Часть 15. Сложные отношения

Наоми терпеливо ждала, и все же до спокойствия ей было далеко. Ситуация казалась крайне подозрительной: в тот день ее путь пересекли не только Владимир и Стефан, но и другие вампиры. Встречи с себе подобными случались редко, и она была этому только рада — меньше поводов беспокоиться о безопасности своих людей. Ее челюсти упрямо сжались, а когда незнакомец приблизился, она вытащила руки из карманов, разминая и сгибая пальцы, словно когти. Это помогало ей подготовиться и хоть немного снять напряжение от некомфортной ситуации, пока ее дар обволакивал кожу невидимой броней. Она до предела обострила свои чувства. Поначалу ей казалось, что в ее сторону направляется целая группа, но сейчас она была уверена: он один. Наоми нахмурилась, пытаясь разобраться в происходящем, силясь уловить хоть еще один звук или запах — хоть что-нибудь, что указывало бы на приближение кого-то еще, но тщетно. Она слегка склонила голову набок, подавив раздраженный рык, и вновь сосредоточилась на приближающихся шагах. Когда незнакомец остановился в нескольких метрах от нее, она в замешательстве нахмурилась. Его внешний вид делал ситуацию еще более настораживающей, особенно учитывая всю его напряженную позу. На его лице читался подавленный гнев, скулы окаменели, хотя губы слегка подрагивали, выдавая попытки сдержать эмоции. Выпрямившись словно струна и гордо вздернув подбородок, он буравил ее пронзительным, расчетливым взглядом — совершенно не похожим на то, как он обычно вел себя в ее присутствии. Сейчас он выглядел в точности так, как его представляло большинство: чересчур самоуверенный, но при этом смертоносно опасный высокопоставленный страж Вольтури. На несколько долгих секунд между ними повисло молчание. Легкий порыв ветра скользнул по их одежде, заставив полы его темно-серого плаща едва заметно колыхнуться. Наоми не совсем понимала, что всё это значит, но крошечная часть ее души ликовала от того, что он вернулся. И всё же она не шелохнулась. Что-то было не так. Она его не боялась — да и как она могла, если благодаря своему дару была практически неуязвима для физического урона? В таких ситуациях, оказываясь лицом к лицу с другими представителями своего вида, она по-настоящему наслаждалась своей способностью. Это давало ей свободу вести себя естественно и не пасовать перед возможной дракой, что, в свою очередь, позволяло защищать ее людей. Поэтому даже сейчас, стоя перед послом Владык их вида, она твердо держалась на ногах, не собираясь съеживаться или пресмыкаться от страха. Почувствовав, как по венам разливается дерзкая уверенность, она сделала глубокий вдох и тоже слегка вздернула подбородок, не собираясь давать ему власть над собой одним лишь своим присутствием. И всё же ей было чертовски интересно, с чего вдруг он так взбеленился. Но уступать первой она не собиралась. В конце концов, это он пришел к ней, а она — не какой-то там влюбленный щенок, виляющий хвостом из-за какой-то «судьбоносной» связи. Ему потребовалось еще несколько минут, чтобы усмирить свой гнев до такой степени, при которой он вообще позволил себе заговорить с ней. Он и сам не смог бы объяснить, что именно это было, но как только он почуял их присутствие рядом с ней до того, как они сбежали, внутри него всё закипело. — Какие могут быть дела у тебя с такими, как они? — Его голос исказился от ярости, а взгляд скользнул по ней и устремился туда, куда скрылись беглецы. Он еще сильнее сжал кулаки, ожидая ответа. Наоми потребовалось мгновение, чтобы понять, о ком вообще идет речь. Ее брови сошлись на переносице в недоумении, пока до нее, наконец, не дошло. — О-о, — одними губами произнесла она, осознав суть претензий. Но, увидев его напряженную позу и услышав этот властный тон, она почувствовала, как внутри закипает ответная злость. Она прищурилась, скрестила руки на груди и перенесла вес на одну ногу, принимая непринужденно-боевую стойку. — Думаю, это совершенно не твое дело, — абсолютно серьезно ответила она. Ее голос звучал низко, ровно и невероятно уверенно. Она заметила, как он подавил глухое рычание — явно не ожидая такого отпора, — но ее это не впечатлило. Никто не смеет диктовать ей, как жить и с кем видеться. Если ее нынешнее существование и дало ей хоть