Часть 1

Прошло два года после событий того безумного лета, которое навсегда изменило Гравити Фолз. На первый взгляд городок оставался таким же странным, как и раньше. По улицам всё так же разгуливали подозрительные личности, в лесах по-прежнему происходило что-то необъяснимое, а туристы всё ещё охотно отдавали свои деньги за откровенный хлам, который продавался в Хижине Чудес. Но многое всё же изменилось. После ухода Стэна в очередное путешествие управление Хижиной официально перешло к Зусу Рамиресу. Несмотря на все опасения окружающих, новый владелец неожиданно неплохо справлялся со своей работой. Возможно, потому что его стандарты ведения бизнеса были лишь немного выше, чем у прежнего хозяина. Прошлым летом Зус женился на Мелоди, а совсем недавно счастливая пара узнала, что скоро станет родителями. Теперь будущий отец одновременно готовился к появлению ребёнка и пытался не допустить полного развала Хижины Чудес. Что удивительно, пока ему это удавалось. Диппер и Мэйбл Пайнс тоже изменились. Каждые каникулы близнецы возвращались в Гравити Фолз, который давно считал их своими героями. После спасения города их знали буквально все жители. Каждый приезд сопровождался небольшим праздником, а иногда дело доходило даже до настоящих парадов. Мэйбл обожала такое внимание. Диппер делал вид, что ненавидит. На самом деле ему тоже нравилось. Форд и Стэнли почти не сидели на месте. После воссоединения братья вновь отправились исследовать аномалии по всему миру. Они путешествовали по океанам, искали забытые цивилизации, охотились за неизвестными существами и регулярно попадали в неприятности. Иногда они привозили близнецам сувениры. Иногда артефакты. А иногда сувениры, которые оказывались артефактами и пытались кого-нибудь съесть. Впрочем, для семьи Пайнс это уже давно стало привычным делом. Казалось, что опасности остались позади. Казалось, что Странногеддон навсегда стал частью истории. Казалось, что Билл Сайфер окончательно исчез. Но некоторые вещи не исчезают так просто. Глубоко в лесах Гравити Фолз, вдали от туристических троп и старых дорог, среди вековых деревьев всё ещё стояла каменная статуя треугольного демона. Время почти не коснулось её. Единственным напоминанием о прошедших годах были мох, разросшийся у основания, и несколько трещин на поверхности камня. Но куда больше внимания привлекала не сама статуя. А то, что происходило вокруг неё. Компасные стрелки начинали вести себя странно ещё за несколько сотен метров до этого места. Электронные приборы регулярно отключались без видимых причин. Животные избегали этого участка леса. А некоторые исследователи сообщали о необъяснимом чувстве тревоги и ощущении чужого взгляда. Форд называл это остаточной аномальной активностью. Следом Странногеддона. Шрамом, который Билл оставил на реальности перед своим исчезновением. За последние два года Форд и Диппер неоднократно возвращались сюда для исследований. Они проводили измерения, сравнивали показатели и проверяли любые возможные признаки активности. Однако результаты всегда оставались одинаковыми. Никаких сигналов. Никаких следов сознания. Никаких доказательств того, что Билл Сайфер всё ещё существует. И всё же Форд не мог заставить себя расслабиться. Слишком хорошо он знал своего старого врага. Если бы Билл действительно нашёл способ вернуться, он никогда не подал бы сигнал заранее. Он бы ждал. Планировал. И ударил бы тогда, когда никто не будет готов. Поэтому каждый раз, покидая это место, Форд бросал на каменную статую долгий взгляд. Словно ожидал, что однажды её единственный глаз снова откроется. * * * Лес был непривычно тихим. Не той спокойной тишиной, которая бывает в обычном лесу. Здесь не пели птицы. Не стрекотали насекомые. Даже ветер словно обходил это место стороной. Между высокими соснами лежали густые тени, превращая лес в настоящий лабиринт из тёмных силуэтов и чёрных провалов между деревьями. Посреди этой мрачной поляны возвышалась каменная статуя. Треугольная фигура с единственным глазом. Трава тихо зашуршала. Кто-то приближался. На поляну вышла женщина. На вид женщина среднего возраста. Бледная кожа резко выделялась на фоне тёмного леса. Чёрные волосы были небрежно собраны в пучок, словно она совершенно не заботилась о причёске. Острый нос и большие очки с толстыми линзами придавали ей строгий вид, а глаза за стеклом