Глава 21. Новый путь

Драко закрыл за собой дверь. Он был вымотан — физически и эмоционально. Глаза слипались, мысли роем метались в голове. Ему казалось, что этой ночью мысли будут только об отце — об истории его любви, о том, как он впервые посмотрел на сына с отеческой любовью, как произнёс «я буду ждать». Он нашёл человека, которого считал потерянным, и всё равно думал о Грейнджер. Он лёг на кровать, уставившись в потолок. Зачем ему теперь искать отца? Он достиг цели — Люциус нашёлся, даже сам пришёл к нему, связь установлена. Всё, ради чего он начал этот путь, — позади. Впереди была теперь только она, и проклятие, которое медленно её убивало. Он впервые нехотя признался себе самому, что хотел спасти Грейнджер. Попытки убедить себя, что это всё ещё часть плана — защитить род, остановить питание магии — звучали жалко, даже для него. Драко закрыл глаза. В голове пронеслась мысль — броситься в библиотеку. Они не изучили и пяти процентов того, что там хранится. Может быть, ответы ждали их на одной из забытых полок или потёртых страницах. Но тело не слушалось. Усталость навалилась тяжёлой волной, и он провалился в сон, даже не заметив, как это случилось. Хлопок разорвал тишину. — Хозяин Драко! Тикки стояла у кровати, теребя край наволочки. — Миссис Малфой настаивает на завтраке. Он сел, потёр лицо. В комнату уже пробивался утренний свет. Сколько он проспал? Неважно. — Скажи, что я скоро буду. Тикки исчезла. Драко принял душ, долго стоя под горячей водой и пытаясь собрать мысли в кучу. Не получалось — он продолжал думать о ней. Он спустился в столовую. Грейнджер уже была там, сидела, уставившись в пустоту, и механически ковыряла вилкой тост. Она выглядела так же, как он себя чувствовал — опустошённой после той ночи и правды, которая, вывалившись на них комом, ничего не решила. Нарцисса сидела во главе стола, сохраняя безупречное спокойствие. Завтрак прошёл в тишине. Они с Грейнджер неохотно перебирали еду, избегая смотреть друг на друга. Нарцисса пила чай маленькими глотками и молчала. — Мама, нам нужно поговорить, — сказал Драко, отодвигая тарелку. Он кратко рассказал ей о том, как нашёл способ связаться с отцом через зеркало в их доме, и всё получилось. Нарцисса опешила. Её лицо, на мгновение приняв маску холодной отчуждённости, вновь стало спокойно-надменным. Она кивком головы указала на Грейнджер, потом снова вопросительно посмотрела на него — немой вопрос, почему он говорит об этом при ней? Конечно, мать была в замешательстве, но быстро взяла себя в руки, не подавая виду, как всегда делала леди Малфой. — Это она нашла способ, — сказал Драко. — Без неё я бы не справился. Нарцисса отстранённо кивнула. — Благодарю, мисс Грейнджер. Гермиона поднялась первой. — Я пойду в библиотеку, — она вышла из комнаты, не дожидаясь ответа. Драко проводил её взглядом. Когда они с матерью остались одни, он достал карту, разложив её на столе перед матерью. — Вот, отец ждёт тебя. Ты спокойно пройдёшь туда — я всё подготовил. Её пальцы дрожали, а Драко кивнул. Он нашёл Грейнджер в библиотеке. Она ожидаемо сидела за столом, заваленным фолиантами. Перебирала одну книгу за другой, раскладывая их в две стопки, просто чтобы чем-то занять руки. Напряжение вновь витало в воздухе. Он хотел сказать что-то нейтральное, чтобы разорвать эту гнетущую тишину, но слова не шли, как вдруг она резко подняла голову, уставившись на него, не моргая. — Армандус, — сказала она. Драко нахмурился. — Что? — Спроси у него. Расскажи ему. Он хотел возразить, мол, старик и так уже рассказал всё, что знал, но Грейнджер смотрела на него так, будто это была последняя надежда. Они подошел к портрету Армандуса и рассказал тому об их приключениях в подвале, тот слушал молча, а его лицо было непроницаемым, но когда Драко закончил, Армандус пристально посмотрел на него. — Ты убил свою тётю, — тихо сказал он. — Да. Портрет надолго замолчал. — Я не знаю, как снять печать, — произнёс он наконец. — Но я скажу вот что. Если вы не найдёте способ… она поглотит два рода: Блэков и Малфоев — и станет неконтролируемым опасным оружием, способным поглотить всё, что угодно. — Что? — спросил Драко. — Это моё предположение, но я живу долго и вижу, как магия искажается, когда не находит выхода — она не остановится никогда. Тишина давила. Драко сел напротив Грейнджер, и они долго молчали. В голове крутились обрывки вчерашних откровений — Белла, отец, Нарцисса, проклятие, которое никто не знал, как снять. Гермиона смотрела в книги, а он продолжал молчать смотреть на неё. И вдруг что-то зацепилось в его памяти, в один из первых дней в поместье, имя, которое тогда ничего ему не сказало — Лю Шэнь. — Этот маг, — сказал Драко. Гермиона подняла голову. — Какой маг? — Лю Шэнь вроде бы. Ты о нём говорила, когда только пришла. — Ты помнишь? — тихо спросила она, замерев. Драко пожал плечами. — Ты повторила это имя раз двадцать. Уголки её губ дрогнули. — Неправда. — Двадцать пять. — Он уже знал о проклятии? — спросил он — Да. Тогда мы мало что знали. А теперь… — А теперь знаем больше. Она кивнула. — Нам нужно встретиться с ним и рассказать всё, что мы узнали про Беллу, про два рода, про то, как печать переписывает меня. Это не выход, но… возможно, что-то даст, какую-то новую пищу для размышления. Гермиона молча обдумывала стратегию. — Нужно связаться с Гарри, Роном, — сказала она. — С Макгонагалл… — Нет. Она замерла. — Поттер и Уизли не должны знать. Ты же понимаешь, как мы это узнали. Им нельзя рассказывать про отца, зеркало и то, где он сейчас прячется. Гермиона открыла рот, но Драко резко перебил её: — Нам нужно организовать только одну встречу с ним наедине. Он не знает моего отца, и ему не будет никакого дела до этого. Пусть просто расскажет свои мысли о печати и том, что с тобой происходит. Она медленно кивнула. — Хорошо, я напишу Макгонагалл, попрошу снова организовать встречу с Лю Шэнем, без лишних вопросов. Гермиона взяла перо и лист пергамента. Драко смотрел, как она пишет — её перо быстро и уверенно скользило по бумаге, будто каждое мгновение было на кону и она боялась тратить время впустую. В её глазах вновь появилась хрупкая надежда.