она вышла из своего укрытия первой, чтобы не вынуждать мальчишек идти следом за ней. Глаза «ботаника» упёрлись в девушку с надеждой. Остальные же парни смотрели… оценивающе. От ангела не скрылись их одобряющие переглядывания: они явно приняли Анхею за свою.       — Чего стесняешься? Подходи ближе, у нас есть, чем угостить, — один из них достал из кармана незнакомый девушке предмет. Затем он поднёс его к губам, жадно вдохнул, а затем демонстративно выдохнул дым. Школьник занудного типа наклонился в сторону, будто белые клубы могли его поранить.       — Подай пример этому солнечному, — отозвался другой парень и толкнул в бок тихого бедолагу. Понятно. Очередной из многочисленных случаев школьной травли, попытка взять на «слабо» примерного отличника, которого в любом случае будет ждать публичное унижение. Всё словно из методички Мисселины. Занятно, но у Анхеи не было лишнего времени.       — Я не думаю, что должна вмешиваться в ситуацию, — скучающим, но твёрдым голосом ответила она. Такой ответ сбил парней с толку. Они вновь переглянулись, но на этот раз удивлённо. Оно и ладно, зато теперь Анхея может уйти. Но напоследок из них всё-таки можно было извлечь выгоду.       — Не подскажите, когда уроки закончатся? Я жду здесь свою сестру.       Один за одним каждый школьник нахмурился. Анхея сжалась, почувствовав слабый дискомфорт. Неужели не поверили? Люди и вправду стали менее доверчивы, чем пару лет назад, но не настолько же!       — Ну она… Такая… Я думаю, вы её знаете, — глаза ангела забегали по асфальту, пока она пыталась придумать описание девочки, которой никогда не видела, — Что-то вроде религиозного фанатика… Помешанная на Боге!       — В школе сейчас нет уроков.       — У нас каникулы.       Ответы прозвучали почти в унисон. Анхея напряглась ещё больше. Если водоворот принёс её сюда, значит её подопечная была где-то здесь. Она знала, что задание будет сложным, но никто не предупреждал, что ей придётся бегать за человеком.       — Как же… Она сказала мне, что идёт в школу. Может, у неё какая-то консультация?       — Во дела, — парень, предлагавший покурить Анхее пару минут назад, рассмеялся, — Получается, развела она тебя.       — Она должна быть здесь.       — Да успокойся, — прервал её самый высокий, — Мы сами только с допа вышли. Никого в школе нет.       — Если только твоя сестра не работает дедом на вахте.       Все рассмеялись. Даже «зануда» не стал скрывать робкую улыбку. Вот же идиоты. Сейчас решается её судьба, а они смеются.       — Расслабься, — парень снова протянул Анхее устройство, побуждая её сделать затяжку.       — Может тогда солнечный сломается и согласится, — другой слегка пнул центр всеобщего внимания, и тот вспомнил, что вообще-то является жертвой, и сразу же принял жалобный вид. Всё продолжилось так, будто разговора и не было, и ситуация вновь вернулась к тому же шаблону, который обнаружила Анхея изначально. И тут к ней пришло страшное осознание.       Простая, шаблонная ситуация. Мальчишки, спрятавшиеся за школой. И вопрос: доказать, что ты крутой, или следовать здоровому образу жизни?       Это было не её задание.       Глаза Анхеи расширились от ужаса. Она сделала шаг назад, взглянув на парней так, словно это они стояли перед ней в обличии мёртвых, а не наоборот. Она бегло осматривала то одного, то другого мальчишку, в надежде, что кто-то из них окажется девушкой. Но абсолютно всё говорило, буквально кричало, что всё не так: от самой ситуации до локации.       — Это не моё задание…       Каким-то образом она оказалась не там, где должна была. Или, вернее, кто-то из бессмертных отобрал у неё возможность, за которую она боролась так долго.       — Вы все… Вы не мои подопечные.       Парни вновь уставились на Анхею. Девушка уже начинала их пугать своими странностями. Они начали перешептываться и смотреть по сторонам, явно выбирая другое место для акта унижения одноклассника.       — Вы же все идиоты… Для таких же бессмертных идиотов… Где моё задание? — громко обратилась она к мальчишкам. Те вздрогнули. Интуитивно они замахали головами, будто Анхея требовала с них деньги или что-то сворованное. У девушки же предательски начали слезиться глаза. Она отвернулась и подняла голову к небу.       — Где моё задание? Мисселина, это нечестно! Вы обещали…       Она всхлипнула. Её голос дрожал, но она не переставала кричать.       — Вы обещали мне! Вы не можете так просто всё забрать!       Её трясло. Горячие слёзы текли по щекам, размывая тот красивый макияж, что был нарисован девушкой-прикрытием при жизни. Анхея обернулась и вновь посмотрела на испуганных школьников.       — Уроды… — быстрым шагом она направилась в их сторону и, чтобы не оставлять задание невыполненным, она выхватила неизвестный курительный аппарат и с размаху кинула его об асфальт. А затем ещё несколько раз топнула по нему ногой.       — Ты совсем больная? Ты хоть знаешь, сколько это стоит?       Вся компания бурно завозмущалась, но никто даже не осмелился подойти к бессмертной. Анхея же схватила за воротник «солнечного» и сквозь зубы сказала:       — Хватит вести себя как тряпка. В этой жизни либо ты вытираешь ноги об других, либо другие вытирают ноги об тебя! И не кури, мать твою.       Она грубо оттолкнула дрожащего школьника, а затем снова подняла голову. Она представила, как добрый и понимающий водоворот принимает её дрожащее тело в свои объятия, как она возвращается на небеса. Над головой визуализировались облака, внезапный холодный ветер поднял её волосы. Парни уже разбежались, и поделом. Она выполнила это позорное задание. Ей хотелось как можно скорее отдаться водовороту, стереть потоком воздуха слёзы с бледных щёк и предъявить Мисселине за то, что произошло. Как они могли такое допустить? Видимо, кафедра представляет из себя такую же кучку идиотов. Впрочем, это уже было неважно. Портал принял её в свои мягкие объятия, возвращая обратно.

⛧°｡⋆༺♱༻⋆｡°⛧

      Пилеон ловко приземлился. У него не было каких-то переживаний или тревог по поводу экзамена. Подтолкнуть школьника к курению? Задачи проще не придумаешь. Повезло быть демоном. Отговаривать бы малолеток от вредной привычки было бы куда сложнее. А так, тебе нужно лишь позволить людям делать то, к чему они итак тянутся. Определённо, все люди грешны. Все люди подсознательно тянутся к порокам. И то, что на практических занятиях их почти всегда отправляли в какие-нибудь школы, даже смешило. Как будто учебные заведения — рассадники грехов.       Демон осмотрелся. И опешил.       Вместо привычной школы в пару этажей с облезлыми стенами перед ним стояло… Что это? Что-то вроде храма? Желтые стены здания выглядели тускло на фоне серого пасмурного неба. Тёмные купола грозно возвышались над Пилеоном, будто давили одним своим присутствием. А сверху были кресты. Они были красивые и точно ярко поблескивали на солнце, но сейчас своим видом они будто перечеркивали мрачные облака.       Всё это вызывало слабое опасение, однако Пилеон мастерски его от себя отгонял. Школа может быть неподалёку или вообще находиться при храме. Стоило спросить у прохожих, чтобы сориентироваться.       Демон вышел с территории храма и пошёл вдоль него по тротуару. Людей вокруг, как на зло, не было. Хотя этого стоило ожидать, с минуты на минуту точно пойдёт дождь. Рядом оказался небольшой парк, который, по всей видимости, тоже относился к храму. Зато там, на лавочке, одиноко сидела девочка школьного возраста. Вот, кто точно сможет ему помочь!       