Глава 3 Сеул

      Я ненавидела самолёты. Нет, не так. Ненавидела момент взлета - те несколько секунд, когда огромная металлическая машина отрывается от земли, а внутри все неприятно проваливается вниз вместе с сердцем.       Я сидела у окна, крепко сжав подлокотники, и пыталась дышать спокойно. Получалось плохо. За стеклом медленно исчезала Москва. Огни города становились все меньше. Как будто моя прежняя жизнь постепенно растворялась где то далеко внизу. "Я все ещё могу попросить развернуть самолет". Мысль была настолько абсурдной, что нервно усмехнулась себе под нос.       Елена сидела рядом и листала что то в планшете. Спокойная. Собранная. Только пальцы иногда чуть сильнее сжимал ручку. Будто внутри неё тоже все было натянуть до предела. -Ты бледная, - заметила женщина, не отрывая взгляда от экрана. -Я всегда бледная. -Нет.Сейчас как призрак. -Спасибо, очень поддерживает. Елена тихо улыбнулась.       Я отвернулась к окну. Мне все ещё казалось, что это ошибка. Огромная. Ненормальная. Но самолет уже летел над облаками, а значит пути назад становилось все меньше. Первые несколько часов полёта прошли в тишине. Пыталась смотреть фильмы, слушать музыку, даже спать, но мысли все равно возвращались к одному и тому же. "Что если я не справлюсь?". Я никогда не была актрисой. Да, танцы. Да, язык. Да, внешнее сходство. Но этого ведь недостаточно. Люди четыре года ждали возвращения Юнхо. Фанаты знали каждую его привычку. Каждый взгляд. Каждую улыбку. Что если меня раскрою сразу? Что если я все испорчу? Медленно прикрыла глаза. В груди поселились неприятное тяжёлое чувство. Страх. Настоящий. -Ты можешь отказаться даже после приезда, - неожиданно сказала Елена.       Повернула голову. Женщина впервые за весь день выглядела действительно уставшей. Без маски спокойствия. Без холодной собранности. Просто матерью. -Почему вы все время это повторяете? Елена несколько секунд молчала. - Потому что однажды мой сын не смог отказаться.       Эти слова ударили неожиданно сильно. Опустила взгляд. Я вдруг представила тринадцатилетнего мальчика, стоящего перед взрослыми людьми, камерами, контактами и чужими ожиданиям. Наверное,ему было страшно. Очень. Но кто в таком возрасте вообще умеет говорить "нет"?       Сеул встретил меня светом. Огромным. Ослепительным. Даже ночью город казался живым существо, которое никогда не засыпает. Высотки. Неоновые вывески. Реклама айдолов буквально на каждом шагу.       Молча смотрела в окно машины, пока мы ехали из аэропорта. Мне казалось, будто я попала внутрь дорамы. Только без романтики. И без красивой музыки на фоне. На душе было слишком тревожно. -Завтра начнутся тренировки, - спокойно сказал Минск, сидевший впереди. - График будет тяжёлым. -Насколько тяжёлым? Мужчина посмотрел на меня через зеркало заднего вида. -Очень.       Общежитие компании оказалось неожиданно роскошным. Не таким, как я представляла. Слишком чистым. Слишком дорогим. Слишком... чужим. Моя комната была больше всей квартиры в Москве.       Медленно поставила чемодан возле кровати. Тишана давила. Подошла к огромному окну. Внизу мерцал ночной Сеул. Красивый. Почти нереально красивый. Но почему то именно сейчас мне впервые захотелось домой. Туда, где все было понятным. Пусть тяжёлым. Пусть бедным. Но своим.       Телефон тихо завибрировал. Сообщение от Минсока."Завтра в 6:00 тренировка. Не опаздывай". Уставилась на экран. Потом на часы. 01:17. -Вы издеваетесь... - тихо пробормотала я. В 5:40 утра мне уже хотелось умереть. -Почему люди добровольно становятся айдолами ?.. - простонала я, натягивая огромную черную толстовку.       Почти не спала из за смены часовых поясов. Голова кружилась. Тело ломило. Но в тренировочном зале жизнь уже кипела. Музыка гремел так громко, что вибрировал пол. Кто то танцевал. Кто то растягивался. Кто то спал прямо в углу на куртке.       Я замерла у входа. Все здесь выглядели слишком... идеальными. Стройные. Красивые. Уверенные. Почувствовала себя деревенской девочкой, случайно попавшей не туда. -Не стой столбом, - сказал Минсок, проходя мимо. - Заходи.       Медленно выдохнула и вошла внутрь. Несколько человек сразу обернулись. Я почувствовала на себе любопытные взгляды. "Отлично. Просто замечательно". -Это новый трейни? - шёпотом спросила какая то девушка. -Симпатичный. -Подожди... это парень или девушка?       Я чуть не подавилась воздухом. Минсок спокойно хлопнул в ладоши. -Все свободны. Начинаем индивидуальную тренировку.       Спустя сорок минут я ненавидела все человечество. -Не, нет и ещё раз нет! - раздражённо говорил хореограф. - Слишком мягко! -Я двигаюсь нормально! -Ты двигаешься как девушка! -Потому что я и есть девушка! -На сцене - нет !       Я тяжело дышала, уперев руки в колени. Пот стекал по спине. Ноги уже дрожали. Хореограф устало вздохнул. -Смотри.       Он включил видео Юнхо. Парень танцевал легко очень легко. Почти лениво. Но в каждом движении чувствовалась уверенность. Харизма. Даже через экран. -Видишь разницу? - спросил хореограф.       Молча смотрю. Да. Видела. Юнхо двигался так, будто сцена принадлежала ему. А я сейчас выглядела человеком, который просто пытается выжить. -Ещё раз, - сказал хореограф. -Я сейчас умру. -После тренировки.       К вечеру едва чувствовала ноги. Я сидела прямо на полу тиенировочного зала, прижав к щеке холодную бутылку воды. -Я не справлюсь, - тихо сказала я.       Минсок стоял рядом, просматривая что то в телефоне. -Справишься. -Откуда такая уверенность? -Потому что ты все ещё здесь. Раздражённо посмотрела на него. -Это не аргумент. Мужчина наконец убрал телефон. -Знаешь сколько людей ломаются в первую неделю? Очень много. Особенно те, кто приходят с мечтой стать звёздами. Усмехнулась. -А я пришла сюда по глупости. -Нет,-спокойно сказал он. - Ты пришла сюда из жалости.       Вздрогнула. Потому что он был прав. И это мне не нравилось. Очень.       В ту ночь впервые увидела настоящее видео последнего выступления Юнхо. Одна. Своей комнате. Без тренеров и менеджеров. Я включила запись на ноутбуке и замерла. Юнхо стоял на сцене в черной одежде. Худой. Невероятно худой. Но красивый. Даже слишком. Только глаза... Глаза выглядел пустыми. Почувствовала тяжесть в груди. Толпа кричала его имя. Тысячи людей. Но он будто совершенно один. Когда камера приблизилась к его лицу, Юнхо на секунду улыбнулся. И у меня внезапно мурашки пошли по коже. Потому что улыбка выглядела так, словно человек из последних сил пытается казаться живым. Видео закончилось. Комната погрузилась в тишину. Я долго сидела неподвижно. Потом медленно загрыла ноутбук. И впервые за все время подумала не о деньгах. А о самом Юнхо. "сколько же боли ты пережил?".