Часть 16. Надёжная защита

Наоми с облегчением выдохнула, когда Феликс сделал шаг назад. Судя по его взгляду, ему явно доставляла удовольствие ее реакция на его присутствие — нечто такое, что, очевидно, большинство старых вампиров находили весьма занятным. Она опустила руки вдоль тела, переводя взгляд с одного мужчины на другого, и в очередной раз прокляла тот факт, что всегда оказывалась самой миниатюрной в любой компании. — Где Сантьяго? — спросил Деметрий спокойным голосом, который, однако, разительно отличался от того, каким он говорил с ней. Тон был сугубо официальным; несмотря на то, что он обращался к другу, обсуждали они деловые вопросы. — Патрулирует периметр. Следит, чтобы они не вернулись после этой до смешного короткой охоты, — ответил Феликс. Он знал, что для владык их погони не имели первостепенного значения, но это была необходимая рутина. На его лице появилась ухмылка, когда он с наслаждением втянул воздух, принесенный легким порывом ветра. — Может, он решит перекусить, прежде чем мы отправимся назад, — задумчиво протянул он, вдыхая манящий аромат находившихся неподалеку людей. Чего он никак не ожидал, так это реакции женщины. — Нет, — прорычала она. — Пусть только посмеет тронуть их. Ярость в ее голосе подкреплялась угрожающей боевой стойкой, которую она мгновенно приняла. Вольтури или нет, она будет защищать своих людей, и неважно, от кого. Феликс изогнул бровь, искренне удивленный такой резкой переменой в ее поведении. Ее храбрость впечатляла, хоть он и не понимал ее причин. Заметив же на лице Деметрия откровенно веселую ухмылку, он недоуменно нахмурился. Феликсу стало чертовски любопытно, к чему всё это приведет. Он повернулся к ней, и на его лице расплылась широкая ухмылка — до сих пор он не встречал равных себе в физической силе, и она уж точно не выглядела как та, кто станет первой. — И почему же? — Он тихо рассмеялся, когда она ухмыльнулась в ответ, явно наслаждаясь ее дерзостью. В глазах Наоми плясали озорные огоньки. Она заметила, как Деметрий слегка склонил голову набок — вероятно, вспоминая их недавний разговор на эту тему. — Потому что эти люди находятся под моей защитой. И любому, кто посягнет на их жизни, придется сначала пройти через меня. Ее голос звучал низко, но непоколебимо, и внешне она ничем не выдала, что его рокочущий смех произвел на нее хоть какое-то впечатление. Она прекрасно понимала, что физически далека от того, чтобы внушать страх, но она доверяла своему дару. И хотя у нее было доброе сердце и она не слишком любила пускать свою способность в ход, она не станет сдерживаться, когда дело касается защиты её подопечных. Глубоко внутри она всё еще трепетала при одной мысли о его первобытной мощи — без ее дара ему ничего не стоило бы играючи поставить ее на место. Она знала, что он силен и молниеносен. Значит, ее дар должен сработать еще быстрее. — А ты смелая, этого не отнять, — произнес он, на секунду встретившись взглядом с братом по клану, прежде чем снова переключить внимание на нее. В его глазах плясали игривые искорки. — Но если бы мне пришлось выбирать между вами двумя, боюсь, я бы поставил на Сантьяго. Наоми слегка склонила голову. Ее поведение было откровенно провокационным, но ей было плевать. Она чувствовала, как пробуждается ее дар, покрывая кожу покалыванием с головы до ног. Она бросила на него вызывающий взгляд, надеясь, что он сделает первый шаг, в то время как часть ее сознания продолжала проверять обстановку вокруг своих людей. Пока всё было тихо, но она знала, что где-то там может бродить охотничий отряд, для которого смертные станут легкой добычей. Оставалось лишь молиться, чтобы все они находились в лагере, пока она занята. С ее губ сорвался тихий смешок. — Знаю я вас, стражей. Вечно смотрите на всех свысока, считая остальных мусором под ногами. Но вам не стоит недооценивать противника. Она отставила одну ногу назад, принимая более устойчивую позицию на случай, если он и вправду попытается напасть. Она делала всё возможное, чтобы втянуть его в свою игру. Мысль о том, чтобы испытать свои силы на самом могучем вампире, казалась пугающе захватывающей. Она слегка приподняла руки, ссутулив плечи — чтобы иметь хоть малейший