что-то, так это абсолютную свободу действий. И уж тем более после того, что она сегодня узнала от них обоих, она не позволит никому оскорблять их в своем присутствии. — Мне претит сама мысль о том, что они находятся где-то поблизости, а тем более — наедине с тобой, — прорычал он, мысленно перебирая варианты, как бы обойти приказ господ и вместо обычной погони прикончить этих двоих прямо сейчас. Сухой, лишенный всякого веселья смешок вернул его внимание к стоящей перед ним женщине. — Ой, да брось. — Наоми недоверчиво покачала головой, изогнув бровь, а на ее губах заиграла легкая усмешка, от которой его глаза сузились еще больше. — Я оставалась с ними наедине куда чаще, чем с тобой, — невозмутимо констатировала она; в каждом ее слове сквозила легкая насмешка. — Впрочем, держу пари, они бы сказали о тебе то же самое, — пробормотала она уже больше для себя, и ее губы дрогнули в веселой ухмылке. Вопреки ожиданиям Наоми, что он продолжит дуться из-за этой темы, он лишь издал полный недовольства и поражения вздох. Он на мгновение прикрыл глаза, подавляя одновременно два жгучих желания: броситься вдогонку за беглецами и приказать ей держаться от них подальше. Вся его поза расслабилась; он сделал несколько глубоких, успокаивающих вдохов, прежде чем снова посмотреть на нее. Когда стало ясно, что нарушать молчание он не намерен, Наоми сглотнула и сделала к нему крошечный шаг. — Зачем ты здесь? — Она чувствовала, что изначально он пришел вовсе не ради нее, и что-то внутри подсказывало: она уже знает причину. Опустив руки вдоль тела и принимая более открытую позу, она просто смотрела на него. С ее лица вновь исчезли всякие следы осуждения. — Мы здесь из-за... — он сделал паузу, изучая ее реакцию, — них. — Он слегка кивнул в ту сторону, куда они скрылись, чтобы подчеркнуть свои слова. Наоми кивнула, получив подтверждение своей догадке. — Ах да, охота раз в столетие, — протянула она с легкой улыбкой на губах, которая, впрочем, не коснулась глаз. — В этот раз вы что-то припозднились, они уже успели по вам соскучиться. — Вспомнив свой недавний разговор, ее улыбка превратилась в озорную ухмылку. Но его следующая реакция по-настоящему поразила ее. Всегда такой контролируемый и чопорный страж совершенно искренне закатил глаза. И именно в этот момент до Наоми дошел истинный смысл его слов. — Погоди, что значит «мы»? — Ее голос слегка дрогнул при мысли о том, что где-то поблизости находятся и другие стражи Вольтури. — Кто еще здесь? — Она вглядывалась в его глаза, чувствуя, как нарастает напряжение. Деметрий сделал еще один глубокий вдох, улавливая ее беспокойство. — Я послал Сантьяго и Феликса за ними. А я... — он запнулся на мгновение, словно подбирая нужные слова, — я сказал им, что сам разберусь с их «сообщницей». Он посмотрел ей прямо в глаза. Наоми поняла: он с самого начала знал, что это она. Он мог безошибочно различить каждый оттенок запаха, за которым шел по следу. Он точно знал. Она пожала плечами, слегка разведя руки в стороны. — И что теперь? — Она чуть склонила голову набок, искренне интересуясь, как он собирается выкручиваться из этой ситуации. — Как же великий страж Вольтури расправится с этой «сообщницей»? Произнося это, она не смогла удержаться от издевательских ноток в голосе, и его реакция последовала незамедлительно. Глухой, угрожающе низкий рык вырвался из его груди — явное предупреждение не испытывать судьбу. Но Наоми лишь упрямо смотрела ему в глаза. Она знала, что ведет себя слишком дерзко для собственного блага, даже самонадеянно — так дразнить кого-то его статуса, — но это происходило само собой. Она не понимала, было ли это следствием их связи, из-за которой сама мысль о причинении боли другому казалась невыносимой, или же она просто стала слишком безрассудной. Зато она точно знала, что ее дар играет в этой самоуверенности не последнюю роль. — Не смей! — Его голос исказился, под кожей явно кипела ярость, когда он сделал к ней небольшой шаг, — Я сделал это, чтобы защитить тебя, — процедил он сквозь стиснутые зубы, делая еще один шаг вперед. — Ты понятия не имеешь, на какие риски я иду, чтобы всё это работало. Как с каждым днем, с каждым часом это становится всё труднее! — прошипел он, надвигаясь на нее. Наоми тяжело