Глава 7. Колючие

Четвёртый день смены. С утра на улице стоит уже привычная жара, а в драмкружке, куда записалась Лера во всю проходят репетиции. К середине смены ставят сценки из “Двух капитанов”. В актовом зале пахнет старой краской, вокруг ребята разбились на группы и бубнят реплики, создавая тихий гул. Из распахнутой двери доносится непрекращающийся стрёкот цикад. Лере доверили роль Кати Татариновой в сцене их с Саней первой встречи. Кать и Сань вообще много — в каждой сцене актёры меняются. Пока Юлия Сергеевна — старшая вожатая и по совместительству руководительница драмкружка — увлечённо вносит правки в игру старших ребят, младшие выбирают костюмы. Тряпок много, и Лера чуть ли не всем телом перевешивается в огромную коробку. — Долго ещё? — цедит сквозь зубы кто-то за спиной. И гадать не нужно — снова Лазарев. — А что? — Лера зло косится на хулигана. Лазарев смелеет и оттесняет её от коробки. — Решила весь реквизит перелапать? — Я не заразная! — вмиг вспыхивает Лера. Все знают: Лазарева водили к начальнице лагеря. Больше он не обзывает напрямую, по крайней мере не прилюдно. Но презрение и брезгливость из его глаз не стереть. Стас молчит, а сбоку подтягиваются Лена Новикова и Зина Куликова. Они записались в музыкальный кружок и будут играть на пианино. Лена к тому же будет третьей Катей, в сцене, где Саню играет Лазарев. — Соловьёва, тебе тоже роль дали? Как замечательно, — недовольно улыбается Новикова. — Мы костюмы пришли выбирать. — Выбирайте, я вам что, мешаю? — Нет, — Новикова переглядывается с подругой. Лера делает шаг к коробке, а ребята резко отступают: — Но, пожалуйста, стой подальше от нас! Я не хочу заболеть туберкулёзом! Зина тихо замечает: — Ира с Пашей сказали, что она здорова. — А ты верь больше всем подряд, — бросает Лазарев. — Она же выглядит, как полумёртвая! Лера чувствует себя экспонатом на витрине, к глазам подступают слёзы. Ноги несут её на скамьи перед сценой, где возится с каким-то плакатом Антон. Жаль, что Оля не рядом, она бы точно смогла ответить Лазареву и остальным. Но подруга записалась на занятия в яхт-клуб, и каждый день прибегает сияющая и радостная. Лера быстро устаёт от активностей, иначе бы тоже попробовала… — Стасу бы больше подошла роль Ромашова, — неожиданно обращается к Лере Антон. Обычно Бобров держался поодаль от остальных. Многие в отряде дразнили его нюней и хлюпиком, а он не мог дать отпор. Пока ребята были на эстафетах или купались, Антон часто сидел в тени, а однажды после шуток дружков Лазарева даже заплакал. — Ромашов — сложный персонаж, — выдаёт Лера. — Там надо трусость и подлость играть. Лазарев бы не справился, он же глупый, — разойдясь, добавляет Соловьёва. — Ему и не нужно играть, — смеётся Антон. Вскоре Лера и Антон рисуют плакат уже вместе.