шанс коснуться его кожи любым возможным способом. Феликс перевел взгляд на Деметрия. В глазах громилы горел азарт, и Деметрий понял: тот хочет наглядно продемонстрировать, почему именно он носит звание палача. При любых других обстоятельствах он бы вмешался. Сама мысль о том, что его пара сойдется в бою с его другом — обученным, безжалостным убийцей — претила и ему, и его внутреннему зверю. Но то, как она держалась — даже прекрасно осознавая, кого именно провоцирует, — и то странное чувство опустошения, которое он сам испытал от нее, пусть и на долю секунды, вселяли в него уверенность, что с ней всё будет в полном порядке. К тому же, он знал, что Феликс не посмеет ударить в полную силу, помня о том, чья она пара. Любопытство наконец-то увидеть ее дар в действии взяло верх, и Деметрий просто кивнул другу, даже сделав шаг назад, чтобы дать им пространство для маневра. Ее легкой, дьявольской усмешки он не заметил, иначе бы понял: она собирается играть так же грязно, как и он сам. Получив молчаливое согласие от соратника, Феликс предвкушающе оскалился. Где-то в глубине души он удивлялся, почему Деметрий так легко на это пошел, но обещанная драка — пусть и больше похожая на тренировку — будоражила его куда сильнее. — Не волнуйся, я буду с тобой помягче, — бросил он, глядя на женщину с высокомерным блеском в глазах. Наоми почувствовала, как по венам разливается предвкушение. Пьянящее желание осадить того, кто был так в себе уверен, заставило ее улыбку стать еще шире. — О, а я надеюсь, что нет, — ответила она, напрягая мышцы. Ее глаза быстро просканировали его фигуру, выискивая открытые участки кожи. Насколько она знала, в бою он в основном полагался на кулаки, а перчаток на нем не было. Поэтому она встала вполоборота и одним плавным, стремительным движением сбросила пальто — чтобы увеличить шансы на то, что он сам коснется ее обнаженных рук или шеи. Покалывание дара вызвало у нее утробный рык удовольствия, и она приготовилась ждать его первого хода. Краем глаза она заметила, что Деметрий неотрывно смотрит на нее — видимо, всерьез сомневаясь в ее здравомыслии. — Давай, — сказал Феликс, широко ухмыляясь. — Уступаю тебе первый удар. Он не был дураком и знал, что первый ход может стать решающим, но большинство его противников тратили эту возможность впустую, бросаясь в лобовую атаку. — Вынуждена отказаться. Я защитник, а не нападающий, — парировала Наоми. Ее голос исказился, приобретя звериные нотки, под стать ее хищной позе. — Как скажешь. Феликс на мгновение взглянул на Деметрия, проверяя, точно ли тот не против. Он знал, что некоторые вампиры становятся до паранойи одержимы защитой своей пары даже в самых безобидных ситуациях. Заметив его взгляд, брат по клану коротко кивнул, подтверждая, что останется в стороне, и снова перевел всё внимание на нее. Легкое беспокойство всё же закралось в его мертвое сердце, но он попытался напомнить себе, что это не настоящий бой — по крайней мере, с точки зрения Феликса. А вот Наоми, скорее всего, сдерживаться не станет. От этой мысли губы Деметрия тронула легкая улыбка. Наоми приготовилась. Она видела, как перекатываются мышцы под одеждой Феликса, как он готовится к броску. Ей нужен был всего один хороший момент, и желательно во время его первого выпада. Если он каким-то образом сумеет обойти ее способность, она обречена. Она повела левым плечом, разминая пальцы, успокаивая нервы и готовясь к неизбежному. Он будет быстрым. Она должна быть готова. Несколько секунд вампиры просто стояли друг напротив друга. Наоми была предельно сконцентрирована, пытаясь просчитать его, а Феликс оставался спокоен, лишь предвкушая потасовку. Но прежде всего он был уверен в себе. Уверен, что уже победил. Он предполагал, что она окажется проворной и юркой, раз уж не вышла комплекцией, но сильно сомневался, что она окажется быстрее него. Он оттачивал свои рефлексы веками, пока не превратился в то, кем был сейчас — в идеальную машину для убийства. Воспользовавшись моментом, когда Наоми на долю секунды скользнула взглядом по Деметрию, Феликс бросился вперед. Естественно, она тут же переключила всё внимание на него. Феликс хотел разделаться с ней в два счета, намереваясь