Глава 16

— Я дома! — Даже не думай! Кушина стояла в коридоре дома на почтительном расстоянии от входа, где сейчас стоял Наруто. Тот с недоумением посмотрел на маму, не понимая, где успел накосячить. — Сначала стираешься, моешься и только потом к нам подходишь! Младший Намикадзе смотрел теперь хмуро и слегка обиженно, но женщину это не проняло. Почти. Но она стоически сдержалась, и Наруто пришлось капитулировать. Поход выдался реально долгим. Пусть они и купались в каждом проточном водоеме, но все равно от него несло за версту. Путь от Танзаку, уже без каравана, шиноби прошли на максимальном ускорении верхними путями. Лишь бы поскорее добраться домой. Даже Какаши ждал с нетерпением. Сопроводительные миссии он не любил как раз из-за временных затрат. — Как скажешь, ока-сан. Ему все еще тяжело было удержать в голове возвращение Кушины. Казалось бы, он должен был только радоваться, ни о чем больше не думая, но не выходило. От этого в голову закрадывались мысли о том, что сын он плохой. И Кушина находилась в том же положении. Если с мужем она как будто и не расставалась, пусть тот и стал старше и зачерствел, но все равно оставался понятным ей Минато. Другое дело Наруто. Сын, уже успевший стать генином. Удивительно похожий на нее характером, но при этом весь в отца внешне. Кушина и сама не знала, как себя с ним вести. Шутка ли, но между ними почти отсутствовала разница в возрасте. Чистый мир куноичи не запомнила, так что не могла вписать себе это в опыт. « — Стоп! Это получается, у Минато молоденькая жена?» Смутившись от собственных мыслей, Кушина убежала к себе в комнату. Очередной счастливый день в доме Намикадзе.

***

— Ото-сан. Фугаку не всегда успевал позавтракать дома, но его младший сын вернулся с миссии, поэтому он решил не торопиться в этот раз. Объясниться, почему-то или иное поручение Хокаге подзадержалось, он всегда сумеет, просто не злоупотребляет. — Да, Саске? — Мне показалось или сейчас по деревне бродит множество чужаков? О своей миссии Саске с отцом не говорил, понимал, что тот и так в курсе от и до, учитывая, насколько странной она была. Мнимый С ранг, который Коноха поставила сама, специально превратился в S. Саске рад был деньгам, которые ему отсчитают, а это минимум сотня тысяч ре! Но при этом не хотел бы еще раз попасть на подобное задание, будучи настолько слабым. Сенсей не всегда сможет их защитить. Реши тот же Мангетсу предать их, и тогда генины и Матсушита точно бы погибли, даже одолей всех врагов Какаши. Подобная беспомощность злила. — Да. Ты не мог застать прошлый раз, ведь это было десять лет тому назад. Но в академии ты должен был слышать об этом мероприятии. Фугаку специально не говорил прямо, проверяя смекалку сына, хоть и дав при этом неслабую подсказку. И Саске отца не подвел. — Десять лет… Чуунин-но-Шикен! Мы в этот раз принимаем. — Как и ожидалось от моего сына. Саске слегка зарделся. Хоть и прошли те времена, когда от отцовской похвалы он едва ли не зависел, но все равно было приятно это слышать. — Мы участвуем? Саске считал себя достаточно сильным для получения жилета. Бой с тем чуунином Облака это доказал. Младший наследник был уверен, что даже в одиночку справился бы с ним, пусть они с Наруто и осторожничали. Миссия была превыше бравады. То ли дело экзамен, где можно будет сражаться без оглядки. — Ни-сан отсутствует, наверное, из-за экзамена? — Именно в такие дни АНБУ работают круглые сутки. Так что не злись на отсутствие брата — все свободное время он тратит на сон. — Я и не думал злиться. Саске не так давно надел повязку, но уже первые миссии показали ему, насколько страшен мир шиноби на самом деле. Еще и учитель, невероятно опытный шиноби, в отличие от брата и родителей, не стеснялся рассказывать про