Первая ссора

Регулус был на работе, когда Клара позвонила. — Мистер Блэк, у нас небольшая проблема. Гарри ударил Драко. Регулус отложил карту, которую заполнял. — Сильно? — Не сильно, но Драко плакал. Гарри не хочет извиняться. Я пыталась поговорить, но он замкнулся. Сидит в углу, обнимает дракона и молчит. — Я приду. — Спасибо. Регулус положил трубку и повернулся к Флинту. Тот поднял голову от своих бумаг. — Проблемы? — Сын подрался в саду. Нужно забрать. — Идите. Карты доделаете завтра. Регулус кивнул, встал, схватил мантию и вышел. В коридоре чуть не столкнулся с Деннисом. — Ты куда? — спросил тот. — В сад. Гарри кого-то ударил. — Ого. А он у тебя тихий. — Тихий, но с характером. Регулус почти выбежал из больницы. В саду было тихо. Дети играли в соседней комнате, но дверь в комнату, где сидел Гарри, была закрыта. Клара ждала в коридоре. — Он там, — сказала она, кивнув на дверь. — Я хотела войти, но он не пускает. Сказал: «Уйдите все». Регулус открыл дверь. Гарри сидел в углу на ковре, спиной к стене, обнимал дракона и смотрел в пол. Увидел отца — не бросился, не заплакал. Просто сжал дракона крепче и отвернулся. Регулус закрыл за собой дверь, сел на ковёр рядом, не касаясь. — Рассказывай. Молчание. — Гарри. — Он первый начал, — сказал Гарри в стену. — Что он сделал? — Он взял мой кубик. Самый большой. Синий. — Тот, которым ты строил башню? — Да. Я сказал, отдай. А он не отдал. Сказал, что он тоже нужен. — И ты его ударил. — Не сильно. — Но ударил. Гарри замолчал. Регулус подождал минуту. — Ты имел право злиться. Кубик был твой. Но бить нельзя. — Он не отдавал. — Ты мог сказать Кларе. — Она была далеко. — Ты мог позвать. — Я не маленький. — Тогда договаривайся. Гарри повернул голову, посмотрел на отца. — А как? — Скажи: «Это мой кубик, я его первый взял. Построй с другого». — А если он не согласится? — Тогда пусть Клара разбирается. Она за этим здесь. Гарри подумал. Потом спросил: — Драко плакал? — Плакал. — Сильно? — Клара сказала — не сильно. Но ему было обидно. Гарри опустил голову. Погладил дракона по голове. — Я не хотел. — Знаю. Но ты должен извиниться. — Не хочу. — Тогда Драко подумает, что ты злой. И не будет с тобой дружить. Гарри поднял голову. — А он будет со мной дружить, если я извинюсь? — Наверное. — А если нет? — Тогда ты будешь знать, что сделал всё, что мог. А он — нет. Гарри сжал дракона. Помолчал. Потом кивнул. — Ладно. Он встал, взял отца за руку. Они вышли из комнаты. Клара и Драко ждали в игровой. Драко сидел на ковре, потирал плечо. Увидел Гарри — нахмурился. Гарри подошёл, остановился. — Прости. Я не хотел. — Больно было, — сказал Драко. — Знаю. Я плохой. — Плохой, — согласился Драко. Они помолчали. — Хочешь строить башню? — спросил Гарри. — С тем кубиком? — С другим. Синий я тебе дам. — А сам из чего будешь строить? — Из красного. Драко подумал. Потом кивнул. Гарри сел рядом, достал из кучи красный кубик, протянул Драко синий. — Держи. — Спасибо. Они начали строить. Сначала молча, потом Драко сказал: — Ты сильнее меня. — Нет. — Да. Ты ударил — у меня плечо болело. — Я нечаянно. — Сильно ударил — нечаянно? — Я хотел, чтобы ты отдал кубик. А ты не отдавал. — Ты просто сказал «дай». А надо было сказать «пожалуйста». Гарри посмотрел на него. — Ты издеваешься? — Нет. Меня мама учила: если вежливо попросить, люди чаще соглашаются. — Твой отец вежливо просит? — Он никого не просит. Он говорит, что делать. — Тогда твоя мама умнее. Драко хотел обидеться, но передумал. — Ладно, — сказал он. — Строй давай. Клара подошла к Регулусу. — Всё хорошо. Не переживайте. — Спасибо, что позвонили. — Это моя работа. Регулус посмотрел на Гарри. Тот ставил кубики, Драко — свои. Башня росла. — Можно я останусь до вечера? — спросил Гарри, не поднимая головы. — Можешь. — Тогда иди. Я сам. Регулус вышел. На улице закурил — первый раз за день. Выдохнул дым и подумал: «Растёт». Вечером они шли домой. Гарри молчал. Регулус не спрашивал ни о чём. — Папа, — сказал Гарри у самого подъезда. — Что? — Ты меня не ругал. — За что? — Я ударил друга. — Я не ругаю. Я учу. Гарри подумал. — У тебя хорошо получается. — Спасибо. — Не за что. Гарри взял его за руку, и они зашли в дом.