Трещина

12 июня 2014 год Яркое итальянское солнце освещало столовую в поместье Забини, но атмосфера за столом уже была накалена до предела, не смотря на то что до полудня было ещё далеко. Запах свежесваренного кофе, тостов и свежевыжатого апельсинового сока давал чувство уюта и хорошего начала дня, но был ли этот день хорошим для хозяина поместья? Блейз сидел во главе стола, сжимая в руке утренний выпуск газеты, но взгляд его был прикован к жене. Джинни, уже одетая в дорожную мантию, стремительно бросала в бездонную спортивную сумку свои вещи: защитные щитки и флаконы с восстанавливающими зельями, форму. — Джинни, остановись на секунду, — тихо, сдерживая рокочущие нотки в голосе, попросил Блейз. — Ты хочешь сказать, что отправляешься в Уэльс прямо сейчас? На благотворительный матч «Холихедских Гарпий»? И ты вспомнила об этом только за завтраком? — Блейз, меня попросили в последний момент, Гвен травмировала плечо! — Джинни даже не повернулась, застегивая ремни на сумке. — Это важная игра. Все сборы пойдут на восстановление больницы Святого Мунго. Я не могла отказать. — У наших детей каникулы, Джинни, — Блейз поднялся со своего места. Высокий, широкоплечий, в белой рубашке, он подошел к ней вплотную. В его темных глазах, обычно холодных и ироничных для всего остального мира, сейчас плескалась отчаянная мольба. — У двойняшек завтра день рождения. Роза и Леон не видели тебя месяц. У нас в гостях Аврора, это плюс еще один подросток на мою голову и... ты сама, к слову обещала Гермионе, присмотреть за ней. Драко с Гермионой улетели на этот чертов международный конгресс в Париж. А у меня на носу громкий судебный процесс в Визенгамоте, я сам по уши в работе! Прошу тебя, не уезжай сейчас. Останься. Мне нужна твоя помощь. Нам всем нужно твое присутствие. Блейз аккуратно перехватил её за запястье, заставляя остановиться, и мягко развернул к себе. Его взгляд, полный надежды, смягчил резкие черты его лица. Он наклонился и нежно, с затаенной надеждой поцеловал её в губы, шепча прямо в приоткрытый рот: — Останься, Cara. Я вернусь пораньше. Вечером сделаю тебе массаж, сниму все это напряжение… Пожалуйста, Джин. В этот момент тяжелые двери столовой с грохотом распахнулись. — Мерлин, ну сколько можно, опять вы целуетесь? — Лео театрально закатил карие как и у отца глаза, проходя к столу. — Нам скоро по четырнадцать, а мы всё еще должны наблюдать эти нежности за завтраком, это отвратительно, — фыркнула Роза, на ходу завязывая рыжие как у матери волосы в хвост и усаживаясь на стул. Следом за двойняшками Забини в комнату вошла пятнадцатилетняя Аврора Малфой. На ней были простые льняные шорты и свободная футболка. Аврора была высокой для своего возраста, угловатой и унаследовала буйные темные кудри матери, тонкие черты лица и умные серые глаза Драко. В отличии от Лео и Розы, Аврора смотрела на эту семейную сцену с жадным любопытством. Своими холодными серыми глазами из-под облака каштановых кудрей она сканировала эту пару. Для Авроры они были воплощением какой-то другой, непривычной ей стихии. Джинни — яркая, спортивная, подтянутая, с веснушками на светлой коже, от которой всегда пахло ветром и мастикой для метел и Блейз — холеный, смуглый, магнетически красивый мужчина с белозубой улыбкой и хищной грацией. Больше всего Аврору зацепило то, как этот взрослый мужчина смотрел на свою жену. Девушка уловила этот нежный трепет в его взгляде, когда он целовал Джинни. В доме Малфоев отношения родителей были прочными, но куда более сдержанными. Драко и Гермиона со стороны всегда выглядели иначе, девочка не сомневалась, что родители любят друг друга, но