Глава 4. Понижение энтропии.

Лекции пролетели незаметно – одна только физика привлекла внимание Элиаса, хоть и ненадолго. После лекций он переоделся в тренировочную форму и зашёл в спортзал. Элиас уже взялся за разминку, когда его окликнули. – Лэнгфорд! – знакомый голос донёсся откуда-то сбоку. – Будешь выступать? Элиас повернулся. Это был Беккер, староста кружка с его параллели. – В этот раз без меня, – Элиас улыбнулся, чуть пожав плечами. – Но вы справитесь. – Жаль. – Беккер не скрывал досады. – Без тебя мы вряд ли выиграем. Элиас ничего не ответил. Он редко участвовал в соревнованиях – не из-за скромности, а потому что здесь он был не за этим. В ответ он лишь чуть заметно улыбнулся и вернулся к разминке. Когда он закончил и подошёл к скамье за водой, рядом возник парень из младших – с горящими глазами, которые бывают только у тех, кто ещё не понял, что восхищаться можно и на расстоянии. – Господин Лэнгфорд! Я видел ваши прошлые забеги. Вы бы точно выиграли. Почему вы не участвуете? Элиас взял бутылку, сделал глоток. – Нет времени, – ответил он спокойно. – Но вы же здесь! – парень не отставал. – Вы могли бы… – Мог бы, – Элиас улыбнулся, убирая бутылку, – но сегодня я не в настроении. Он развернулся и пошёл к выходу, бросив на прощание: – В следующий раз, возможно. У двери он почти столкнулся с Беккером. Тот хотел что-то сказать, но Элиас лишь вежливо кивнул и вышел. Медленным шагом он направился в лабораторию, глядя на студентов, сновавших по двору. Вечернее солнце на мгновение выглянуло из-за облака и ударило в глаза. Элиас зажмурился, отвернулся, прикрыв лицо рукой. В коридоре, где свет уже был искусственным, он услышал незнакомые голоса из соседней аудитории. Дверь была приоткрыта. Элиас не собирался подслушивать, лишь немного замедлил свой шаг. – Человек – продукт среды, – воодушевленно сказал один из старшекурсников, – и судьба его не предопределена наследственностью! По аудитории поползли разговоры между слушателями. Элиас на секунду заглянул в аудиторию, опознал говорящего и усмехнулся. – Интересно, а сам Вильгельм тоже считает, что его убеждения – просто продукт среды? Он не ждал ответа. Просто пошёл дальше. Элиас вошел в лабораторию как к себе домой. Изабель, занятая подписанием каких-то документов, успела привыкнуть и лишь ненадолго приподняла руку. В помещении были разбросаны колбы, реагенты, бумаги. – У тебя всегда тут такой бардак? Элиас, стараясь не наступить на разбросанные вещи, добрался до кресла и уселся, так, как у себя дома, только более расслабленно. – Привыкай. Или уберись. – устало ответила профессор. Она закрыла папку с документами и подняла взгляд на “гостя”. – У меня есть тема для разговора, – тихо сказала она. Элиас лишь перевел на неё взгляд. – Эти опыты… – она открыла в своем блокноте страницу с результатами экспериментов, – я уже проводила их раньше. Одна. Он на секунду задумался о том, чтобы изобразить удивление, но сразу отмел эту идею – вышло бы максимально неправдоподобно. – Я точно не знал, но догадывался, – он наклонился над столом, – у тебя ведь получались точно такие же результаты, верно? – Да. Ошибки быть не может, – Изабель откинулась в кресле, но не сводила глаз со студента. – Стоит выдвинуть гипотезу происхождения этой аномалии и постараться её доказать или опровергнуть. Элиас сложил пальцы на столе в замок и положил на них подбородок, смотря в лицо Изабель. Она, только заметив это, быстро кинула взгляд на часы и её будто ударило током. – Ты пришел раньше, чем я думала, – она быстро встала с кресла, – мне нужно отойти на совещание преподавателей технических наук. Элиас только хотел что-то сказать, но она его перебила. – Я