кровавые миссии из личного прошлого во всех подробностях. Генины и не заметили, как ускорялись на каждом привале, готовили все необходимое, лишь бы Хатаке быстрее начал очередной рассказ. А после сравнивали с пусть и крошечным, но все-таки личным опытом. И сравнение никому из генинов не нравилось. Однажды на кухне Итачи сказал, что сменил бы профессию шиноби на кухню, была бы у него такая возможность. Саске над ним тогда… Не сказать, что насмехался, нет. Они с Наруто попросту его не понимали. Сейчас же младший наследник, даже не увидев и капли того, что видели Хатаке и Итачи, уже понимал брата. Всего-то стоило разок поставить на кон жизнь. Так что Саске решил, что, встретив брата, первым делом извинится. — Ото-сан, мне стоит принять участие? Без разрешения главы клана такие вещи не предпринимаются. Даже если ты его сын. — Как решит твой сенсей. Хатаке — опытный шиноби, и наш клан его уважает. Если он решит, что вы готовы, то я не буду препятствовать. Равно и обратное. Саске немного приободрился. Ему хотелось стать чуунином, ведь тогда он станет ближе к брату. А мысли о том, что и брат, и учитель в их возрасте уже были джоунинами, Учиха старательно отгонял. Не стоит себя сравнивать с другими. Вместо бесполезных размышлений Саске решил задать другой вопрос. После первой внешней миссии он имел разговор с отцом насчет странной мутации шарингана в глазах Хатаке. Отец съехал с этой темы, сказав, что раз уж учитель разбрасывается секретами клана, пусть берет ответственность и рассказывает о Мангеке сам. Учитель рассказал. Саске с трудом переварил информацию об омерзительном способе достижения силы, но ума хватило не спрашивать, как именно его получили Хатаке, брат и отец. Учитывая условия, это было бы чревато. Сейчас же генин имел другой вопрос, терзавший его. — Откуда у Какаши-сенсея шаринган? Я узнавал, что он из вымирающего клана Хатаке и что они не являются ветвью нашего клана. Фугаку не сразу ответил на вопрос, предпочтя отпить горячего зеленого чая. А Саске не добавил в вопрос слова Мангетсу, назвавшего его учителя падальщиком. Тогда в младшем наследнике боролись два чувства — злость за то, что геном их клана кто-то чужой присвоил, и злость за оскорбление учителя. Лишь чуть позже, на очередном привале, до Саске дошло, что к Хатаке клан явно не имеет претензий, а значит, все не так просто, как могло показаться. — Это довольно печальная история, уходящая корнями еще в годы Третьей Мировой Войны шиноби. Войны отвратительной и кровавой. А вот окончание этой истории произошло совсем недавно, и эта ее часть является секретной для всех, кто не входит в верхушку нашей деревни. Рассказывать право не имею, но вот первую ее часть… Ее тебе расскажет учитель, если захочет. — Ото-сан. — Голос Саске звучал слегка обиженным. — Ты опять перекладываешь это на сенсея! — Сенсей должен учить. Тебе повезло, что твой учитель является настолько сильным владельцем нашего Кеккей Генкай. Будь иначе, тебе пришлось бы проводить дополнительные тренировки и внутри клана. Саске поежился. Ему нагрузок хватало и так, хотя, возможно, именно из-за нежелания переступать через себя он все еще и не пробудил шаринган. Отец говорил не зацикливаться на этом, говорил, что пробуждение генома не всегда хорошо. Только вот у Учихи должен быть шаринган, поэтому Саске не мог отогнать мысли о собственной слабости. Чуунин-но-Шикен вполне мог решить эту его проблему, ведь не раз Саске слышал, что его геном пробуждается в бою. — Как скажешь, ото-сан. Даже если Саске не согласен с мнением отца, он все равно послушается. Ведь если сенсей не расскажет, всегда можно будет потребовать у отца ответ еще раз. Так прошло очередное утро в доме главы клана Учиха. Тоже очередной счастливый день счастливой семьи.