вздохнула, осознав, что, пожалуй, и правда перегнула палку. — Прости, просто... — она сделала глубокий вдох, скользнув взглядом по танцующей на ветру траве под ногами. — Просто так сложно находиться в самом центре всего этого. Я ничего им не сказала, потому что... ну, на то были причины. И тебе я ничего не сказала по тем же самым причинам. — Ее слова завершились тяжелым вздохом. — К тому же, у меня есть мои люди, и, конечно же, Карлайл. — Она снова перевела взгляд на Деметрия, который вновь оказался от нее на расстоянии вытянутой руки, и сдавленно фыркнула. — Ну вот, теперь я жалуюсь тебе — единственному, у кого проблем не меньше, чем у меня. — За этим последовал невеселый смешок, и она покачала головой. К этому моменту ее дар полностью отступил. — Признай, всё это обречено, — в ее голосе сквозило поражение, словно она наконец смирилась с тем, что больше нет смысла бороться за их связь. — Вовсе нет, — ответил Деметрий несколько секунд спустя, внимательно изучая ее глаза. — Я слишком долго живу на этой земле, чтобы сдаться сейчас. Возможно, я никогда не искал себе пару, но получить, эту связь именно сейчас... это делает ее еще более ценной. Я так легко не сдамся. То, как он это сказал, ясно давало понять: он будет за нее бороться и сделает всё, что в его силах, чтобы она тоже это поняла. Когда она снова подняла на него глаза, на его губах играла улыбка. — Хотя должен признать, нынешние обстоятельства далеки от идеальных. Наоми невольно улыбнулась, услышав эти слова. Было так освежающе, даже прекрасно слышать, как кто-то с такой страстью говорит о чем-то, что касается ее самой. Ее глаза слегка расширились, когда он протянул руку, ожидая от нее ответного шага. Осторожно, слегка дрожащими пальцами она вложила свою ладонь в его, и с ее губ сорвался тихий вздох, когда они соприкоснулись. Теплое чувство разлилось от ее руки по всему телу, заставляя напряженные мышцы расслабиться. Улыбка на ее лице стала еще шире, когда она перевела взгляд с их сплетенных рук на его глаза. В этот момент все ее тревоги испарились — не было ничего важнее их двоих. — Я понимаю твой страх и не стану принуждать тебя присоединиться ко мне, это сломало бы тебя, — прошептал Деметрий, осмелившись притянуть ее немного ближе. Наоми слегка оступилась, но позволила ему это, не дав своему дару проявиться. Мягкими движениями он поглаживал большим пальцем ее кожу, пытаясь сгладить ее первоначальный дискомфорт от такой близости. — Я не причиню тебе вреда; я сделаю для тебя всё, что в моих силах, — добавил он, чувствуя, как его внутренний зверь блаженствует в этот момент, прижимая ее к себе, владея ею безраздельно. — Тогда останься! — Слова сорвались с ее губ прежде, чем она успела их обдумать. Она посмотрела на него умоляющими глазами, но печальное выражение его лица заставило ее нахмуриться и опустить взгляд. — Я останусь так надолго, как только смогу, — ответил он и свободной рукой приподнял ее подбородок, отвечая на ее грустный взгляд нежной заботой. — Ты самый важный человек в моей жизни, но я не могу просто бросить свой пост и покинуть клан. — Я знаю, — сказала Наоми. И она знала, что он прав. Челси привязала его к владыкам, и, хотя она не могла манипулировать их истинной связью, этого всё равно было достаточно, чтобы удерживать его вдали от нее. Проглотив свои горькие и мрачные мысли, она закрыла глаза, а затем посмотрела на него с улыбкой. — Нам нужно наслаждаться тем крошечным временем, что у нас есть, и не переживать о том, чего мы пока не можем изменить. С этими словами они отпустили друг друга, перейдя на неспешный, но близкий шаг по лесу. То, насколько близко они шли, пугало: их руки почти соприкасались, и всё же Наоми не чувствовала желания увеличить дистанцию. Напротив, что-то глубокое и первобытное внутри нее требовало подойти еще ближе, и это одновременно захватывало и приводило в ужас. — Я хочу быть поближе к своим людям, — нарушила молчание Наоми через несколько минут. — В округе полно вампиров, так что я предпочла бы приглядывать за ними. Хотя я уверена, что по крайней мере с некоторыми из них проблем не возникнет, — добавила она, искоса взглянув на идущего рядом мужчину. Ее многозначительная улыбка не осталась незамеченной, и он издал недовольный звук, прекрасно