Часть 1. Никогда не разговаривайте с незнакомцами

Если бы Айви Торнвейл знала, что уже спустя несколько часов после начала путешествия в сторону Врат Балдура к ее горлу приставят кинжал, то, вероятно, серьезнее восприняла бы предостережения отца. Но кто вообще слушает родителей? Даже в двадцать пять. — Тсс… Ни слова, дорогуша. Ты же не хочешь, чтобы я перерезал твою нежную шейку, правда? — мурлыкающий мужской голос произнес над ухом почти одновременно с ощущением холодной стали прямо у горла и цепкой руки на ребрах. Девушка замерла, пытаясь обуздать волну паники в груди. Бандиты? Здесь? Но Роуэн говорил… — Умница, — грабитель явно счел ее замешательство готовностью сотрудничать. — А теперь медленно достань из сумки кошель с золотом. У миленьких бардов вроде тебя всегда при себе есть звонкая монета, так? Айви нахмурилась. От него явно пахло дорогими духами. Бергамот? Странно для грабителя. — Я не дура, чтобы хранить золото в сумке, — пробурчала она. — А где оно? Или хочешь сказать, что отправилась в путь без денег? Я тоже, знаешь ли, не идиот. — мурлыкающий тембр в его голосе начал уступать место раздражению. — Кошель в безопасном месте, под юбками, — прошипела Айви в ответ. — Я сама достану, кинжал только убери. — Угу, конечно, разбежался. Так справишься, — он фыркнул. — И, к слову, под юбками у барда далеко не самое безопасное место. Грабитель лениво, демонстративно провел плоской стороной лезвия по ключице девушки. Тем не менее, рука, придерживающая корпус, чуть ослабила хватку: иначе ей было не дотянуться до подола. Айви кожей почувствовала эту слабину. Только бы получилось, только бы получилось… Медленно, почти манерно, она приподняла юбку с левой стороны, якобы чтобы достать монеты. Айви молилась всем богам, чтобы опасный незнакомец отвлекся на вид ее молочно-белого округлого бедра и не заметил ничего подозрительного. Пальцы девушки сомкнулись на рукояти небольшого ножа, который она предусмотрительно сунула в подвязку перед началом путешествия. Дальше все произошло само: то ли тело вспомнило уроки Роуэна, то ли страх обострил ее реакцию. Айви резко крутанулась на пятках, развернувшись к грабителю лицом. В следующий миг ее собственный нож уже упирался ему в шею — туда, где под бледной кожей должна была биться жилка. — Какого… — выдохнул он, и в его глазах мелькнуло что-то растерянное. Айви слышала собственное дыхание: рваное, оглушительно громкое в наступившей тишине. Сердце колотилось где-то в горле. Лезвие в руке мелко подрагивало, и она усилием воли заставила его остановиться. И лишь тогда ей удалось по-настоящему его разглядеть. Грабитель был эльфом, причем явно не из тех, кого можно встретить в лесу за Берегостом. Бледная кожа, мягкие завитки белокурых волос, точеный нос, губы изогнутые так, будто даже угроза у него выходила похожей на флирт. И глаза… Айви могла поклясться, что они алые как вино. Это был тот самый тип красоты, который обычно предвещал сплошные неприятности. Тут ключицу резко кольнуло. Девушка не стала отводить взгляд, но почувствовала как пара капель крови поползла к вырезу блузки. Все-таки порезал, гаденыш. Не успела вывернуться чисто. — Золото? — она вскинула подбородок, надеясь, что голос прозвучит увереннее, чем ощущалось внутри. — Да твой дублет стоит дороже, чем я зарабатываю за месяц! Из кареты что ли выпал, хлыщ? — Айви прижала лезвие к шее эльфа в отместку за царапину. — Кинжал убери, пока я тебе сама кровь не пустила. — Ха-ха, очень смешно. Все бардовские шутки такие уморительные? Если я продам дублет, то останусь полуголым, идиотка, — огрызнулся эльф, не отводя лезвие. — У тебя кишка тонка на угрозы. Давай ты отдашь мне кошель, я скажу, что ты лапочка и мы мирно разойдемся, ладно? — он самоуверенно ухмыльнулся. Айви, которая пыталась незаметно просчитать пути отступления, шаркнула ногой в придорожной пыли и, для верности, чуть надавила на лезвие, отчего у эльфа на секунду дрогнула ухмылка. — Кажется, у нас тут патовая ситуация, милая. Что ж, не хочешь по-хорошему, будет по-плохому, — процедил он и рискованным движением перехватил ее запястье, выбивая из руки нож. Айви, недолго думая, зачерпнула второй рукой горсть песка в кармане и швырнула прямиком в эту нахальную физиономию. Он закашлялся, отшатнулся и принялся протирать глаза: — Ах ты, рыжая