* * *

Витя шагнул в учебный класс, как только освободившиеся ребята радостно пронеслись мимо. С утра Тимур позвал его посмотреть на тренировку на “Пассате”, и пока Витя просиживал шорты на пирсе, только сильнее убедился в необходимости скорее сдать зачёт и присоединиться к команде. Главное соревнование смены — состязания яхтсменов — проводят в самом конце. Сначала соревнуются на “Оптимистах” и “Кадетах”, но весь лагерь ждёт финальный заплыв регаты — выступления опытных команд на яхтах класса “Л-6”. Их было целых четыре штуки на “Медведицу”. И Вите быстрее хотелось присоединиться к тренировкам, чтобы его не выгнали. Соловьёв недоумевал, что такого рассмотрел в нём Тимур, что взял под своё крыло, но, видимо, нечто особенное в Вите было! Всё оставшееся утро и сон час Витя зубрил термины и схемы из Леонтьева и, кажется, даже преуспел. Учёба всегда давалась ему нелегко, и в школу ходить он не так уж любил, но конкретная цель добавила мотивации. Оставалось отчитаться перед Ирой. — Привет, я теорию ответить. — Здравствуй, — Ира резко сматывала учебный плакат. Нахмуренные брови не предвещали хорошего разговора. “Наверное, недовольна занятием”. — Как успехи с теорией парусного хода? — Заучил, — не без гордости сообщил Витя. Ира смерила Витю скептическим взглядом: — Одного заучивания недостаточно. Важно понимать материал. Девушка открыла Леонтьева. — А ещё важнее заинтересованность, — не умолкала Ира. “Опять будет учебник читать? Правда что ли ничего не знает без книги?” — Что молчишь, Соловьёв? Как воды в рот набрал. Неужели тебе совсем не интересна логика устройства яхты, например? Витя опустил глаза, чувствуя, как в груди начинает колоться раздражение. — К слову, кто в команду тебя взял? Не Кузнецова, случайно? — Тимур Королёв, — приободрился Витя. Вожатая кивнула. — Хорошие ребята, толковые, — со знанием дела отметила Ира. — И с общественной деятельностью помогать не забывают. Костя Белов вон в знаменной группе на открытии смены был! Бери пример с них, Соловьёв. Думаешь, они в своё время тоже просто заучивали? Витя уже не знал, куда деться от этой настырной вожатой. “И почему эта Ира воспитывать меня вздумала? По школьной привычке решила шефство взять над двоечником-недотёпой?” — На занятиях тоже просто пишут материал, — пробормотал Витя. — Какая разница, как я учить буду? — Хорошо, — после небольшой паузы сдалась Ира, не добившись желаемой реакции. — Давай проверим твои знания. Девушка снова сверилась со страницей учебника и начала опрос: — Начнём с азов. Почему яхта может идти под острым углом к ветру? Витя постарался ответить чётко: — Это за счёт аэродинамической подъёмной силы. На вогнутой стороне паруса давление выше, а на выпуклой ниже… Общая сила давления направлена перпендикулярно… хорде паруса… Киль препятствует сносу, и одна из составляющих этих самых сил толкает яхту вперед! — На какие же составляющие раскладывается общая сила давления? — Ира пристально смотрела на Витю, словно сканировала на наличие шпаргалок. — Сила тяги и сила дрейфа, — отчеканил парень. — Давай конкретнее, за что они отвечают? — Сила тяги… — Витя точно это учил. — Сила тяги обеспечивает движение, а сила дрейфа сносит яхту в подветренную сторону. — А почему яхта не может идти строго против ветра? — В положении левентик, — Витя, внутренне ликуя, использовал заученное морское словечко, — угол атаки ветра на парус равен нулю. Ира перелистнула страницу учебника и задала новый вопрос: — Как влияют расположение центра парусности и центра бокового сопротивления на управляемость яхты? — Так, центр парусности… — Витя точно помнил, как зубрил этот момент. — Если он на одной вертикали с центром бокового сопротивления, яхта сбалансирована, иначе либо нос яхты разворачивает на ветер, либо яхта уходит под ветер. Далее последовала серия вопросов почти по каждому термину раздела, Витя справлялся неплохо, пока вопросы не стали сложнее и несколько не отошли от учебника. — В Леонтьеве этого не было, — насторожился Витя, мысленно готовясь отстаивать свои интересы. Однако Ира, не желая спорить, кивнула. Девушка захлопнула учебник. — А ты всё-таки молодец. Заучил! — из её уст слово прозвучало неожиданно обидно. “Да что эта Ира прицепилась? Заучил да заучил!” — разозлился про себя Соловьёв. — И без занятий справился, — неожиданно для себя ляпнул Витя. Ира, уловив явное пренебрежение в