Глава 12. Драко Малфой и огненные шары.

Драко.

Проходя по тёмному крытому коридору, Драко слышал недовольное пыхтение ведьмы за спиной. Её до нелепости бурные реакции на его ничего не значащие прикосновения делали этот день не таким ужасным. Несмотря на витавшую в воздухе угрозу, исходившую, как казалось, от самих каменных стен, возмущение Грейнджер было единственным, что не давало ему погрязнуть в тревоге и страхе. Драко ненавидел всё, что было связано с Лестрейндж. Он знал, что именно тётушка с её маниакальностью и паранойей была ответственна за смерть матери, и винил её практически во всём, что случилось с его семьёй. Те моменты, когда Беллатриса находилась в его доме, иногда снились ему в пьяных кошмарах, вместе с красными глазами Лорда и шипением его мерзкой змеи. Её смех, безумный и звенящий в барабанных перепонках, преследовал его в пустых коридорах поместья. Ощущая спиной раздражённые шаги Грейнджер, он мысленно благодарил её за то, что она рядом. Драко очень ясно осознал, что, каким бы сильным и смелым себя ни считал, никогда не смог бы прийти сюда в одиночку. Каменный переход вывел их во внутренний двор замка, засеянный запущенным газоном, поделённым пополам мощёной дорожкой. Напротив в толстой кладке выделялись двери южного входа, который вёл в жилые помещения. Снова оказавшись под серым небом и перестав ощущать давление каменного коридора, Драко остановился и повернулся лицом к Гермионе. — Грейнджер, твоё проклятие, превратившее меня в поискового терьера, сработало отлично. Отдаю тебе должное, — он старался сдерживать тревогу в голосе. — Благодарю, милорд, — ядовито выплюнула она, но в глазах мелькнул огонёк. — Если ты не знаешь, как его остановить, нам придётся разыскать эту несчастную безделушку, иначе я не смогу сконцентрироваться, — он поморщился и потёр лоб: ощущение невидимой нити, которое вело его всё это время, становилось раздражающе невыносимым с приближением к цели поиска. — Где находится библиотека? Я могу проверить её без тебя, а ты пока займёшься поиском клада, — она вскинула подбородок и уверенно направилась к южной двери замка. — Салазар! Инстинкт самосохранения отсутствует у всех гриффиндорцев или только у их принцесс? — Драко закатил глаза и протянул руку, чтобы её остановить, но вспомнил, как она реагирует на прикосновения, и передумал. — Ты в дверь войти не смогла, думаешь, библиотека будет более расположена для гостей? Тем более, тёмные знания никто и никогда не хранит в библиотеке, — вопреки раздражению, которое он к ней сейчас испытывал, её упорство его веселило и уголки губ растянула усмешка. — А где хранят такие знания, о великий тёмный маг? — саркастически спросила она, поворачивая голову, но продолжая идти. — В нормальных домах — в подземельях, — Драко задумался. — А что пришло в голову этим людям, я не знаю, — в голосе послышался страх. Гермиона всё же развернулась к нему полностью и остановилась. — Хорошо, что ты предлагаешь? — здравый смысл подсказал, что нужно быть осторожнее. — Хранилища в подвале, в западном крыле, — он сделал неопределённый жест правой рукой, показывая на окна кухни и помещений для слуг. — Сейф, насколько я чувствую, в личных покоях на втором этаже восточного крыла, — снова неопределённый жест, левой рукой. — Примерно там же находится и библиотека, раз она тебя так интересует. Я бы хотел начать с диадемы, если тебя это не затруднит, — он потёр лоб. — Эта цель кажется мне более доступной. И не дожидаясь согласия, он быстро зашагал по дорожке, вытягивая палочку. Открыв дверь без применения магии, Драко пропустил Гермиону, готовясь быстро подхватить её на руки, не интересуясь её мнением, если ситуация с барьерами повторится. Она сделала уверенный шаг и прошла внутрь, по дороге зажигая «Люмос». Он проследовал за ней, не расслабляя плеч и держа палочку наготове. Старинные каменные стены и полукруглые своды широкого коридора никак не отреагировали на их вторжение. Драко кинул «Инсендио» — и несколько закреплённых в кованых кольцах на стенах факелов тут же начали удушливо коптить в пространство, тускло освещая коридор, крыльями уходящий в разные стороны от двери. Он