дрянь! — голос эльфа комично сорвался на фальцет. Бросив нож и не тратя времени на размышления, Айви пустилась наутек в лес. Вряд ли эльф погонится за ней, куда проще дождаться следующую жертву на тракте. Легкие жгло, адреналин пульсировал в висках, а тонкая, едва заметная струйка крови с шеи стекала на ключицу. Но стоило ей остановиться, сдув непокорную рыжую прядь со лба, как послышался хруст веток и звонкое: — Ну ничего, сейчас я тебя достану и… Остаток фразы она предпочла пропустить, снова рванув в лесную чащу. Трава под ногами ощущалась мокрой и скользкой после недавнего дождя, а могучие дубы почти закрывали кронами небо. Пробежав еще немного, Айви с ужасом поняла, что шаги за спиной приближались слишком быстро, слишком уверенно для того, кто продирался через лес. Он явно сокращал расстояние. — Да чего этот гаденыш ко мне прицепился?! — Айви мысленно выругалась и, оценив свои резко уменьшающиеся шансы на побег, решила спрятаться на дереве. Благо, могучих, ветвистых дубов по всей округе было хоть жоп… то есть, хоть отбавляй. Она схватилась за ветку, подтянулась, затем еще и еще. Мышцы ужасно болели с непривычки, но сейчас Айви постаралась задвинуть эту боль в самый дальний уголок сознания. Выше, еще выше… Сцепив зубы, Айви лишь прошипела, когда кора порвала блузку и ободрала кожу на плече. В конце концов ей удалось забраться достаточно высоко. Неловко примостившись на вилке относительно устойчивой ветки (и выплюнув пару листьев по пути), девушка взглянула вниз. Ее едва не замутило, когда она поняла, что находится на высоте не менее шести метров. Не хватало только блевануть прямо на землю, чтобы уж точно раскрыть свое местоположение. Нервно сглотнув, Айви притаилась в гуще листвы. Не прошло и пяти минут, как на поляне показался его силуэт. Белокурые кудри растрепались, дублет на рукаве был порван, а глаза явно покраснели от попавшего в них песка (ладно, последнее Айви злорадно додумала, но ей очень хотелось, чтобы это оказалось правдой). Эльф рванул мимо дуба, на котором притаилась девушка. Она облегченно выдохнула, и в тот же миг шаги внизу замерли. Да твою ж... Айви беззвучно чертыхнулась и прижалась к ветке. Как назло, еще и ветер сменился, из-за чего она чуть не подавилась прядью своих же волос, оказавшихся во рту. — Дорогуша, ты так сладко пахнешь. Будто кровь и шоколад, — на его бледном лице начала расцветать ухмылка. — Ну и еще пот после бега… но это уже не так поэтично. Он обернулся и сделал несколько медленных, уверенных шагов в сторону дуба. — Видишь ли, я тебя чую. Решила уподобиться белкам? — эльф с самодовольным видом оперся спиной на ствол дерева, притворяясь будто вычищает песок из-под ногтей. Пока Айви лихорадочно соображала, стоит ли ей на свой страх и риск спрыгнуть с ветки или лучше начать с плевка паршивцу прямо в его драгоценные кудри, тот задрал голову и усмехнулся. — Прыгать собралась? Давай, милая, я жду, — с демонстративной ленцой протянул эльф. — Одно неверное движение, и полетишь кувырком прямо на землю. Но не переживай, я поймаю твой кошель. Удобно, правда? — Катись к чертям, белобрысый! — огрызнулась Айви прежде чем подумала, стоит ли подавать голос. Внизу хмыкнули. — Ранила в самое сердце! Спускайся, спокойно поболтаем. Мы ведь оба понимаем, что далеко тебе не убежать, так что… — Угу, и ты спокойно меня прирежешь. Нет уж, я тут посижу. И вообще, чего привязался? Давно бы уже нашел, кого ограбить, вместо того, чтобы гоняться за мной по лесу как чертов псих! — Айви попыталась устроить свою пятую точку на ветке поудобнее (впрочем, безуспешно). — Милая моя, во-первых, у тебя конечности через час затекут, и ты свалишься вниз как перезрелый желудь, — в его голосе прорезалась насмешка. — А во-вторых… не каждый день, знаешь ли, джентльмен вроде меня получает песком в глаза. Догнать тебя было делом принципа. — Да уж, благородный джентльмен, из тех, что вымогают деньги на тракте. Джентльмен удачи, я бы даже сказала. — с сарказмом пробурчала Айви в ответ. Мышцы начинали ныть, а ободранное плечо горело так, что хотелось скулить. К счастью, эльф явно не собирался карабкаться следом: то ли ветка не выдержала бы двоих, то ли его драгоценный дублет не пережил бы такого надругательства. Спустя некоторое время внизу что-то зашуршало. Айви опасливо выглянула из