недавно в академии. Мне не разрешат прийти туда со студентом. По нему нельзя было опознать, что он огорчён – огорчаться наиболее вероятным исходом бессмысленно. Изабель двигалась к выходу так, будто бардака не существовало вовсе. Она не смотрела под ноги, не огибала разбросанные предметы – просто шла, и её путь оказывался свободен. Студент, наблюдая, подумал, что она, наверное, знает расположение каждой вещи с закрытыми глазами. – Подожду здесь. Элиас проводил взглядом профессора и как только дверь захлопнулась он вскочил с кресла и начал изучать лабораторию. У него ещё ни разу не появлялось возможности побыть тут наедине: Изабель тут буквально всё время кроме лекций. Если бы ей разрешили, то она бы и санузел тут поставила. Спустя пятнадцать минут ему надоело. Элиас мог бы просмотреть все работы, написанные профессором, но большинство из них он уже давно прочитал. Оказывается, рабочее пространство даже такого ученого, как Изабель Кордуэлл, может быть таким однотипным. Элиас сидел на кресле, смотря в потолок. – Знал бы, что здесь не на что смотреть, то не говорил бы, что буду ждать здесь. Лучше отошел бы куда-то… – в его голове возникла занимательная мысль и он встал с кресла. Путь до кабинета Германа Фогеля займет не меньше пяти минут только в одну сторону. Само собрание займет не меньше получаса. Учитывая, что профессор ушла примерно пятнадцать минут назад, – он посмотрел на часы, – скорее всего начало собрания или в шесть, или в шесть десять. Тогда профессор будет тут или в шесть тридцать пять, или в шесть сорок пять. Даже в худшем случае у меня есть ещё двадцать пять минут. Он энергично направился к двери, но забыл про бардак. Книга Фрейда предательски скользнула под ногой. Элиас устоял, чертыхнулся и двинулся дальше с оглядкой. Спустя ровно двадцать пять минут он подошел к двери в лабораторию, как вдруг из-за угла вышла Изабель. – “Подожду здесь”, значит… – по голосу профессора явно было видно, что после того совещания её ничем не удивить. Элиас не стал оправдываться. Он просто дождался, пока Изабель подойдет и открыл дверь… На секунду на его лице появилось удивление, но лишь на секунду, чего не скажешь о Изабель. Ей было не свойственно выражение эмоций, так что её искреннее негодование, смешанное с удивлением, выглядело как минимум необычно. – Ч-чего… – с приоткрытым ртом сказала она. Лаборатория буквально блестела от чистоты. Всё на своих полочках, стол прибран, даже кровать была заправлена. Вдруг её удивление перебил яркий запах черного кофе по-венски. На столе стоял поднос с двумя чашками кофе. Она всегда пила его наедине и не никому рассказывала о своих вкусах. Когда её удивление развеялось она подошла к столу и заметила, что осталась только чашка с её кофе. Она обернулась. Позади Элиас сидел в “его” кресле и абсолютно расслаблено пил… ей не удалось определить, какой именно кофе у него был, но в нем определенно было немало сахара. Она смотрела на чашку, на Элиаса, на лабораторию. В её взгляде помимо сильной усталости виделось тотальное непонимание. Тут дверь открылась. Изабель медленно повернулась. Она готовилась к худшему, но явно недостаточно. В лабораторию зашла невысокая молодая девочка, на вид только-только старшеклассница, но одетая в форму старшекурсника академии. Она сделала небольшой поклон Изабель. – Здравствуйте. – Тихо сказала девочка, подняв голову. Изабель перевела взгляд с девочки на чашку кофе, потом на идеально чистый стол, потом снова на девочку. Она явно пыталась собрать картину, но не хватало деталей пазла. Изабель открыла рот, закрыла, потом посмотрела на Элиаса. Тот, прикрыв глаза, сделал глоток кофе. Профессор так и не нашла слов.