поняв намек. — Ты не расскажешь мне о своих отношениях с ними? — Деметрий изо всех сил старался не выказывать своего гнева, но безуспешно. Он не мог до конца скрыть ярость в голосе при одной лишь мысли о том, что она была хоть сколько-нибудь близка с этими двумя. Он не питал ненависти к этим мужчинам как таковым, но их история и его собственная преданность клану неизбежно сформировали у него о них весьма жесткое мнение. Наоми долго молчала, изучая выражение его лица и анализируя его поведение. Действительно ли он хочет знать правду, или просто ищет информацию, которую сможет использовать против них? Она понимала, что не может и не станет рассказывать ему о том, чем они поделились с ней в последний раз, о том, как они ее видят. Он бы не понял. Опустив глаза в землю, она размышляла, что именно может рассказать ему об их отношениях. — Ну, — начала она, пытаясь говорить как можно непринужденнее, — наша первая встреча была чистой случайностью. Они бродили по округе и подошли слишком близко к моему поселению. Я велела им держаться подальше, и мы как-то разговорились. — Она пожала плечами, сдерживая улыбку при воспоминании обо всех тех странных ситуациях, когда они пересекались. — Они мои друзья, — добавила она с легкой заминкой, потому что слово «братья» так и рвалось с ее губ. Она даже представить не могла, что бы они сделали, если бы увидели ее сейчас в такой ситуации. Деметрий тихо хмыкнул. Он чувствовал, что она что-то недоговаривает, но на данный момент решил не развивать эту тему. И хотя он не смог полностью скрыть недовольства при слове «друзья», он постарался переключить свое внимание на нее. — Итак, — протянул он, покосившись на нее с лукавой усмешкой, — так что там с твоим даром? — Его тон был позабавленным, но в нем слышалось и любопытство, и даже легкая нотка дерзости, когда он вздернул подбородок. Наоми издала тихий стон, мысленно ругая себя за то, что в прошлый раз недостаточно быстро убрала свой щит. Она знала, что рано или поздно он вернется к этой теме, но надеялась, что это случится скорее поздно, чем рано. — Я не уверена, стоит ли... — начала она, но резко осеклась, когда его голова внезапно повернулась в другую сторону. Он застыл на месте, полностью поглощенный тем, что уловили его чувства. От того, как он вглядывался вдаль, у Наоми внутри зародилось нервное покалывание. Она сглотнула, выровняла стойку, равномерно распределив вес на обе ноги, и проследила за его взглядом. Ее пальцы мягко поглаживали ладони в попытке успокоиться. Она провела языком по пересохшим, слегка приоткрытым губам и сделала глубокий вдох. Ей потребовалось еще несколько секунд, прежде чем ее обостренный слух уловил до боли знакомый звук, который в данной ситуации был более чем нежеланным. Звук приближающихся шагов был четким и тяжелым, глухо отдающимся от сухой земли. Но в то же время этот бег был невероятно мощным и быстрым — быстрее большинства из тех, что она когда-либо слышала. Кто бы это ни был, он явно двигался быстрее нее (что было неудивительно, учитывая ее скорость ниже среднего), но всё же медленнее некоторых других ее знакомых. Запах, который нес с собой незнакомец, был ей неизвестен, что только усилило ее напряжение. На долю секунды она покосилась на стоящего рядом мужчину, чей взгляд был намертво прикован к источнику звука. То, как он слегка нахмурился, ясно показало, насколько напряженно он сейчас думал, и тут ее осенило. Он знал, кто это. На мгновение ей захотелось спросить его, кто именно приближается, но в следующее мгновение она заметила движение вдалеке и поняла, что вопросы задавать уже поздно. Когда сквозь деревья показался силуэт, она слегка оступилась, незаметно для себя сделав пару шагов назад. Ее глаза расширились; она судорожно сглотнула и слегка повела плечами, чтобы сбросить пальто, если придется защищаться. Ее челюсти сжались, а пальцы вновь скрючились в когти. Прежде чем она успела предпринять что-то еще, фигура остановилась в нескольких метрах от них. На лице новоприбывшего играла веселая ухмылка. Он сначала окинул взглядом Деметрия, а затем его взор остановился на ней. Наоми почувствовала себя крайне неуютно, но постаралась скрыть свою нервозность как могла. Если не ради себя, то ради своих людей она обязана