листвы. Он… разводил костер: сложил сухие ветки шалашиком, чиркнул кресалом. Снятый дублет аккуратно висел на одной из нижних ветвей — чтобы не запачкать, надо полагать (хотя рукав и так был распорот после недавней погони). Оставшись в одной тонкой белой рубашке, эльф разложил у подножия дуба сумку и уселся на нее. Айви не верила своим глазам. Он что, всерьез? — Эй, белобрысый? Нечего тут привалы устраивать. Говорю же, я не слезу! — не выдержала она. — Хватит называть меня белобрысым, дорогуша, — Айви почти услышала, как эльф раздраженно закатил глаза. — У меня есть имя вообще-то. Астарион. И да, если ты собираешься сидеть на ветке до рассвета, я не намерен мерзнуть. К тому же, костер хорошо отпугивает волков. — Волков?! — в ее голосе послышалась дрожь, что явно позабавило эльфа: — О, в этих лесах их полным-полно. И волки, в отличие от меня, не очень разборчивы в еде. Так что, не благодари. Согнув одну ногу в колене, Астарион откинулся спиной к стволу дуба. Он достал из-за пояса небольшую фляжку, понюхал содержимое, скривился и, сделав несколько глотков, убрал обратно. Айви наблюдала за ним сквозь листву, чувствуя, как у нее медленно, но верно затекает спина. — Знаешь, — лениво произнес он, глядя в огонь, — обычно после угрозы ножом люди ведут себя предсказуемо: хнычут и отдают кошели. Ты же решила устроить акробатический номер, покушение на мое зрение и ночевку на дереве. Астарион поднял взгляд к листве, его глаза блеснули алым в свете костра. — Признаю, вечер стал… интереснее. — Рада, что смогла разбавить твою преступную рутину — Айви бросила в него желудь, но промахнулась. — Ах, да… Астарион. Простите, ваше сиятельство. Он в ответ совсем не аристократично фыркнул и подкинул в костер пару веток. Минуту-другую они молчали. Костер потрескивал, где-то вдалеке ухнула сова… ну а Айви почти сходила с ума от злости, осознав с кристальной ясностью, что Астарион и впрямь намерен караулить ее всю ночь. — И все же, дорогуша, — лениво протянул он, не поднимая взгляда от огня, — что бардесса с приличной лютней забыла одна на тракте у Берегоста? Думается мне, здешние места не славятся гостеприимством. — Тебе-то что? — огрызнулась Айви. — Какая колючая. Хорошо, попробую угадать сам. — он закинул руки за голову, привалившись к дереву. — Куда у нас обычно бредут молодые наивные барды, когда им становится тесно в родной деревне? Либо в Невервинтер, либо во Врата Балдура. Невервинтер далеко, а это значит, что остаются только Врата Балдура, где ты непременно должна стать знаменитой. Я прав? — кривая ухмылка слегка исказила черты его лица. — Может, я просто гуляла. — Айви вздернула подбородок и тут же ойкнула, когда коса зацепилась за ветку. Астарион проследил за ней взглядом, и Айви впервые заметила усталость за дерзким фасадом. — Значит, все-таки во Врата Балдура, — сказал он уже тише. — Чудесное направление. Грязь, крысы, благородные господа с гнилыми улыбками… и переулки, в которых люди исчезают быстрее, чем монеты из чужого кошеля. — Звучит так, будто ты говоришь по собственному опыту. — Я? — в свете костра его глаза блеснули красным. — Дорогуша, я просто очень начитанный. — Конечно. А я королева Кормира. — Если уж ты так туда стремишься, — после долгого молчания произнес Астарион, и в его голосе прорезалось что-то горькое, — то выбери другой день. А лучше — другое столетие. Во Вратах Балдура небезопасно для наивных бардов. — Какая забота от того, кто только что пытался меня ограбить. — Айви фыркнула. — Но, увы, отложить свой визит я не могу: ищу брата. Он отправился сопровождать торговый караван до Врат Балдура, да так и не вернулся. Уже две недели прошло. На несколько ударов сердца воцарилось неловкое молчание. Затем Астарион нарочито потянулся: — Как трогательно. Семейная преданность, отчаянное путешествие в одиночку… Не хватает только заунывной баллады, чтобы окончательно испортить вечер. — Ну, лютня у меня при себе, так что... — Айви постаралась ухмыльнуться, но вышло натянуто. — Умоляю, не надо. Мне и так сегодня прилично досталось — он произнес это почти шутливо и снова приложился к фляжке — на этот раз без брезгливой гримасы, скорее устало. — А что насчет тебя? — подала голос Айви. — Что такой хлыщ в дорогом дублете забыл на тракте в глуши? Парикмахера искал? Астарион улыбнулся, да только