голосе, нахмурилась и показушно приосанилась. — Нужно вести себя более сдержанно, ты всё-таки с вожатой разговариваешь. Тем более, что грубость никогда и никого не красит! “Вчера в пионерах ходила, а сегодня свысока на людей смотрит?” — внутренне возмутился Витя. Вот Тимур бы не стал терпеть такое пренебрежительное отношение. Никто из компании Тимура не стал бы! И у Вити тоже есть характер, он тоже может за себя постоять. — Храп и разговоры на занятиях не красят в том числе учителя, — выпалил Витя, правда, через мгновенье уже отчаянно краснея и обзывая себя всеми известными ругательствами. Ира оскорблённо поднялась из-за стола, Витя уже представил, как она бежит жаловаться начальнице лагеря на грубияна в группе, а потом всплывает вчерашняя ситуация с сигаретами. Но ситуацию, сам того не ведая, спас Олег. Он заглянул в класс, предварительно постучав: — Можно? Я, кажется, карандаш забыл. — Заходи, — хмуро бросила Ира. Вожатая резко обернулась к Вите: — Те, кому интересно, будут получать знания, а не искать отговорки. Вот взять хотя бы Смирнова, — тот настороженно покосился на Иру, — человек ловит каждое слово. Он сдаст зачёт первым и на практике тоже преуспеет. Да, Олег? Олег, уже поспешно направлявшийся к двери, замер и неловко поправил очки, сначала стягивая их, а потом снова надевая на нос. — Тут такое дело, Ира… Я не собираюсь сдавать зачёт, просто теорию послушать прихожу, — он тут же добавил, словно оправдываясь, — я вообще плаваю плохо, да и вестибулярный аппарат у меня слабый, на каруселях даже тошнит! Ира застыла с растерянным выражением лица. Вместо неё поинтересовался Витя: — А зачем ты на занятия тогда ходишь? — Так интересно же! — искренне удивился Олег. — Тут чистая физика. Перераспределение векторов силы, аэродинамика крыла, работа рычага. Яхта — это же, по сути, сложный инженерный механизм в агрессивной среде! А ходить мне на ней совсем не обязательно, чтобы видеть красоту теории… Олег вежливо кивнул и бочком вышел из класса, поправляя очки. Снова осмелев, Витя прыснул в кулак: — Вот тебе и главный отличник! Плавать не умеет даже. А я просто хочу на воде знания получать, а не в душном классе. — Ясно, — тонко улыбнулась Ира. — Спешишь к своей команде. Нет времени на занятия — не страшно, но мог бы выкроить пару минут к сестре заглянуть? “Лера”. В калейдоскопе новых впечатлений и переживаний Витя совсем забыл про сестру. Но Ирина попытка задеть его за живое быстро задушила укол совести, и Витя ощетинился в ответ: — А что, вожатые не справляются со своими отрядами? Леру кто-то обижает? Ира, уже коря себя за непрофессиональный выпад, окинула парня ледяным взглядом, в котором, впрочем, блеснула обида: — В моём отряде всё под контролем! Но Лера точно будет рада, если ты к ней заглянешь. Родители загорелись идеей отправить Витю в лагерь на море, чтобы сестре спокойнее было, и неважно, что он сам боялся неизвестного гораздо больше. В любом случае, Лера ещё маленькая, мало ли что могло происходить в отряде за спиной у вожатых и воспитателей… А Витя сосредоточился на своих попытках влиться в компанию. Ира тем временем направилась к выходу из класса, так ничего не сказав про возможность сдать зачёт раньше. Витя поплёлся следом с несчастным видом. “Теперь поблажек мне не будет, и навстречу Ира не пойдёт!” Улица встретила привычной лагерной суетой и вечерним теплом, но на душе скреблись кошки. Заветный вопрос предательски крутился на языке, но Витя только сильнее стискивал зубы. На эстраде репетировал музыкальный кружок, у питьевых фонтанчиков выстраивались очереди, из парка вынырнули счастливые участники турклуба с палатками. Витя опустил взгляд в землю. Так они прошли через всю территорию до самой столовой. У крыльца Ира немного помедлила, и обречённо обернулась: — После каждой лекции отчитываешься мне об изученном материале. Как только расскажешь последнюю тему, договорюсь о досрочном зачёте. Ясно? — Ага… Вожатая уже взлетела по ступенькам и исчезла в здании, а Витя остался стоять на улице, почему-то, вопреки получению желаемого, чувствуя досаду. Может, зря он сердился на Иру? Да, она устраивает в душном классе настоящие пытки, нудно зачитывая определения из учебника. Но Ира хотя бы не настолько вредная, чтобы из мелочности помешать Вите сдать зачёт. К тому же она не просилась на эту должность, просто так назначили. А с Лерой нужно обязательно увидеться.