Часть 45. Размыкая веки

Время в номере тянулось мучительно медленно, превращая каждую секунду в пытку. Прошла минута, затем вторая, но на кровати ничего не менялось. Эллисон всё так же неподвижно лежала под пледом, её лицо оставалось бледным, а грудная клетка не вздымалась. Сэм невыносимо громко шагал из угла в угол, Бобби нервно барабанил пальцами по колену, а Кас застыл у окна, напряженно всматриваясь в улицу. Дин стоял возле кровати и с каждой уходящей секундой его лицо всё больше наливалось тяжестью. Челюсти сжались, а в глазах снова закипала ярость. Он уже подался вперёд, готовый снова вызывать Кроули и буквально разнести всё вокруг, как вдруг… Тишину комнаты пронзил резкий, жадный вдох. Грудная клетка Эллисон взвилась вверх, выгибая тело. Она глотнула воздух так, словно выбралась с самой глубины океана и тут же зашлась кашлем. — Элли! – в один голос выдохнули Дин и Крис, одновременно бросаясь к кровати. Дин мгновенно опустился на колени прямо на линолеум, подхватывая её за плечи и помогая приподняться. Крис присел с другой стороны, бережно накрывая своими ладонями её трясущиеся пальцы. Скотт шагнул ближе, сжимая кулаки от подступивших к горлу слёз облегчения. Эллисон с трудом распахнула глаза. Смыкая и размыкая веки, она судорожно вдыхала воздух мотеля, пока, наконец, её фокус не остановился на лице Дина – на его взъерошенных волосах, тёмных кругах под глазами и том безумном облегчении, который сменил прежнее отчаяние. Она ощутила странную тяжесть в груди – тот самый липкий след демонической магии, который ни с чем нельзя было спутать. Эллисон нахмурилась, глядя Винчестеру прямо в глаза и с трудом вытолкнула первое, что пронеслось в её голове: — Дин… – она вздохнула, впиваясь пальцами в его рукав. — Что ты сделал? Винчестер на мгновение замер. На его лице промелькнула едва заметная тень – он слишком хорошо знал этот её взгляд, но прямо сейчас меньше всего на свете хотел устраивать разбор полётов. Он только что вернул её. Она была здесь, дышала и это всё, что имело значение. Дин судорожно выдохнул, натянув на лицо свою привычную, немного кривую, но тёплую ухмылку и сжал её плечо чуть крепче. — Эй, тише, тише, – мягко проговорил он, проигнорировав её вопрос и осторожно отводя прядь волос с её лба. — Не торопись, дыши ровно. Ты как? Ничего не болит? Голова не кружится? Крис с другой стороны кровати тоже всматривался в лицо дочери, а Дин, продолжая удерживать её за плечи, чуть подался ближе, всем своим видом пытаясь заслонить собой ту страшную цену, которую только что за неё заплатил. — Смотри на меня, – тихо, но настойчиво продолжал он, касаясь пальцами её лица и успокаивающе проводя подушечкой большого пальца вдоль линии её скулы.— Ты в порядке? Как ты себя чувствуешь?  Эллисон не свела с него требовательного взгляда. Она не ослабила хватку, пальцы только сильнее впились в куртку Дина. Этот тошнотворный осадок демонической магии внутри невозможно было спутать ни с чем. — Перестань, Дин… – с трудом вытолкнула она, её голос сорвался, но в нём пробилась прежняя упрямость. — С кем ты заключил сделку?! Дин на секунду зажмурился, сжав челюсти. Ему хотелось прямо сейчас просто обнять её, сжать в охапку и не отпускать, но глаза Эллисон жгли его насквозь. — Все живы, Элли. Это главное, – попытался мягко съехать Дин, хотя уголки его губ дернулись. — Мы в номере мотеля. Тебе нужно отдохнуть, ладно? Потом всё обсудим. — Не смей уходить от ответа! – её голос прозвучал громче, хотя от резкого движения голова Эллисон отозвалась тупой болью и она поморщилась, не выпуская его ткань рубашки из рук. — Я чувствую это. Внутри… как будто грязь. Это не ангельская магия. Винчестер, кому и что ты пообещал? В комнате снова стало невыносимо тихо. Сэм у окна виновато опустил взгляд в пол, Бобби вздохнул и уставился на свои ботинки, а Крис лишь крепче сжал трясущуюся ладонь дочери, не зная, как защитить её от этой правды. Дин медленно набрал воздуха в грудь. Встретившись с её упрямым взглядом, он понял, что соврать или отшутиться у него не выйдет. — Кроули, – коротко и абсолютно ровным тоном произнёс Дин, не отводя глаз. — И ты здесь. Живая. Это всё, что тебе нужно знать прямо сейчас. — Кроули?! –  выдохнула Эллисон и в её глазах вспыхнул панический ужас. Она попыталась резко сесть, но тело всё ещё слушалось плохо: в глазах