сразу же взять ее в захват, но, к его искреннему изумлению, она словно предугадала этот выпад. Наоми молниеносно ушла в сторону и плавно опустила ладонь на его вытянутую руку. Как только их кожа соприкоснулась, он пошатнулся. Его ноги предательски задрожали. На короткий миг Наоми испугалась, что ее дар не сработал на нем должным образом, ведь обычно противники падали мгновенно. С ним на это ушло на целых две секунды больше, но как только его колени подогнулись, ее захлестнула волна пьянящего удовлетворения и облегчения. Она закрыла глаза, купаясь в этом моменте, намертво вцепившись в его руку и заставляя самого могучего вампира на земле пресмыкаться у ее ног. С широкой, слегка издевательской ухмылкой она посмотрела на него сверху вниз, но его расфокусированный взгляд был устремлен куда-то в пустоту. Поскольку на то, чтобы довести его до состояния абсолютной слабости, ушло чуть больше времени, она удерживала свой дар еще пару мгновений, прежде чем небрежно отпустить его руку. Наоми едва ли могла описать это чувство. Она ощущала себя невероятно могущественной — так, как не чувствовала себя еще никогда, даже когда ей приходилось пускать свою способность в ход в прошлом. Поставить на колени одного из самых опасных вампиров оказалось чертовски волнительно. Она сделала несколько глубоких вдохов, из груди вырвался удовлетворенный рык. Подняв взгляд, она еще выше вздернула подбородок и с гордостью посмотрела на второго мужчину. Деметрий, кои-то веки, лишился дара речи. С одной стороны, его переполняла гордость за то, насколько она сильна и как блестяще может постоять за себя. С другой — он был в полном шоке от того, как быстро его друг рухнул на колени. Но больше всего его поразило то, что Феликс всё еще оставался на земле, хотя она уже отпустила его. Он посмотрел на женщину, на губах которой играла торжествующая ухмылка, и не смог сдержать веселого покачивания головой. Наоми еще раз взглянула на поверженного. Она знала, что если не поможет ему, поделившись собственной силой, он проваляется здесь еще несколько минут. Ее взгляд вернулся к Деметрию, и она сделала несколько твердых, уверенных шагов в его сторону. С каждым ее шагом дар медленно отступал, уходя под кожу, но эффект, который он оказал на ее тело и разум, всё еще резонировал, напоминая наркотическое опьянение, сродни тому, что она испытывала после сытной охоты. — Ну как, хорошее первое впечатление? Твоя жажда узнать о моем даре утолена? — Она мило, почти невинно улыбнулась. Остановившись рядом с ним, она слегка склонила голову и заглянула ему в глаза; в ее собственных плясали игривые искры. Она чувствовала себя так, словно была под кайфом. Деметрий весело фыркнул, глядя на нее сверху вниз, а затем вновь перевел взгляд на друга. — Что именно ты с ним сделала? — В его голосе сквозило недоверие, словно он всё еще пытался осмыслить, как она могла с такой легкостью вырубить такого, как Феликс. Наоми лишь пожала плечами. — Я высушила его. Забрала всю его физическую силу, пока он не стал похож на выдохшегося человека, — ответила она, намеренно сделав акцент на последнем слове, зная, как сильно большинство их сородичей презирают смертных, несмотря на то, что когда-то были ими. — И долго он так проваляется? — Наверное, пару минут, может, меньше. Должна признать, довести его до такой кондиции было чуть сложнее обычного, — сказала она, кивнув в сторону Феликса. Деметрий тихо хмыкнул, мысленно делая пометки. — Где там, говоришь, этот Сантьяго? — Она посмотрела на стоящего рядом мужчину серьезным взглядом, без слов давая понять, что ей нужен ответ, если её людям всё еще грозит опасность. Деметрий изучил выражение ее лица, затем сосредоточился на запахе второго брата по клану. Локализовав его, он на секунду прикрыл глаза. — В противоположной стороне. И близко не рядом с теми людьми, — просто ответил он. — Когда он придет в себя, нам нужно будет возвращаться, — добавил он, переводя взгляд с друга на свою пару. При этих словах на ее губах появилась грустная улыбка. — Может, тогда мне просто оставить его валяться здесь? — прошептала она, пытаясь хоть немного сгладить горечь предстоящей разлуки. Его тихий смех заставил ее слегка улыбнуться, после