***

Минато настолько заработался, что даже не уходил домой, оставаясь спать в кабинете. Чуунин-но-Шикен, который еще даже близко не начался, уже умудрялся жрать души верхушки Конохи. Сейчас каге занимался очередным документом о согласовании присутствия очередной команды из других селений. Абы кого в Коноху не пускают ведь. Каждый такой запрос каге должен обрабатывать лично, и это злило Минато. В обычное время администрация, которую он настроил филигранно, занималась почти всей бумажной возней, оставляя на правителя лишь совсем уж важные проекты. Но сейчас приходилось самому вчитываться в каждый документ, читать попутно отчеты АНБУ и в особенности АНБУ НЕ, чей глава не спал уже недели три в принципе, самостоятельно отрубив у организма потребность во сне. Да, решение временное и даже для такого чудовища, как Орочимару, имеющее последствия, но Минато ему завидовал. Сам он потребность ощущал полностью. Да и возраст давал о себе знать. Вроде и не старик, но как будто бы есть целый набор мелких жалоб, несмотря на регулярные походы в больницу. Еще бы они не были регулярными — ходит Хокаге, ходят и все остальные. Тсунаде поставила такое условие, одно из тех, ради которых она останется в Конохе. Лишиться лучшего ирьенина континента и по совместительству последнего члена клана-основателя Намикадзе права не имел и предпринимал ряд попыток для того, чтобы клан не вымер полностью. Разумеется, тайно, зная достаточно буйный нрав женщины, но все было без толку. Слишком уж она любила Като Дана. Подписав последнюю на утро бумагу, Минато наконец смог расслабить пальцы. Он, конечно, подозревал, что эта работа загонит его почище любой миссии и войны, но не представлял, что все будет настолько плохо. Прошлый Чуунин-но-Шикен мужчина смог провести, пусть и без особого размаха, но нынешний оказался в разы сложнее. Больше команд, больше гостей, больше денег на все мероприятие. В этот раз Минато собирался собрать у себя всю пятерку великих держав. Откликнулось даже несколько команд генинов из Кумо, при всех достаточно прохладных, если не откровенно враждебных отношениях между какурезато. Не говоря уже о финансовых гигантах со всего континента, для которых Чуунин-но-Шикен — одно из любимых развлечений. Благо миссия с главой Союза Золотого Лотоса кончилась абсолютным успехом, и от одного только Матсушиты придет внушительное число торговцев с разных стран и, соответственно, вливаний в бюджет. Этот экзамен позволит Конохе закрыть долги и вложиться в перспективные направления на годы вперед. Поэтому Минато подходил к делу максимально ответственно. «Не так я представлял себе работу Хокаге, конечно, когда Сарутоби-сама в свое время меня на нее уговаривал. Определенно нет». Встав из-за стола, Минато наконец вышел в приемный зал для особых гостей. Кабинет Хокаге не для всех и всего подходил, а за самим правителем прошло несколько невидимых защитников. По мужчине, что уже сидел, развалившись в кабинете словно у себя дома, сказать, заметил он их или нет, было невозможно, но Минато ставил на первое. Все-таки он был из высшей лиги, как и сам Минато, пусть в своей победе над ним каге не сомневался. — Простите за ожидание, Мангетсу-сан. Сами понимаете, что из-за этого экзамена вся Коноха на ушах. — Еще как понимаю, Намикадзе-сан! — Джоунин Скрытого Тумана отвечал чуть более уважительно, подчеркивая разницу в положении, хотя в свое время имел право и возможность занять кресло каге. — Все-таки в прошлый раз принимающей стороной были мы. — Еще раз хочу выразить благодарность за содействие с ситуацией, в которую попал Союз Золотого Лотоса. — Помогать им выгодно и для нашей страны. Их суда облегчают жизнь для прибрежных городов. С простыми формальностями было покончено, поэтому мужчины сели на диваны друг напротив друга. Однажды, когда поиски Обито Учихи, известного тогда как «Ублюдок в Маске», завели ищеек Конохи в раздираемый гражданской войной Скрытый Туман, Коноха невольно оказала большую помощь повстанцам. Это было выгодно для всех сторон, но Обито тогда сбежал, даже