быть сильной — и эта мысль действительно немного ее успокоила, хотя и не уменьшила впечатления от внушительного роста и мощи этого вампира. Она слишком хорошо знала, кто это такой, во всяком случае, слышала о нем достаточно. Когда-то давно она даже готовилась выступить против него во время того противостояния. Но стоять с ним лицом к лицу — это совсем другое дело. Ее дыхание стало тяжелее обычного, но она слегка вздернула подбородок в попытке придать себе уверенности. От его низкого, гортанного смешка она внутренне содрогнулась; лишь легкое подрагивание пальцев выдавало то, какое влияние на нее оказало его появление. На секунду она позволила себе сосредоточиться на своих людях, прислушиваясь к привычным звукам их повседневной жизни. Она была рада, что они ничего не подозревают и пока находятся в безопасности. Ее взгляд ни на мгновение не отрывался от мужчины с в высшей степени забавляющимся выражением лица. Когда он сделал шаг вперед, Наоми прищурилась и тут же слегка припала к земле в оборонительной стойке. Ее действия лишь заставили его ухмыльнуться еще шире, прежде чем он переключил свое внимание на Деметрия. — Что ж, — начал он, слегка склонив голову, — без твоего дара погоня выдалась довольно короткой. Какая жалость. — Он искоса взглянул на женщину. — Я думал, ты присоединишься к нам чуть позже, но, полагаю, ты слегка отвлекся, — продолжил он, переводя взгляд на миниатюрную вампиршу. Наоми не шелохнулась, хотя от его глубокого баса по спине побежали неприятные мурашки. Она переводила взгляд с одного мужчины на другого, а когда внимание вновь вернулось к ней, она сузила глаза еще больше, едва сдерживая злобное шипение. Из его горла вырвалось тихое хмыканье. — Значит, вот эта маленькая бестия и есть та, кто заставила тебя так завестись? Только не говори мне, что это она была с ними до этого? — Он нахмурился, медленно переводя взгляд обратно на напарника, гадая, верна ли его догадка. Недовольного и раздраженного выражения на лице Деметрия оказалось вполне достаточно для ответа. Он шагнул к своему соратнику и, тихо рассмеявшись, хлопнул его по плечу. — Судьба — штука коварная, не так ли? Деметрий раздраженно вздохнул, на секунду прикрыв глаза, прежде чем слегка повернуться и скользнуть взглядом по женщине, стоявшей теперь в нескольких шагах позади него. Он заметил ее напряженную позу и не мог ее винить: будь его воля, весь этот день прошел бы совершенно иначе. Но прошлое не изменить, поэтому он сделал то, что казалось ему наиболее логичным. Он окинул ее взглядом, встретившись с ее встревоженными глазами. Он знал, какая внутренняя борьба в ней сейчас происходит, но надеялся, что она вновь проявит благоразумие и не станет рубить с плеча. — Феликс, познакомься, это моя... девушка Наоми, — произнес Деметрий, указывая на нее рукой. — Наоми, это Феликс, мой старый друг. На мгновение внутри Наоми разлилось тепло от того, что он назвал ее своей девушкой. Но когда он назвал его — знаменитого палача Вольтури — своим другом, она не смогла сдержать судорожного глотка. Деметрий говорил, что рассказал о связи одному своему другу, и, судя по всему, этим другом оказался именно он. Ее мысли прервались, когда Феликс шагнул в ее сторону. И хотя в его позе не было ничего угрожающего, она не смогла заставить себя выйти из оборонительной стойки. Его репутация бежала впереди него, но еще больше над ней довлело то переполняющее напряжение, которое накопилось за весь этот сумасшедший день. Феликс остановился, оглядывая ее со смесью удивления и веселья. Несмотря ни на что, она была парой Деметрия, и в данный момент у нее не было причин его бояться. Чтобы поприветствовать ее должным образом, несмотря на ее боевую стойку, он протянул ей руку. Не зная, как реагировать на столь дружелюбный жест, Наоми заставила себя немного расслабиться. Она выпрямилась, переводя взгляд с его протянутой руки на лицо и обратно. Она позволила инстинктам взять верх, а своему дару пока оставаться в спящем режиме. В конце концов, если он что-то задумает, она знала, что ее способность сможет вырубить его в мгновение ока. Почувствовав, как внутри вновь зарождается уверенность, она осторожно вложила свою ладонь в его огромную руку, всё еще до конца не уверенная, правильно ли поступает.