их страсть проявлялась иначе, они спорили о работе и книгах… а здесь… здесь сыпались искры. Аврора поймала себя на странном любопытстве: каково это, когда мужчина смотрит на тебя так? Джинни, однако, нежность мужа не оценила. Она мягко, но решительно отстранилась от Блейза, поправляя воротник своей мантии. — Забини, прекрати, дети смотрят, — отрезала Джинни, и в её голосе проскочило раздражение. — Ты прекрасно знал, на ком женишься. Ты знал, что я в первую очередь игрок, а уже потом — жена. Квиддич, это моя жизнь, Блейз. И мне нужно в Уэльс. Блейз на секунду замер. Его глаз едва заметно дернулся, но он справился с эмоциями быстрее, чем Аврора успела это заметить. Он лишь горько, едва уловимо улыбнулся и нежно погладил Джинни по руке, отпуская её пальцы. — Ладно, бестия, — тихо сказал он, убирая руки в карманы брюк. — Лети. Джинни коротко поцеловала детей в макушки, махнула рукой Авроре и стремительно вышла из столовой. Блейз постоял секунду спиной к столу, глубоко вздохнул, расправляя плечи, а затем повернулся к подросткам. На его лице снова была привычная, легкая ироничная полуулыбка. Взгляд его скользнул по детям и на мгновение задерживался на Авроре, чьи каштановые кудри сегодня казались особенно взъерошенными, чем она сильно напомнила ему Гермиону в школьные годы. — Ну что, молодежь? — спросил Блейз, потянувшись к кофейнику. — Мать покинула наше гнездо ради спортивной славы. Чем хотите заняться сегодня, пока я не ушел на процесс? Квиддич в саду, бассейн? Аврора и Роза тут же заговорчески переглянулись. Очевидно Лео ждал не простой день. Пока дети ели и обсуждали планы, Блейз надел очки и принялся изучать бумаги по делу, которое сейчас вела его юридическая фирма. Ближе к вечеру, когда Лео наконец сбежал в свою комнату, устав от девчонок, Роза и Аврора устроились на широком подоконнике в большой гостиной. Роза крутила в руках свою палочку, болтая ногами и лениво трасфигурировала вазу в цветок и обратно. — Слушай, Ави, мы завтра можем устроить пикник, — предложила Роза. — Папа обещал оставить распоряжения домовику по поводу торта, если вернется поздно из Министерства… Она осеклась, заметив, что подруга её совершенно не слушает. Аврора сидела, обняв колени, и задумчиво смотрела в открытое окно, туда, где на подъездной дорожке только что прозвучал хлопок аппартации. Это Блейз вернулся с судебного заседания. Он шел к дому, на ходу ослабляя узел галстука, усталый, но по-прежнему безупречный. — Аврора? — Роза помахала ладонью перед её лицом. — Ты какая-то странная сегодня. О чем ты думаешь? Тебе скучно у нас? Аврора вздрогнула, резко отводя взгляд от окна, чувствуя, как к щекам приливает жар. Ей стало невыносимо страшно от собственной внимательности к чужому отцу. — Нет, что ты, Рози, всё отлично, — поспешно соврала она, натягивая улыбку. — Просто… задумалась о Париже. Родители скоро вернутся, опять начнутся их бесконечные разговоры о политике и наставления по поводу учебы и дисциплины. Я просто наслаждаюсь тишиной вашего дома. — Ну ладно, — легковерная Роза тут же переключилась обратно на свои попытки трасфигурировать вазу, совершенно не подозревая, что под «тишиной их дома» Аврора имела в виду только одного человека. Сама Аврора прижала ладони к горящим щекам, испуганно думая: «Что со мной такое? Он же папин друг. Он взрослый. Это глупо, это просто глупо…» 13 июня 2015 год Пятнадцатый день рождения двойняшек Забини. Вокруг бассейна царил хаос. Джинни устроила для двойняшек барбекю у бассейна пригласив семейства Малфоев и Ноттов. Гермиона, Пэнси и Джинни ушли в тень беседки пить коктейли. Драко о чем-то спорил по телефону с