знал, что света от них будет меньше, чем едкого чёрного дыма, но хотел проверить, сможет ли вообще применить магию в стенах замка. Гермиона усилила «Люмос». Глаза привыкли к полумраку, и, разглядев широкие резные двери Большого зала, Драко двинулся к ним. Неторопливо, но твёрдо, стараясь не терять концентрацию и не отвлекаться на тени от факелов, метавшихся по каменной кладке. Почувствовав спиной такие же настороженные шаги Гермионы, он немного выдохнул. Приятно знать, что за спиной есть… кто? союзник? друг? Сейчас это было не важно, главное — была уверенность в том, что никакое старинное охранное проклятие не прилетит ему между лопаток. Большой зал был пуст, из узких окон просачивался тусклый свет. Высоко под потолком висела огромная люстра на добрую тысячу свечей, по виду которой можно было предположить, что кузнец, выковавший её несколько веков назад, был художником в душе. Виноградные лозы, гроздья и листья даже с расстояния в несколько этажей выглядели очень убедительно. Под ногами лежал стёртый камень, гулко отвечающий на каждый шаг, а напротив двери находился огромный камин, в котором при желании могло поместиться около пяти мужчин в полный рост. Гермиона сдавленно выдохнула за его спиной, видимо поражённая масштабами увиденного. Давно, когда Драко был здесь с матерью впервые после того, как Лестрейнджи сбежали из Азкабана, в этом зале стоял огромный стол. Выйдя из камина, он тоже был впечатлен, пока не осознал, что находится внутри средневекового замка. Большой зал этого места лишь немногим уступал размерам Большому залу Хогвартса, но был более тёмной и мрачной его версией. Решительно пересекая зал в направлении лестницы, ведущей на второй этаж, Драко вспоминал, как, узнав, что на весенних каникулах он наконец-то увидит свою тётю — ведьму огромной силы, просидевшую пятнадцать лет в самой жуткой тюрьме магического мира, — он весь изнывал от любопытства. Каким же он был мальчишкой… Ему казалось, что эта встреча будет невероятным приключением, а в итоге его безумная родственница на его глазах убила эльфа, которого мать взяла с собой в качестве подарке сестре. Его маленькое изломанное тельце приземлилось ровно посередине этого огромного, способного вместить до сотни человек стола, а её безумный смех, эхом отскакивающий от стен, влез так глубоко Драко под кожу, что его стошнило прямо на этот самый тысячелетний камень под ногами. «Ты слишком впечатлительный, племянник», — сказала тогда Беллатриса, обращаясь почему-то к матери. «Я научу тебя не поддаваться эмоциям». От воспоминаний и сейчас становилось дурно. Драко глубоко вздохнул и выпрямил спину, борясь с накатившими чувствами. Свернув налево, в нишу с винтовой лестницей, он немного подождал, пока рядом окажется свет, исходивший от палочки Гермионы, и начал подниматься. Ощущения от незримой нити, горящей в сознании, становились настолько сильными, что он перешагивал по две ступени за раз, стараясь не поскользнуться на истёртых от времени выемках в камне, а сам коридор до нужной двери просто пробежал, даже не пытаясь дождаться Гермиону. Распахнул дверь комнаты, на удивление очень маленькой и светлой, и, не обращая внимания ни на что, кроме большой шкатулки с множеством отделов и замочной скважиной, влетел в пространство, преодолевая расстояние между собой и целью в два шага, по дороге протягивая палочку и накладывая на замок «Алохомору». Следом в комнату вбежала Гермиона. — Ты же говорил, сейф, — слегка запыхавшимся голосом произнесла она. — Я понятия не имею, как хранят украшения безумные маньячки, — не скрывая презрения, проговорил Драко, поворачивая к ней голову и открывая шкатулку не глядя. И тут же мимо его уха пролетел огненный шар, точнее шарик, и ударился в угол под потолком. Гермиона мгновенно отпрыгнула, перемещаясь в другой угол комнаты и протягивая палочку, выкрикнула «Протего Максима», выставляя щиты. Драко показалось, что время остановилось, и он медленно перевёл ошарашенный взгляд на открытую шкатулку, очень ясно осознав, что очередной миниатюрный, размером с мячик для пин-понга, фаербол летит точно в его лоб. Он дёрнулся, отскакивая от шкатулки, и мир