Пилеон смело подошёл к ней, но каждый шаг невольно замедлял. Что-то было не так. В том, как она сидела здесь одна под серым небом, в её внешнем виде, в её грустном лице. Её светлые волосы, собранные в хвост, взлохматились и лежали небрежно. На её коленях лежал платок, края которого она перебирала руками. Её пальчики были обкусаны, некоторые из них даже слегка покраснели. Девочка сидела сгорбившись, но даже так несложно было заметить её худобу. А ещё она кого-то напоминала Пилеону. Издалека — она точно ангел из их Школы.       Пилеон остановился в паре шагов от неё. Точно ли стоит ему сейчас лезть к ней с вопросами?       Но девочка не позволила демону сбежать. Она подняла взгляд и первая обратилась к парню:       — Почему ты не на службе?       Её глаза были такими же серыми, как и небо, даже почти прозрачными. Но Пилеону показалось, что в них вдруг затаилась слабая надежда на что-то. Демон съёжился от неожиданной неуверенности. Он всё не мог отделаться от мысли, что видел её раньше, но никак не мог понять, при каких обстоятельствах. А ещё он совершенно ничего не понимал в человеческих религиях. Про какую службу она говорит? Растерявшись, Пилеон, не думая, ответил:       — А ты?       Девочка вздрогнула и сжалась. Она виновато опустила взгляд и впилась тонкими пальцами в платок. Она и сама, подобно своим глазам, стала почти прозрачной на вид. Внутри у Пилеона что-то заныло. Перед глазами почему-то возникла Хлоя, такая же слабая и незаметная. Он вдруг понял, что не может сойти с места. У него будто недостаточно сил, чтобы пойти дальше. И он, сам не понимая, зачем, сел рядом с ней.       А она молчала и перебирала в руках платок. Он завороженно наблюдал за этим, будто в этом действии была спрятана какая-то загадка. Сверху упала капля, и девушка подняла ладонь, проверяя, начался ли дождь, или это пока что погодная дразнилка. Рукав рубашки скользнул вниз, и взгляд Пилеона прилип к её запястью. Она почти сразу поправила одежду. Буднично, будто ничего не произошло. Но от демона не ускользнули многочисленные шрамы. Вся рука этой юной и слабой девушки была покрыта горизонтальными царапинами, и алый цвет некоторых оказался чуть ли не единственным ярким цветом в этом парке. Пилеон сжал зубы. Где-то в животе в узел завязывался ужас от увиденного. Сама мысль того, что он столкнулся на задании с подобным, казалась неправильной. Он понимал, что не должен был стать свидетелем всего этого, но всё равно не мог не то что встать, а хотя бы просто пошевелиться.       — Раньше я никогда не пропускала службы, — вдруг сказала девушка. Её голос будто не нарушал тишину, а сливался с ней воедино. Она подняла взгляд на небо и вдруг слабо улыбнулась собственным воспоминаниям, — Мне нравилось единение с чем-то небесным. Мне нравилась церковь. Меня успокаивали пение хора и запах ладана. Мне даже нравилась боль в ногах. Было приятно ощущать, что я действительно делаю что-то для Бога.       — А потом что изменилось? — вновь невпопад спросил Пилеон. Девушка сжала губы. Её глаза медленно сползли вниз, а затем взгляд снова зарылся в складках платка. Но на этот раз она прошептала:       — Я не могу сказать.       — Можешь, — Пилеон старался не думать над ответами слишком долго. Время нельзя было терять, но и оставить её одну он не мог себе позволить. А ещё демон попросту боялся, что если задумается над чем-то слишком долго, то собственные мысли приведут его к ещё более жутким выводам, — Мы с тобой больше никогда не встретимся. И я обещаю, что всё, что ты сейчас скажешь, останется между нами.       