почти невозможно было рассмотреть. Она остановилась перед статуей. Несколько секунд просто смотрела на неё. Затем медленно обошла вокруг. Провела рукой по шероховатому камню. Проверила записи в небольшом блокноте. Снова посмотрела на статую. С каждым мгновением её любопытство становилось всё сильнее. — Невероятно... — тихо пробормотала женщина. Она подошла ближе. Очень близко. А затем протянула руку. — Ну, здравствуй. Её пальцы коснулись каменной ладони. И пожали её. Мир взорвался ослепительной вспышкой. Билл Сайфер резко открыл глаз. Нет. Глаза. Два глаза. Секунду он просто лежал на траве, пытаясь понять, что происходит. Голова раскалывалась. В ушах стоял неприятный звон. Перед глазами всё расплывалось. — Что за... Голос. Странный голос. Не его голос. Билл медленно сел. Тело ощущалось тяжёлым. Неловким. Непривычным. Каждое движение давалось с трудом. Словно он впервые управлял этим набором мяса и костей. А потом он увидел её. Свою статую. Несколько секунд царила абсолютная тишина. Билл посмотрел на свои руки. На статую. Снова на руки. Снова на статую. И только после этого лес огласил возмущённый вопль: — ЧТО-!? * * * Несколькими днями ранее. — И таким образом падение Западной Римской империи стало началом новой исторической эпохи, — закончила объяснение Элис Грейсон. В этот момент прозвенел звонок. Ученики моментально оживились. Кто-то начал собирать вещи ещё до того, как звук успел затихнуть. Кто-то уже направлялся к двери. — Не забудьте подготовить доклады к следующему понедельнику, — напомнила Элис. В ответ раздался дружный хор недовольных стонов. — Да, именно поэтому я и задаю домашние задания. Несколько учеников рассмеялись. — Хороших выходных. — До свидания, мисс Грейсон! — Пока! Постепенно класс опустел. Элис принялась складывать вещи в сумку. Тетради. Учебники. Ручки. Обычный конец обычного рабочего дня. Через полчаса она уже толкала тележку между рядами небольшого продуктового магазина. Молоко. Хлеб. Кофе. Замороженная пицца. Исторические загадки были её страстью, но готовить после работы ей нравилось значительно меньше. Когда Элис наконец вернулась домой, за окном уже давно стемнело. Квартира встретила её привычной тишиной. Она поставила сумки на кухне, переоделась и с кружкой горячего чая устроилась за компьютером. Так проходили многие её вечера. Статьи. Архивы. Форумы. Блоги. Мифология. Городские легенды. Сообщения о предполагаемых сверхъестественных явлениях. Девяносто девять процентов подобных историй оказывались выдумкой. Но оставшийся один процент заставлял искать дальше. Элис лениво листала ленту твиттера, когда один пост неожиданно привлёк её внимание. Фотография леса. Фотография странной каменной статуи. И подпись: «Нашёл это возле какого-то заброшенного городка. Координаты прикрепил. Кто-нибудь знает, что это вообще такое?» Элис подалась ближе к экрану. Статуя выглядела необычно. Слишком необычно. А координаты указывали на район, которого она раньше никогда не встречала в своих исследованиях. Она потянулась к лежащему рядом листку бумаги. Записала цифры. Подчеркнула их. А затем ещё раз посмотрела на фотографию. Странное чувство зародилось где-то внутри. Словно кто-то шептал ей: «Поезжай». На следующее утро Элис уже сидела за рулём своего автомобиля. Дорога уходила всё дальше от крупных городов. Музыка негромко играла из колонок. Мимо проплывали леса. Заправки. Редкие придорожные кафе. Часы за рулём складывались в километры. А километры постепенно приводили её к цели. К вечеру машина остановилась на обочине возле старой лесной дороги. Двигатель затих. Музыка оборвалась. Элис посмотрела через лобовое стекло. В глубину леса. Туда, где между деревьями уже начинали сгущаться сумерки. Она сама не могла объяснить почему. Но вдруг ей показалось, что где-то там, среди теней, её что-то зовёт, влечёт за собой. * * * Билл споткнулся о торчащий из земли корень и едва не растянулся лицом в грязь. — Да чтоб тебя... Он неловко взмахнул руками, сохранил равновесие и, пошатываясь, пошёл дальше между деревьями. Каждый шаг ощущался неправильным. Ноги были слишком длинными. Спина постоянно ныла. Волосы лезли в глаза. Нужно было моргать. Нужно было дышать. Нужно было следить за тем, куда ставишь ноги. Когда-то он управлял законами пространства и времени. Теперь он сражался с ходьбой. — Великолепно. Просто