ускорился, как будто нагоняя момент замедления. Огонь пролетел в сантиметре от него, опалив попавшуюся по пути прядь волос, и врезался в стену за спиной. Почти машинально наложив на себя «Протего», Драко подскочил к Гермионе, закрывая её спиной. Адреналин в крови заставил тело следовать инстинктам, а не голосу разума; а у любого мужчины в самом коде ДНК в экстренных ситуациях вшита защита слабого или того, кого он считает слабым. — Отойди! — закричала Гермиона у него за спиной и с силой, совершенно неожиданной от такого хрупкого тела оттолкнула его в сторону. — Флиппендо! — из её палочки вырвался оранжевый луч и ударил в шкатулку. — Малфой, ты жив? Драко хватило секунды, чтобы осознать происходящее и снять щит. Он внимательно приглядывался к тому, что лежало в шкатулке, и потирал локоть, который принял на себя силу толчка ведьмы. — Жив, — хрипло буркнул он и шагнул к шкатулке. Ловя свет острыми гранями и переливаясь зелёным и розовым, сверху лежала груда неогранённых драгоценных камней, под которыми были заметны черепашьи лапы и членистые конечности. — Мерлинова борода! Это огненный краб! — он удивлённо покачал головой. — Какой идиотский способ защиты. — Зато действенный, — Гермиона тоже подошла, чтобы разглядеть существо. — Ты чудом остался жив, Малфой, — она тяжело дышала. — Как же он выжил тут? Драко поморщился, ощупывая рукой голову в том месте, где торчала опальная прядь волос. — У меня моментальная реакция, — уже почти полностью придя в себя, произнёс он высокомерным тоном. Настороженно протянул руку и резким движением захлопнул крышку шкатулки. — Редуцио, — кинул он сноп фиолетовых искр и уменьшил размер шкатулки до спичечного коробка. Крупного спичечного коробка. — Эй! Нельзя так резко изменять размеры живого существа! При возвращении к нормальным размерам давление внутри организма может привести к внутренним повреждениям, — возмущённо проговорила Гермиона. Драко хмыкнул. — Грейнджер, тебе не приходило в голову, что я тоже присутствовал на уроках Трансфигурации? — голос сочился сарказмом. Он взял шкатулку и сложил её в карман мантии. — Я позволю тебе накладывать на неё «Энгоргио» настолько медленно, насколько позволит тебе твоё большое сердце, защитницы всех от всех, когда мы закончим. — Он провёл рукой по волосам, пытаясь заправить торчащую прядь за ухо. — Пошли. Это только первая наша цель. Библиотека в конце коридора. Снова оказавшись в тёмном коридоре и больше не отвлекаясь на ощущения от заклинания поиска, Драко охватила тревога. Гулкое эхо шагов и мрачность замка заставляли желудок сворачиваться в узлы, отчего ему приходилось всё сильнее напрягать плечи, чтобы не сжаться в жалкий комок. Двери библиотеки отличались от всего замка своим цветом светлого дерева и невероятно витиеватой резьбой. На них были вырезаны цветы сакуры, птицы и облака в японской манере. Возможно, это было наследие далеких предков, когда-то покорявших океаны вместе с Ост-Индской компанией. Раскрыв дверь, Драко не торопился входить, настороженно рассматривая помещение. Из стеклянных блоков потолка и широких окон струился свет, давая возможность насладиться видом помещения. Библиотека Лестрейнджей была небольшой, почти в половину меньше и ниже библиотеки в Малфой-Меноре, но от этого очень уютной. Стеллажи из светлого дерева полностью закрывали стены, а в середине был расположен старинный приземистый диван на ножках, усыпанный маленькими цветными подушками. Несколько больших, обтянутых шёлком пуфов были расставлены рядом, а в самом углу, под одним из стеклянных блоков в потолке, стояло мягкое кресло, обитое бархатным плюшем. Рассмотрев детали помещения, Драко не смог удержать в себе удивленный смешок. Практически невозможно было представить себе Беллатрису, сидящую с ногами на диване, обложенную маленькими цветными подушечками. — Акцио гримуар Эмерика Отъявленного, — направив палочку на дверь, проговорила Гермиона из-за его спины. Драко шагнул, пропуская её вперёд, и закатил глаза, приподняв брови. — Ну, я должна была попробовать, — смутилась она, делая шаг и опуская палочку. — Я знаю способ лучше, — он прошёл вслед за ней. — Можешь посмотреть