чего она вздохнула и подошла к Феликсу. Наоми заметила, что к нему медленно возвращаются силы: мышцы напряглись, пальцы слегка подрагивали. Но она прекрасно понимала, что им пора. Что ему пора возвращаться. Она опустилась на колени и, сделав еще один глубокий вдох, легко коснулась его руки, сосредотачиваясь на своем даре, чтобы обратить его поток вспять. Она почувствовала, как привычное покалывание изменилось, став более теплым, когда оно потекло по ее коже, через пальцы, передавая ее собственную силу ему. Она поддерживала этот процесс всего долю секунды, а затем резко отстранилась. Наоми была не настолько глупа, чтобы возвращать ему полную мощь, как она когда-то сделала с Беллой. Она понятия не имела, как он отреагирует, когда вновь обретет контроль над своим телом, и не горела желанием выяснять это, когда он будет в своей лучшей форме. Она осторожно отступила назад, когда он начал шевелиться, пытаясь подняться на ноги. Она внимательно следила за каждым его движением, пытаясь понять, не собирается ли он наброситься на нее за то, что она так его унизила. Когда гигант, наконец, выпрямился во весь свой внушительный рост, он размял плечи и шею, после чего повернулся к женщине. Вопреки ее ожиданиям увидеть ярость, в его глазах читались лишь неподдельное веселье и азарт. На его губах заиграла недоверчивая ухмылка. — Кто бы мог подумать, — пробормотал он, пытаясь сложить всё в единую картину. — Ах ты, маленькая чертовка, — с наигранным укором протянул он и повернулся ко второму мужчине. — А ты, — его тон стал ниже, более осуждающим, но не менее насмешливым, — ты обо всем знал, не так ли? — Он прищурился, особенно когда заметил на лице Деметрия откровенно дьявольскую ухмылку. — Ты казался таким нетерпеливым, да и мне было слегка любопытно. — Деметрий лишь пожал плечами, считая вопрос закрытым. — Чтобы ни слова обо всём этом никому, — потребовал Феликс своим рокочущим басом, но, к удивлению Наоми, Деметрий лишь рассмеялся. — Разумеется. Мы же не хотим подорвать твою безупречную репутацию, — ответил он с широкой ухмылкой. Взгляд Феликса надолго задержался на брате по клану, и на какое-то мгновение Наоми даже растерялась, не понимая, что происходит. Она заметила едва уловимый кивок, которым обменялись мужчины. — Жду тебя через тридцать минут. И смотри, не увлекись там, — бросил Феликс. В последней фразе явно скользила издевка, но прежде чем кто-либо успел ответить, он сорвался с места и умчался в сторону, противоположную той, где находились люди. Несколько долгих секунд оба вампира молчали. Напряжение и необратимость того факта, что теперь об их связи официально знает кто-то еще, казались почти осязаемыми. — Я искренне впечатлен, — произнес наконец Деметрий, подходя к ней ближе. Часть его сознания всё еще отслеживала перемещения братьев по клану, чтобы убедиться, что они держатся на расстоянии, давая им возможность побыть наедине. — Я оправдала твои ожидания? — спросила она в ответ, стараясь выглядеть серьезной, хотя уголки ее губ подрагивали от сдерживаемой улыбки. — У меня не было никаких ожиданий, — ответил Деметрий с легкой полуулыбкой. Его взгляд скользнул по ее лицу, словно он пытался найти внешние отличия, когда она использовала свою силу и когда находилась в покое. Медленно он поднял руку. В каждом его движении читалась неуверенность; его пальцы так едва заметно дрожали, что Наоми чуть было этого не упустила. Она наблюдала за ним, и любопытство заполняло пустоты повисшего напряжения. — Узнаю ли я когда-нибудь, безопасно ли к тебе прикасаться? — Его голос был не громче шепота; он говорил так тихо, словно эти слова предназначались лишь для его собственных ушей. Наоми дышала поверхностно. Его рука замерла всего в нескольких сантиметрах от ее щеки — нерешительная, неуверенная, с подрагивающими пальцами. Она не отрывала взгляда от его глаз, не в силах прочесть его мысли. — Как ни странно, но для тебя это всегда будет безопасно, — прошептала она в ответ, и на ее губах мелькнула улыбка — попытка хоть как-то совладать с собой в такой близости. Она говорила чистую правду: она чувствовала, как ее дар дремлет где-то глубоко внутри, готовый сорваться с цепи в любой момент, но сейчас он