Девушка задумалась. Затем она повернулась к парню и слегка наклонилась вперёд:       — Я начала сомневаться, — она говорила тихим-тихим шёпотом, но в моменте что-то всё равно побудило её оглянуться, будто сам парк их подслушивал, — Сомневаться… А есть ли Бог? И стоит ли ему молиться?       Пилеону хотелось усмехнуться и открыть ей глаза на то, что никакого Бога нет. По крайней мере точно не такого, каким она себе его представляет. Но отчего-то его заворожил её шёпот, и он молча продолжил слушать неожиданную «исповедь».       — Я с детства молитвы наизусть знаю. И всё-всё соблюдаю. Как только появится свободная минутка, я бегу в церковь — мне там спокойнее. А когда я была маленькой совсем, я даже за плохие мысли извинялась перед Богом. Каждый раз!       Пилеон невольно вспомнил собственные рассуждения несколько минут назад. Всё-таки подросток, которого придётся умолять взять сигарету в рот, существует. Более того, прямо сейчас перед ним сидит.       — В последнее время я особенно часто ходила в церковь. Брата забрали… Я за него молилась, — она не стала уточнять, куда именно и для чего забрали, но и демон спрашивать не стал, — И он всё равно погиб. Ни одна моя молитва не смогла его защитить.       Девушка сбилась с рассказа. Она тихо всхлипнула, но тут же вытерла подступившие слёзы рукавом.       — Все говорят, что это значит, что он там Богу нужен, — её голос дрожал, но она всё равно продолжала, — А мне-то что? Он мне здесь нужен! Я молилась за то, чтобы он в живых остался. Почему ко мне не прислушались? Почему именно с ним это случилось?..       После этого девушка разревелась. Она уткнулась лицом в платок, заглушая тканью свои рыдания. А Пилеон её не понимал. Он вообще не мог понять, как можно так сильно верить во что-то. Он сам был демоном. Он знал, что есть Шепфа. Могла ли свою веру она считать за тот же факт, каковым он считает Шепфа?       Дрожащие плечи болью отражались в его груди, но он не понимал, как ей помочь. Он думал сказать: «Да бросай ты свою церковь, Бог не заслужил твоего внимания после такого». Но ведь Пилеона к ней не отправляли. Он не может просто взять и вмешаться в её жизнь. Вера явно была для неё важна, была её частью, но после такого она была… обижена? Люди удивительны. Сами придумывают Богов, а потом обижаются на них…       — Если тебе важно верить — верь. А Бог… Ну… Ты ведь тоже когда-то умрёшь. То есть… Я не это имел в виду…       Пилеон тряхнул головой, понимая, что, стараясь сделать лучше, только больше нагоняет жути. Но девушка подняла на него взгляд, и сквозь её слёзы виднелась серьёзность. Тяжело сглотнув, демон продолжил:       — Когда умрёшь, предъяви все свои обиды Богу. Пусть поясняет за то, кого он там услышал, а кого нет. Если все говорят, что так было нужно, то он всё объяснит. А ты верь… Если тебе от этого легче.       Девушка вглядывалась в него, впитывая все его слова. А затем вдруг улыбнулась.       — Глупость какая, — по-доброму сказала она, вытирая слёзы платком, — Но в чём-то ты прав.       Она встала со скамейки, пригладила юбку, а затем повязала платок на голову, пряча светлые волосы.       — Сейчас действительно бесполезно обижаться… А потом он мне всё объяснит. Это больно, но слезами ответов не добьёшься.       Она пошла вперёд, но на миг обернулась, неосознанно прощаясь с Пилеоном.       — Спасибо тебе, — поблагодарила она демона.       Пилеон тоже улыбнулся в ответ. Тучи собирались всё плотнее. Парень поднял взгляд. Нет, не тучи, это был водоворот. Не сопротивляясь, Пилеон позволил забрать себя обратно.