книги, — Драко заметил, как жадно начали бегать её глаза, пожирая полки, — только, Грейнджер, не трогай ничего руками, — напомнил он строгим тоном. Гермиона фыркнула и всё её внимание сразу же забрали книги. Драко подошёл к ближайшему стеллажу и, широко взмахнув палочкой, произнёс: — Labrum quaerere, — из его палочки вылетела тонкая сеть, сплетённая из нитей ярко-голубого цвета, и медленно поплыла по комнате, как бы исследуя каждую полку. Находя книгу, которая отвечала невысказанному запросу волшебника, сеть теряла одну из нитей, которая оборачивалась вокруг томика и присоединялась к следующей потерянной сетью нити. Создавая тем самым связку из книг. Гермиона, с любопытством осматривающая стеллажи, отвлеклась на секунду и, оценив способ поиска, удовлетворенно кивнула. — Хороший способ. Научишь меня ему позже, — и снова углубилась в изучение корешков. Драко прошёл в центр комнаты и присел на диван. Со всех сторон его сразу же поглотили подушки. — Как прикажете, о умнейшая ведьма поколения, — с показным придыханием проговорил он. Внутренняя тревога не отступала, несмотря на уют залитой светом библиотеки. Драко настороженно оглядывался по сторонам, каждый раз почему-то возвращая взгляд к худой спине Гермионы. Голубые нити уже опутали большую половину стеллажей и сеть, заметно поредевшая, подбиралась к полкам, которые рассматривала ведьма. «А у неё всё же очень неплохая реакция. Если бы не она, возможно, следующий огненный шар, всё-таки нашёл свою цель». При мысли о том, что он мог умереть так нелепо и бездарно, Драко поёжился. «Всё просто: у меня есть цель и план, но как же глупо было бы умереть прямо сегодня. Или я вообще не хочу умирать?» Несколько недель назад всё было кристально ясно. Его жизнь была однообразной чередой похмельных утр и пьяных ночей в библиотеке — такая жизнь не стоила даже раздумий о том, чтобы не разменять её на возможность воскрешения Нарциссы. Такой конец стал бы его местью всему чистокровному обществу. Единственный наследник старинного рода отдаёт свою жизнь взамен жизни матери, не оставив даже потомства. Как бы он хохотал, варясь в котлах ада, зная, что величие и наследие рода Малфоев стало ценой жизни женщины, которую этот род погубил. Да, ещё несколько недель назад плывущий в парах огневиски разум Драко был непреклонно уверен в том, что закончить свою жизнь именно таким образом будет самой лучшей местью отцу, роду, себе. Но прямо сейчас, представляя свою смерть очень ярко и детально, он начал сомневаться, и виной его сомнений была, кажется, эта хрупкая ведьма с копной спутанных локонов. Она, потерявшая всё и всех, но сохранившая свою внутреннюю силу для того, чтобы жить дальше. В ней он увидел, что, даже сломавшись, можно продолжать жить и, кажется (пока только кажется), он был ещё не вполне уверен, но, кажется, он тоже начинал хотеть жить. Магическая сеть доплыла до последнего стеллажа и распалась, на секунду ярко вспыхнув, выведя Драко из оцепенения. Он встал и проследовал по пути сети, изучая книги, опутанные нитями. Конечно, ничего похожего на разыскиваемый гримуар тут не было, но несколько любопытных томиков он всё же нашёл. Уменьшив их и положив в карман мантии, туда же, где лежала шкатулка, он почувствовал дополнительный вес, оттягивающий ткань. Гермиона, следившая за его движениями, спросила: — А для меня ты можешь прихватить книгу? — в её взгляде сквозила просьба, борющаяся с гордостью. — Всего одну? — Драко в наигранном удивлении поднял брови. — Никогда не поверю, что Гермиона Грейнджер выбрала только одну книгу, — он вложил в голос столько издёвки, что даже не заметил, как назвал её по имени. Она покраснела, но глаз не отвела. — Три, если ты не против. — Против, Грейнджер. Мои карманы и так едва не трещат по швам. — Хорошо, тогда одну, — умоляюще произнесла она, смиряясь. — Вот этот учебник арифмантики, — она кивнула на корешок книги. Драко взял книгу с полки и взвесил в руке. — Хорошо, но это одолжение будет стоить тебе услуги, — серьёзно проговорил он и, наложив на книгу «Редуцио», добавил её к остальным. — Пошли, нам нужно в хранилища. И, ради Мерлина, Грейнджер, будь осторожна.