VI. устав водных процедур

Тёмная зеркальная гладь озера, в которой, как в огромном волшебном зеркале, отражались верхушки вековых дубов, явно одобряла спонтанное решение выбраться сюда. Здесь даже природа, казалось, расслабилась: стрекозы зависли в воздухе, будто раздумывая, не устроить ли им внеплановый отпуск, а ветерок лениво перебирал листья над головой. Марлин лежала на спине в огромном надувном круге цвета переспелой фуксии. Он делал её похожей на экзотический бутон, случайно выброшенный волной посреди английской глубинки. Она неторопливо болтала ногами в прохладной воде, чувствуя, как невесомые прикосновения течения щекочут кожу, а лицо, запрокинутое к солнцу, ласкают тёплые лучи. Летний зной всё ещё был ощутим, пахло нагретой травой и немного тиной, а где‑то вдалеке раздавался редкий всплеск — то ли рыба, то ли чья‑то невидимая рука коснулась поверхности воды. Сириус плавал рядом, метрах в десяти, без всякого круга. Он энергично работал лапами, фыркал по‑собачьи, отплёвывался от ряски — та липко цеплялась за морду, лезла в рот и глаза. Он мотал головой, шумно выдыхал и снова рвался вперёд, рассекая воду. Брызги разлетались во все стороны, солнечные капли сверкали в воздухе, а он всё плыл и плыл, будто соревнуясь сам с собой. Пока ему не наскучило и он вновь не принял свой привычный облик. — МакКиннон, так нечестно! — крикнул Сириус, подплывая ближе и хватаясь за край её спасительного круга. Тот опасно накренился, и Марлин с визгом вцепилась в надувные борта, едва не вывалившись в воду. — Мы на озере уже два часа, а ты всё ещё сухая! Это противоречит уставу водных процедур! Она приоткрыла один глаз, окинула его насмешливым взглядом из‑под чёлки, которая образовалась благодаря непослушным прядям и порыву ветра, и медленно, демонстративно облизнула пересохшие губы, на которых остался привкус клубничного бальзама. — Дорогой, я просто наслаждаюсь жизнью, ясно? — Марлин покачала головой, сдерживая улыбку. — В отличие от тебя, мне не надо устраивать гонки с форелью, чтобы доказать озеру, какой я отличный пловец. Она указала в сторону его взлохмаченной шевелюры: — Кстати, у тебя там… — Марлин хихикнула, прикрыв рот ладонью, — водоросль. Прямо на макушке. Выглядит… оригинально. Очень сексуально, да. Точно твой стиль. Сириус вздохнул, замер, будто оценивая момент, а затем, резко ухватившись за края круга обеими руками, одним мощным рывком перевернул надувную конструкцию. Марлин, не успев осмыслить происходящее, с громким всплеском отправилась в воду, сопроводив падение возмущённым криком: — Блэк, скотина! — Так‑то лучше! — весело бросил он, притягивая её за талию, так что её мокрое, в кружевах купальника тело прижалось к его скользкой от воды груди, и Марлин почувствовала, как его пальцы впились в её бёдра, удерживая на месте. Она в ответ ткнула его кулаком в плечо, чтобы выбраться из ловушки, и проговорила, глядя прямо в эти серые насмешливые глаза: — Ты просто ненормальный. Мой круг уплыл. И вообще, я, кажется, наступила на лягушку из‑за тебя. Сириус громко рассмеялся и, по‑прежнему не отпуская Марлин, осторожно попятился к берегу. Вдалеке, на расстеленном пледе среди травы, виднелись свёрнутые полотенца и бутылка вина, забытая всеми ещё час назад. Но на середине пути его нога зацепилась за корягу, скрытую под водой. Он потерял равновесие — и с коротким возгласом они оба рухнули в озеро, поднимая фонтан брызг. Барахтаясь и заливаясь хохотом, они на мгновение представляли собою сплетение рук и ног. Марлин вынырнула первой, откидывая с лица мокрые пряди. Она с трудом выбралась на берег и без сил упала на тёплый песок, тяжело дыша. Сириус вынырнул следом и плюхнулся рядом, всё ещё смеясь. Затем он навис над ней, капли с его волос падали ей на живот, оставляя прохладные дорожки на разгорячённой коже. Сириус склонился ещё ниже, и его дыхание коснулось шеи Марлин, прежде чем он провёл носом вдоль и прошептал: — Лягушка простит твою неуклюжесть, не переживай. — Лучше думай о том, чтобы я тебя простила, — хитро произнесла она. И Марлин потянула Сириуса на себя, потому что после купания в прохладном озере нет ничего лучше, чем согреваться друг о друга.