просто ждал, когда она сама решит пустить его в ход. Ему потребовалась секунда, чтобы осознать ее слова, но как только до него дошел их смысл, он улыбнулся. Облегчение влилось в бурю бушующих внутри него эмоций. Он осторожно опустил ладонь на ее щеку и с шумом выдохнул, почувствовав под пальцами ее кожу. Мягкими движениями он поглаживал ее большим пальцем, откровенно наслаждаясь этим чувством. Как только Наоми почувствовала его руку на своей щеке, она издала приглушенный вздох. Ее тело отреагировало так, словно целую вечность жаждало этого прикосновения, просто сдаваясь тому, кого выбрала для нее судьба. Вопреки здравому смыслу и всем мысленным предупреждениям, она закрыла глаза и, сама того не осознавая, подалась навстречу его руке, следуя за его движениями. В ответ он придвинулся еще на полшага ближе, не прекращая своих поглаживаний. Его кончики пальцев мягко заскользили по ее волосам, пока не замерли за ухом, а большой палец продолжил ласково и успокаивающе очерчивать скулу. Деметрий чувствовал абсолютное умиротворение, словно наконец-то нашел воплощение слова «дом». Он не хотел возвращаться в Вольтерру, но знал, что это необходимо. Преданность владыкам была всё еще сильна, даже несмотря на то, что его приоритеты радикально изменились за последние годы. Наоми открыла глаза, пытаясь разобраться в собственных чувствах. Сама от себя не ожидая, она потянулась ко второй его руке. Ее движения были необычно робкими, поскольку она и сама до конца не была в них уверена. С улыбкой он подал ей ладонь, и она с радостью ее сжала. К ее собственному удивлению, из ее горла вырвался звук — тихий и хрупкий, но в то же время какой-то первобытный и искренний. Низкое мурлыканье. Ее внутренний зверь просто наслаждался его присутствием, полностью отбрасывая защиту, чтобы сосредоточиться исключительно на нем. Она не имела ни малейшего понятия, как долго они так простояли, растворившись друг в друге, пока внутри не начало нарастать до боли знакомое чувство. Всё ее нутро сжалось от одной только мысли об этом, но она понимала, что так будет правильно. — Тебе пора, — едва слышно выдохнула она. Она не хотела, чтобы он уходил, но оба понимали, что на данный момент иного выхода нет. С ее губ сорвался дрожащий вздох. — Я не хочу, — просто ответил Деметрий, пропуская ее пряди сквозь пальцы, словно стараясь запомнить всё до мельчайших деталей. — Но я должен, — тихо добавил он. Им обоим стоило неимоверных усилий оторваться друг от друга. Его внутренний зверь глухо зарычал, противясь потере контакта. — Я знаю, с тобой всё будет в порядке, — сказал он, и на его губах расплылась ухмылка. Тон стал более веселым — они оба вспомнили, что именно произошло сегодня. — Жди меня, дорогая. Он бросил на нее последний взгляд, прежде чем отвернуться и исчезнуть. Он знал: если задержится хоть на мгновение дольше, то уже не сможет уйти. — Буду, — пробормотала Наоми в пустоту, всё еще глядя туда, где он только что стоял. Она протяжно вздохнула и повернулась, чтобы поднять с земли свое пальто. Несколькими быстрыми движениями она отряхнула его от грязи и сухих листьев. Привычным жестом Наоми накинула его на плечи. Она всё еще скучала по своему старому пальто — первому, которое сшили ее подопечные, но и нынешнее ей тоже нравилось. Оно было чуть более серым и менее черным, чем предыдущее, за что ее люди до сих пор извинялись. Наоми знала о причинах и значении цветов в их культуре, но быстро их успокоила и всегда носила его с гордостью, находясь среди них. Солнце начало клониться к горизонту, и Наоми была отчасти рада, что этот день подошел к концу. Он выдался настолько же изматывающим, насколько и богатым на события, и ей всё еще предстояло о многом поразмыслить. Она не могла сказать, что счастлива из-за того, что еще один страж узнал об их связи, но с этим она уже ничего не могла поделать. С другой стороны, она прекрасно понимала, что ей придется рассказать об этом своим новым братьям, а это будет задачка куда посложнее. Со вздохом она наблюдала за своими людьми в сгущающихся сумерках, втайне надеясь, что у нее будет немного времени в тишине и покое, чтобы обдумать всё случившееся и решить, как спокойно им обо всём рассказать.