потемнело, а грудь отозвалась болью. Дин подхватил её под спину, не дав упасть обратно на подушки. — Ты с ума сошёл?! Сделка с Королём Ада?! Сколько тебе дали?! Десять лет?! Год?! Дин, ты отдал свою душу ради меня?! — Элли, тише, зафиксируйся, – Дин сжал её плечи чуть сильнее, упрямо удерживая её взгляд. — Никаких таймеров. Никаких  адских гончих. Моя душа при мне, слышишь? Никто меня никуда не тащит. — Тогда что?! — проговорила она, не обращая внимания на боль в затылке. — Что он забрал взамен?! Кроули ничего не делает бесплатно, Дин! Только не он! Винчестер на секунду зажмурился, тяжело дыша. Он почувствовал, как за его спиной Сэм бесшумно переступил с ноги на ногу.  — Я буду ему должен, – отчеканил Дин, открыв глаза.— Обычный бессрочный долг. Без мелкого шрифта и демонических печатей.  — Долг… – повторила она, словно это было самое страшное слово на свете. Эллисон слабо качнула головой, глядя на него. — Ты отдал себя ему в рабство… Ты теперь у него на поводке, Винчестер. Придёт день и он заставит тебя сделать что-то ужасное. Ради меня… Зачем, Дин?! Зачем ты это сделал?! Он подался ближе, наклонившись к самому её лицу. — Потому что альтернативой была твоя смерть, – шёпотом, но с такой силой, от которой перехватывало дыхание, произнёс Дин. — А с этим миром, в котором нет тебя, Элли… я жить не собираюсь. Так что если Кроули когда-нибудь придет за платой – мы разберемся с этим потом. Вместе. А сейчас ты дышишь. И это единственный расклад, который меня устраивает. Слова Дина зависли в воздухе, тяжёлые и неопровержимые. Эллисон ещё несколько секунд всматривалась в его глаза, пытаясь найти там хотя бы тень сомнения или сожаления, но видела лишь упрямую уверенность. Все силы, удерживавшие её, мгновенно иссякли. Эллисон с выдохом бессильно откинулась назад на подушки и зажмурилась, прикрыв лицо все ещё подрагивающей ладонью. — Боже мой… Какой же ты придурок, Винчестер, – пробормотала она сквозь зубы,— Невероятный придурок. Дин на секунду замер, а затем уголки его губ поползли вверх, расплываясь в бесконечно тёплой ухмылке. Он облегчённо хмыкнул и аккуратно поправил сбившееся одеяло у её плеч. — О-о-о, вот теперь я узнаю свою девочку, – проговорил он. — Честно говоря, я уже успел соскучиться по этим твоим комплиментам. Настоящий праздник для ушей. Сэм у окна сдавленно фыркнул, качая головой, а Бобби лишь с облегчением перевёл дух, пряча скупую улыбку в усах. Напряжение, часами сковывавшее комнату мотеля, наконец начало распадаться, уступая место сбивающей с ног усталости. Эллисон убрала ладонь от лица и снова открыла глаза, всматриваясь в улыбающегося Дина. Слабость всё ещё сковывала тело, но боль в груди постепенно отступала, уступая место теплу. Она сжала его пальцы своей ладонью – уже чуть сильнее, увереннее. — Если он придёт за этой платой, Дин… – твёрдо проговорила она, переводя взгляд с него на отца, а затем на Скотта и Сэма. — Мы не отдадим ему ничего. Слышишь? Мы найдём способ обойти этот долг. — Даже не сомневайся, – Дин сжал её руку в ответ и наклонился чуть ниже, коснувшись губами её лба. — Мы с занозами вроде тебя и не с таким разбирались. А теперь заткнись и отдыхай. Ты выглядишь так, будто тебя переехал грузовик. — И это мне говорит человек с синяками под глазами величиной с Техас, – усмехнулась Эллисон, но спорить не стала. Веки её отяжелели, а нервное истощение взяло своё. Крис осторожно поправил плед у её ног и положил руку на плечо Винчестера. Между двумя охотниками не нужно было слов – всё было сказано на языке поступков. — Пойдёмте, мальчики, – произнёс Бобби, подбирая с пола банку с краской и направляясь к выходу. — Дадим ей поспать. А у нас ещё куча дел. Скотт напоследок улыбнулся Эллисон –искренне, по-мальчишески, окончательно отпуская страх и тихо вышел вслед за Бобби и Кастиилом. Сэм остановился в дверях, посмотрел на брата, всё ещё сидевшего на коленях у кровати и коротко качнул головой. — Я за перекусом, – сказал он. — Тебе тоже нужно поесть, Дин. — Скоро буду, Сэмми, – ответил Дин, не отводя взгляда от Эллисон, которая уже медленно погружалась в спасительный сон. В номере наконец воцарился покой. Дин сидел на линолеуме, слушая её спокойное дыхание и впервые за последние часы по-настоящему глубоко вздохнул. Сделка с Кроули была проблемой завтрашнего дня. А сегодня она была жива.