веселья в этой улыбке было мало. — Скажем так: совокупность случайных обстоятельств и дурных решений. Но я не жалуюсь. — Это не ответ. — Как проницательно. А ты не так бесполезна, как кажешься с первого взгляда. — А ты ровно настолько неприятен, как кажешься. — О, милая, ты и половины еще не видела, — Астарион усмехнулся, но без огонька. Он закинул еще несколько веток в костер и прикрыл глаза. — Эй, — снова позвала Айви, нарушив тишину. — Ты что, спать собрался? — Эльфы не спят, — пробормотал Астарион, не открывая глаз. — Мы впадаем в транс. Очень, очень чуткий транс, так что не думай, будто у тебя получится сбежать, белочка. — Я не белочка, я Айви, придурок, — она с трудом удержалась от желания запустить в него еще один желудь. — Ты буквально сидишь на дереве и швыряешься в дост…— зевок —… достойных представителей общества желудями. Как белка. — пробормотал он. Айви открыла было рот, чтобы ответить чем-нибудь хлестким, но как назло ничего не пришло в голову. Снизу послышался ленивый смешок: Астарион явно услышал ее заминку и решил, что выиграл. Минуты тянулись медленно и тягуче, а костер тихо потрескивал. Вскоре дыхание Астариона стало ровнее, рука соскользнула с груди: похоже, он действительно задремал. Айви ждала, считая про себя удары сердца, которые в висках стучали так громко, что, казалось, будто их слышно на всю поляну. Спит. Он действительно спит. Ну или впал в транс, не так уж и важно. Айви облизнула пересохшие губы. План, который начал формироваться у нее в голове, вышел настолько глупым, что в любой другой ситуации она бы сама себе за такое отвесила пощечину. Но Роуэн, ее брат, всегда говорил: кто не рискует, тот толком и не живет. И где теперь Роуэн? — внутренний голос был безжалостен. Девушка сделала несколько глубоких вдохов и начала спускаться. Первая ветка далась легко: Айви аккуратно перенесла вес, проверила опору, и только потом переместила руку. На второй кора предательски осыпалась, и пара кусочков полетела вниз, в темноту. Она замерла, прижавшись к стволу, и прислушалась, но внизу царила тишина. Третья ветка. Четвертая. Плечо горело так, что хотелось взвыть, но Айви только сильнее стиснула зубы. На пятой она едва не сорвалась: нога соскользнула с рыхлой коры, а где-то под ребрами екнуло так, что замутило. Несколько секунд пришлось висеть на руках, пытаясь не разрыдаться от ужаса. Внизу эльф чуть пошевелился и повернул голову. Айви застыла, моля сразу всех известных ей богов о милости. Он снова замер. Не проснулся. Боги, он не проснулся. Когда ее ноги наконец коснулись травы, Айви едва не упала. Ее колени дрожали, а плечо ужасно ныло. Самым разумным сейчас было бы пуститься наутек. В лес, в темноту, куда угодно, лишь бы подальше отсюда. Но вместо этого она бесшумно шагнула в сторону спящего эльфа. Что ты делаешь, дура? Она подошла к дублету Астариона, висящему на ветке, но кошеля там не обнаружила. Нервно выдохнув, Айви опустилась на корточки рядом со спящим: он хмурился, будто видел дурной сон. Кошель висел у него на поясе — небольшой, кожаный и полупустой. Айви очень осторожно потянула за ремешок, ослабляя узел. Астарион не пошевелился. Его неприлично длинные для мужчины ресницы затрепетали, а черты лица на мгновение показались чуть мягче. Красивый... даже жаль, что такой паршивец. Узел поддался, и она ловко выудила из кошеля три золотых монеты, оставив остальное. Одну за то, что приставил кинжал к горлу, вторую за то, что вынудил залезть на дерево, а третью — за моральный ущерб. Медленно, стараясь не издавать ни звука, Айви выпрямилась и сделала первый шаг в сторону тракта. Затем второй, третий и, когда между ней и костром оказалось достаточно деревьев, девушка побежала. Бежала, пока легкие не начало жечь, пока в боку не закололо так, что она согнулась пополам у какого-то поваленного дерева, тяжело дыша. Только тогда Айви позволила себе остановиться. Она спрятала монеты в карман юбки — туда же, где раньше лежал песок — и устало поплелась в сторону тракта. Ей не давали покоя мысли об этом странном грабителе. Слишком чужеродный в местной глуши, слишком богатый дублет, слишком бледная кожа. Айви тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли. Ей предстоял долгий путь к Вратам Балдура, чтобы отыскать брата. А эльф… что ж, он остался позади. Так ведь?