кем-то из министерства. Он сдался под напором Гермионы и купил себе смартфон и теперь, он оценил и то как удобно было делать разнос сотрудникам, и то что даже на праздниках ему не было покоя. Тео поддался на уговоры Лео, Кассиуса и Розы полетать. Кассиус их единственный с Пэнси сын был одного возраста с Авророй. Блейз сидел под навесом у воды с планшетом, просматривая контракт по международному праву. Шестнадцатилетняя Аврора Малфой вынырнула из бассейна, отбрасывая мокрые каштановые кудри назад. Она с детства привыкла, что дядя Блейз всегда был самым внимательным взрослым — он всегда выслушивал её, когда Драко и Гермиона пропадали на министерских брифингах. Но в последние полгода в её голове что-то щелкнуло: подростковое восхищение «умным и крутым другом папы» превратилось в отчаянное желание доказать, что она уже взрослая и её нужно воспринимать всерьез. Аврора подошла к его шезлонгу, нарочито расправив плечи и выпячивая грудь, она плюхнулась на соседний шезлонг. — Блейз, ты так весь праздник пропустишь за своими документами, — заявила она, заглядывая в его экран. В её голосе сквозила типично малфоевская капризная интонация, смешанная с гриффиндорским напором. — Намажь мне спину кремом от загара, а то я сгорю и мама опять устроит лекцию о технике безопасности. Блейз даже взгляда от экрана не поднял, протягивая руку вправо, где на столике стоял флакон. — Повернись, Аврора. Если Гермиона устроит лекцию, я этого не выдержу. Она уселась спиной к нему, затаив дыхание. Блейз абсолютно буднично выдавил крем на ладони и быстрыми, точными движениями человека, который привык делать параллельно три дела, распределил его по её лопаткам. Никакой заминки, никакого изменения в дыхании или дрожи, для него это было, примерно так же, как обработать царапину своей дочке. Аврора закусила губу, понимая, что её план «быть роковой женщиной» терпит крах. Она резко развернулась к нему, подтянув колени к подбородку, и посмотрела на него из-под мокрых, темных ресниц: — А вот если бы я решила сбежать из дома и, например, пойти работать к тебе в фирму секретаршей, ты бы меня взял? Или я слишком… отвлекающий фактор? Блейз наконец оторвался от экрана, посмотрел на неё сверху вниз через свои очки и искренне рассмеялся, решив, что это очередная шутка подростка. — Малфой, во-первых, твоя мать сотрет мою фирму в порошок в ту же секунду. Во-вторых, ты делаешь орфографические ошибки в эссе по трансфигурации, какая из тебя секретарша? И вообще, иди поешь, пока все свежее и горячее. Он легко щелкнул её по носу кончиком пальца, и снова уткнулся в контракт. Аврора фыркнула, оскорбленная в своих лучших чувствах, поднялась и с вызовом прыгнула обратно в бассейн, подняв огромную тучу брызг прямо на его шезлонг. Блейз лишь вздохнул, привычно очистив экран заклинанием, совершенно не подозревая, что столкнулся с детским, неумелым флиртом и что это ещё не конец. 17 апреля 2016 года На семнадцатилетие Авроры Малфой в поместье собрался весь магический бомонд Лондона. Гермиона, которая к этому времени уже заняла кресло Министра магии, сияла, Драко принимал поздравления гостей, а сама именинница выглядела идеально в длинном шелковом платье глубокого синего цвета. Блейз приехал один. Джинни снова задержалась на сборах и обещала появиться только к выносу торта. На правах крестного, Блейз приготовил для Авроры особенный подарок. Он нашел именинницу в малой гостиной, куда она на секунду сбежала от удушающего внимания министерских чиновников. Она стояла у высокого зеркала, поправляя прическу. — Семнадцать лет, Аврора. Официально взрослая ведьма, — Блейз мягко улыбнулся, подходя