Сказ о 67 и посохе Кирилловом

В некотором царстве, в цифровом государстве, жили-были два молодца — Ярик да Кирилл. И решил однажды Ярик, что скучно им просто так по свету гулять, и надумал он Кириллу роль новую определить. Да роль не простую, а «созидательную». Припал Ярик к «посоху» Кириллову, что рос не по дням, а по часам, и так усердно его заклинал, что забил Кирилл ему ротик нектаром белым, густым да обильным. Целый литр чудо-влаги испил Ярик, аки путник в пустыне, да только жажда его была не столько телесной, сколько духовной. Решил тогда Ярик, что негоже добру молодцу тесным быть. Достал он из сундука кованого артефакт заморский — Расширитель Анальный, сталью блещущий. Установил он его в «врата свои задние», дабы путь для грядущих свершений стал широк и просторен, аки тракт имперский. И в тот же миг заговорил Ярик на языке неведомом, бесовском: — Щавцуащшцслшащвцашващц швацща! — кричал он, и эхо разносилось над лесами. — Сикс севен! — возопил Ярик в экстазе. — Шестьдесят семь! И бросился он в чащу в шестьдесят седьмой раз, где ждала его Дева-Футо, статью своей горы превышающая. Снова и снова предавался он думе одинокой, глядя на её лик, а когда небо над ней разверзлось и посыпались капли «благодати», Ярик ротик свой разинул и ловил их на лету, аки весенний дождь, не давая ни единой капле пропасть зря. Но не успел Ярик насладиться плодами расширения своего, как потемнело небо синее. Не туча то была и не стая воронья — то летел «подарок» от Хана Восточного, Ким Чен Ына великого. Грянул гром, расцвел на горизонте гриб огненный, ядерный, опалив и Ярика, и Кирилла, и Деву-Футо. Последним, что услышал мир, был шепот Ярика: — Спасибо тебе, Ким Чен Ын, за финал яркий..