великолепно, — проворчал Билл. — Великий Билл Шифр победил гравитацию, реальность и здравый смысл... а теперь не может нормально пройти по лесу. Он поднял руку и щёлкнул пальцами. Ничего не произошло. Щёлкнул ещё раз. Снова ничего. — Ладно. Ещё раз. Тишина. Ни огня. Ни молний. Ни открывающихся порталов. Даже жалкой искры не появилось. На лице Билла появилась кислая гримаса. — Ну конечно. Конечно! А чего я ожидал? Он раздражённо пнул небольшой камень. Тот улетел всего на пару метров. — После этой проклятой пушки памяти моё астральное тело было разорвано в клочья. Логично, что силы работают через раз... или не работают вообще. Билл задумался на несколько секунд. — Хотя нет. Не логично. Это несправедливо! Он поднял кулак к небу. — Слышите, космические законы?! Я официально подаю жалобу! Лес ответил ему молчанием. — Ну и катитесь в чёрную дыру. Продолжая идти вперёд, Билл всё сильнее раздражался. Перед глазами всплывали знакомые лица. Сосновое Дерево. Падающая звезда. Старый мошенник в феске. Шестипалый гений. Вся эта семейка. — Пайнсы... Имя прозвучало как ругательство. — Надеюсь, у вас всё было замечательно после моей смерти. Он сжал зубы. — Надеюсь, вы завели друзей. Ещё шаг. — Надеюсь, вы счастливы. Ещё шаг. — Потому что когда я разберусь с этой проблемой... Он поднял палец. — Я испорчу вам настроение настолько сильно, что вы будете вспоминать Странногеддон как лучшие дни своей жизни! Несколько птиц испуганно вспорхнули с веток. Билл проводил их взглядом и фыркнул. Ладно. Планы мести могли подождать. Для начала следовало решить более насущную проблему. Он застрял в теле какой-то смертной. Причём без сил. Причём в теле смертной без сил. Это был уровень унижения, который даже он не мог игнорировать. — Ничего, — пробормотал Билл. — Найду себе тело получше. Может, какого-нибудь миллионера. Или президента. Или кинозвезду. Он усмехнулся. Впереди между деревьями наконец показалась дорога. А возле неё стоял автомобиль. — А вот и транспорт. Он подошёл ближе, вытащил из кармана ключи и несколько секунд недоверчиво рассматривал их. После нескольких неудачных попыток он всё же открыл дверь и плюхнулся на водительское сиденье. Салон встретил его запахом кофе, бумаги и каких-то духов. Билл захлопнул дверь и посмотрел в зеркало заднего вида. Несколько секунд он молча изучал своё новое отражение. Женщина лет тридцати с небольшим. Светлая кожа. Уставшие глаза. Тёмные волосы. Совершенно обычное человеческое лицо. Билл наклонился ближе. Оттянул нижнее веко. Потом верхнее. Потом оба сразу. — Мерзость. Он показал отражению язык. Затем растянул рот в широчайшей улыбке. Слишком широкой. Совершенно неестественной. Почти от уха до уха. Улыбка становилась всё больше и больше. Наконец Билл довольно откинулся на сиденье. — Сойдёт. Несмотря ни на что, внутри него всё буквально искрилось от восторга. Он был свободен. Свободен! Не заперт в пустоте. Не заключён среди безумных чудовищ. Не обречён вечно слушать бесконечные лекции о раскаянии. Теро-тюрьма осталась позади. Одного этого было достаточно, чтобы считать сегодняшний день прекрасным. Билл расхохотался. — Ох, а вот тебе я совсем не завидую. Перед мысленным взором возникла каменная статуя в лесу. Точнее — он сам. Вернее — то, что теперь стало её телом. — Представляешь, где ты сейчас очнулась? Он снова рассмеялся. — Среди межпространственных тиранов, пожирателей звёзд, коллективных разумов и прочих милых соседей. Билл постучал пальцем по рулю. — Некоторые из них уничтожили по паре измерений просто потому, что им было скучно. Его улыбка стала шире. — Уверен, они окажут тебе очень тёплый приём. Новый приступ смеха заставил его согнуться пополам. Наконец он вытер выступившую слезу и глубоко вдохнул. Нет. Сегодня нельзя думать о проблемах. Он тол ько что вернулся к жизни. Такое событие требовало праздника. Настоящего праздника. Как в старые добрые времена. — Для начала найдём что-нибудь вредное для здоровья, — заявил Билл. — Потом что-нибудь незаконное. Потом ещё что-нибудь вредное и незаконное одновременно. Он повернул ключ зажигания. Двигатель ожил. — О да... Билл положил руки на руль. — Мир, соскучился по мне? Он резко нажал на педаль газа. Машина сорвалась с места и вылетела на дорогу. По лесу разнёсся громкий, безумный смех. — Я ВЕРНУЛСЯ! — заорал Билл, уносясь прочь. — И НА ЭТОТ РАЗ ВСЁ БУДЕТ ЕЩЁ ХУЖЕ!