со спины. — Твой крестный не мог прийти с пустыми руками. Он протянул ей бархатный футляр. Внутри на шелке покоилось изящное колье из белого золота с редкими каплями чистейших сапфиров, тонкая, дорогая работа ювелиров Косой аллеи, идеально подходящая к её платью. И хоть Блейз был не единственным, кто в этот день подарил ей украшение, только его подарок, ей захотелось надеть немедленно. Аврора повернулась и в её глазах вспыхнул знакомый Блейзу упрямый, малфоевский огонек. За этот год она сильно изменилась, детская угловатость ушла, уступив место настоящей женской грации. И её взгляд, устремленный на него, больше не был взглядом подростка. — Оно прекрасно, Блейз, — тихо сказала она, проводя пальцами по камням. Ее глаза были прикованы к его лицу. — Надень его на меня. Сам. Блейз на секунду замешкался. — Аврора, там в зале Драко, он с удовольствием… — начал было Блейз, пытаясь перевести всё в привычное русло семейных обязанностей. — Я хочу, чтобы это сделал ты, — перебила она его, сделав шаг навстречу и протягивая ему колье. — Ты мой крестный. Ты подарил. Ты и надень. Блейз вздохнул, мысленно выругав себя за излишнюю подозрительность. «Это просто каприз именинницы», — подумал он, забирая прохладный металл из её теплых пальцев. Она послушно повернулась к нему спиной и приподняла тяжелые каштановые волосы, открывая изящную, бледную линию шеи и плечи. Блейз сделал шаг вперед. Он аккуратно завел руки вокруг её шеи, пытаясь застегнуть крошечный замок. В этот момент Аврора едва заметно откинулась назад, коснувшись лопатками его груди. Блейз почувствовал запах её волос и парфюма. Его пальцы на секунду замерли на нежной коже. Он ощутил, как участилось её дыхание. Внутри у Блейза, взрослого, тридцатишестилетнего мужчины, чей брак трещал по швам, впервые закралось странное, смутное и очень опасное предчувствие. Он быстро защелкнул замок и тут же отступил на два шага назад, разрывая дистанцию. — Готово, — его голос прозвучал чуть суше, чем обычно. — Тебе очень идет. Идем в зал, Гермиона, кажется, собиралась произносить тост. Аврора повернулась к зеркалу, коснулась пальцами сапфиров на шее и посмотрела на отражение Блейза выходящего из комнаты. Она улыбалась, девушка заметила его минутную заминку. Она поняла, что ему было не все равно... 17 апреля 2016 года Поздняя ночь в поместье Забини. Блейз сидел в своем кабинете за полночь вычитывая скучнейший иск по нарушению патентного права на зелья. Джинни, как обычно, не было, она так и не явилась на день рождения Авроры и Блейзу пришлось долго извиняться перед Гермионой, которая очень ждала подругу. Дома стояла оглушительная тишина, нарушаемая только тиканьем старинных напольных часов. Двойняшки уже давно спали. Короткие весенние каникулы заканчивались и завтра они уедут в Хогвартс. Вдруг на рабочем столе завибрировал мобильный телефон. Блейз, думая, что это Драко запрашивает правки к проекту Гермионы, он не глядя провел пальцем по экрану. Короткий взгляд и у Блейза буквально перехватило дыхание. На снимке была Аврора. Отражение в полный рост в зеркале ванной. На ней не было абсолютно ничего, кроме сапфирового колье, которое он сам застегнул на её шее сегодня днем. Темные камни холодно поблескивали на нежной, девичей коже. Подпись внизу гласила: «Блейз, никак не могу подобрать к нему белье. Что посоветуешь?» Забини отшвырнул телефон на стол. Сердце заколотилось где-то в горле. Он закрыл лицо руками, чувствуя, как к ушам приливает краска стыда и дикого ужаса. В голове набатом стучали мысли, сменяя друг друга с пугающей скоростью. «Малфой. Дочь Драко. Драко, с которым мы делили одну спальню в