не удостоив никого появлением. Слишком уж жива была в нем память о проигрыше Хокаге. Зато теперь, оглядываясь в прошлое, уже зная о личности неуловимого террориста, Минато понимал, почему площадкой для кровавых игр был выбран именно Скрытый Туман. И с тех пор более верных союзников для ловли Акатсуки было невозможно найти, сузив наемникам пространство для маневра до всего лишь трех стран из ведущей пятерки. Минато сложил серию печатей, после которых прикоснулся к метке фуин на столе. Теперь кабинет был экранирован от любой возможной прослушки, и оба мужчины сразу же подобрались. — С разговорами о погоде, я полагаю, мы покончили? — Мангетсу дождался кивка уставшего мужчины и продолжил. — Скажите мне, что мы не ошиблись, когда расшифровывали послание. Вы действительно поймали ту тварь, что подчинила разум Ягуры-сама? Когда в Киригакуре назрел раскол от попросту неоправданной жестокости, что начал творить Йондайме Мизукаге, доверие и уважение к Ягуре в стане джоунинов пропало напрочь. Но узнав, что несчастный каге был лишь марионеткой в руках закулисного террориста, оно снова вернулось на место. Все помнили Ягуру как очень строгого, но все-таки справедливого шиноби, в сердце которого находилось и добро. Не озлобившегося, несмотря на ненависть простых людей к нему как к джинчуурики. Коноха помогла Кири открыть глаза на это, за что Скрытый Туман ей благодарен. И, узнав, что их враг номер один был пойман наконец Конохой, Мангетсу вызвался узнать обо всем лично. Некоторые вещи нельзя было доверить никакой службе доставки, а вот Советнику Мизукаге вполне себе. — Да. И сразу предупрежу — поверить придется на слово. Мы уже уничтожили его. Сказанное Мангетсу не понравилось. Он хотел хотя бы раз плюнуть на труп врага. — Вам стоит объясниться, Намикадзе-сан. Наша деревня пострадала от него больше вашей. Мы тоже имели право на месть, хоть я и признаю ваше личное, — тут Хоузуки выделил слово, показывая, что Кири в курсе всей подноготной той осенней ночи и глядя в глаза Минато, — право на месть. Почему вы не оставили хотя бы тело? Минато с легкостью выдержал тяжелый взгляд шиноби и ответил с небольшой заминкой. — Этому есть причина. Мы хотели не просто убить его. Не просто пытать. Я отдал его самому жестокому человеку, о котором слышал, и тот заверил меня в одном. — Намикадзе слегка наклонился. — Его душа никогда не попадет в чистый мир. Физически он уже давно был сломлен, но Конохе этого мало. Вечные муки — вот что уже проходит его душа. Невозможность встретиться с родными и близкими после смерти и страдание раздираемой души. Вот… Хокаге передал в руки Хоузуки свиток, который тот, выглядя уже более спокойным, пусть и удивленным, принял. — Здесь все, что есть на Акатсуки и конкретно Обито Учиху. Сама организация почти уничтожена, остался лишь последний, главный очаг сопротивления. Все указано в свитке. Надеюсь, к третьему этапу я получу ответ от Теруми-сан. — Тут можете не волноваться, Мизукаге-сама выразила желание посетить третий этап лично, так что ответ вы получите. Минато от слов собеседника слегка вздрогнул. Совсем чуть-чуть, но от взгляда Хоузуки это не укрылось. Теруми Мей была великолепным шиноби и отличным каге. С ней легко было иметь деловые отношения. Но при этом ее характер… Намикадзе давно смирился, что на их уровне сил все шиноби с особенностями, но от этого вести дела с этой женщиной было не легче. Йондайме вообще не понимал, как вести себя с ней, благо ума хватало не оставаться наедине. «Главное, чтобы нелепые слухи о нашей близости не дошли до Кушины, иначе мне конец». — Это прекрасная новость. — Своего истинного отношения Хокаге постарался не показать. — Тогда обсудим ваших подопечных, слышал, что ваш брат и по совместительству ученик участвует в экзамене. На это Мангетсу улыбнулся. Джоунин радовался любому упоминанию его брата и всегда был готов поговорить на эту тему. Серьезный разговор кончился, и теперь остались только некоторые рабочие моменты. И это был очередной счастливый день в Конохе, которую хранил и оберегал Минато.