Хогвартсе семь лет. С которым мы дружили с детства. Гермиона… Мерлин, Гермиона, Министр магии». Перед глазами Блейза, как в безумном калейдоскопе, поплыли воспоминания. Он вспомнил, как семнадцать лет назад Драко, бледный и трясущийся от счастья, впервые вынес крошечный сверток из палаты святого Мунго чтобы показать ему и Тео свою дочку. Блейз вспомнил, как сам качал девчушку на руках, когда у нее резались зубы, а молодые родители в очередной раз, просто обязаны были присутствовать на заседании в министерстве. Вспомнил, как однажды, когда они отдыхали семьями на юге Франции, Джинни и Гермиона ушли на пляж, а Блейз, чертыхаясь, менял этой девочке подгузник. Она росла на его глазах. Таскала конфеты и печенье вместе с его двойняшками, спала на диване в его гостиной после рождественских праздников в обнимку с его дочкой, завернувшись в огромный плед. Блейз открыл глаза и снова посмотрел на светящийся экран. И это было самым страшным. Несмотря на весь ужас, несмотря на то, что всё его воспитание и жизненный опыт кричали о табу, он не мог заставить себя не смотреть. Та маленькая девочка, которой он читал сказки про барда Бидля, исчезла. Пальцы Блейза зависли над экраном. Ему хотелось написать: «Ты с ума сошла? Я все расскажу твоему отцу!» — но он понимал, что если Драко узнает, он просто оторвет дочке голову и ему за одно. Ему хотелось написать что-то жесткое, но внутри всё предательски горело от осознания, что этот запретный плод сам падает ему в руки. Вместо ответа Блейз просто перевернул телефон экраном вниз, погасив свет в кабинете. Он остался сидеть в темноте, напрочь забыв про свои юридические свитки. 18 апреля 2016 года Семья Малфоев завтракала в малой столовой своего поместья. Солнечный свет заливал комнату, но Аврора едва притрагивалась к своей овсянке, невидящим взглядом уставившись в тарелку. Внутри неё бушевал настоящий ураган эмоций. — …Блейз вчера превзошел сам себя, — произнесла Гермиона, делая глоток чая. Она перевела взгляд на дочь, на чьей шее по-прежнему поблескивало сапфировое колье. — Как крестный он, конечно, балует нашу девочку. Это колье… Блейз подарил слишком дорогой подарок, Драко. Мне даже неловко. Драко лишь лениво пожал плечами, даже не оторвавшись от утреннего отчета аврората. — Для Блейза это пустяк, Гермиона. Его фирма только что выиграла процесс против гоблинов, там баснословные премиальные. К тому же, это подарок, достойный дочки Малфоев. Пусть носит. Слова отца ударили Аврору под дых. Каждое слово отзывалось в голове набатом. Она сидела, сжимая под столом кулаки так, что ногти впивались в ладони, а в ушах стоял глухой шум. Внутренний голос просто кричал от паники. «Мерлин… Салазар… Зачем я отправила это фото?! Какая же я дура, какая дура! Что со мной вообще такое?!» Паника ледяной волной затапливала разум. Ей казалось, что прямо сейчас, Блейз перешлёт этот снимок её отцу, и Драко прямо здесь, за этим столом, уничтожит её одним взглядом. Аврора вспомнила, как ночью, поддавшись безумному, пьянящему импульсу взрослости, допила спрятаную от родиелей бутылку шампанского, которую они украли с Розой и Лео на кухне, заперлась в ванной, скинула платье и сделала этот проклятый снимок. Тогда это казалось дерзким, взрослым шагом. Сейчас, при свете дня, перед лицом ничего не подозревающих родителей, это выглядело как катастрофа. «Он возненавидит меня. Или покажет папе. Я разрушила всё. Нельзя было, нельзя…» — Аврора судорожно сглотнула, чувствуя, как к горлу подступает тошнота. Ей хотелось немедленно аппарировать на край света, лишь бы не думать о том, что сейчас делает Блейз Забини с её вчерашним сообщением.