Письмо

Конверт пролежал на столе три дня. Регулус всё откладывал, находил причины: сначала нужно забрать Гарри из сада, потом приготовить ужин, потом прочитать сказку, потом уложить спать. А когда Гарри засыпал, сил уже не оставалось ни на что, кроме чашки чая и пустого взгляда в стену. Конверт лежал на краю стола, придавленный кружкой. Сургучная печать поблёскивала в свете настольной лампы — тёмно-красная, с гербом Министерства. Регулус пил чай, смотрел на конверт и ничего не чувствовал. Только усталость. Глухую, тягучую, которая разлилась по плечам и спине. За окном стемнело рано. Ноябрь. Дождь барабанил по подоконнику, стекал по стеклу мутными струями. На кухне пахло заваркой и старыми обоями — когда-то здесь жил курильщик, запах так и не выветрился. Гарри спал в соседней комнате. Сначала он возился, звал дракона (Регулус принёс — дракон валялся на полу, под кроватью), потом затих. Теперь слышно было только его дыхание — ровное, спокойное, совсем не детское. Регулус подошёл к окну. Прислонился лбом к холодному стеклу. На улице ни души — только мокрый асфальт, жёлтые пятна от фонарей и бесконечный дождь. — Папа, — раздалось из детской. Тихо, спросонья. Регулус выпрямился, прошёл в комнату. Гарри сидел в кроватке, тёр глаза кулачками. Волосы торчали в разные стороны, щека была красная — отлежал. — Ты не спишь, — сказал он. — Не сплю. — А почему? — Думаю. — Думать надо днём. Ночью спят. — Ты прав. Регулус поправил на нём пижаму — пуговицы сбились, воротник уехал набок. Уложил обратно, поправил одеяло. Дракона нашёл под кроватью, сунул под мышку. Гарри прижал игрушку, вздохнул и закрыл глаза. — Спокойной ночи, — сказал Регулус. — Спокойной ночи, — ответил Гарри. Уже не слышно, одними губами. Регулус постоял минуту, глядя на него. Потом вышел, притворил дверь, но не до конца — оставил щёлку, чтобы слышать, если позовёт. Вернулся на кухню. Чай остыл. Регулус вылил его в раковину, заварил свежий. Сел, взял кружку. Подвинул её и взял конверт. Печать треснула сухо, как сухая ветка под ногой. Регулус достал лист, развернул. Герб Министерства вверху, казённый шрифт, сухие строчки — ни одного лишнего слова. «Уважаемый мистер Блэк! Уведомляем вас, что расследование по делу Сириуса Блэка, обвиняемого в убийстве двенадцати магглов и Питера Петтигрю, завершено. Приговор оставлен в силе — пожизненное заключение в Азкабане. Если вы располагаете новыми доказательствами, вы можете подать запрос на пересмотр дела в течение шести месяцев с даты получения настоящего уведомления. С уважением, Отдел магического правопорядка» Регулус перечитал письмо дважды. Потом третий раз — медленно, вдумываясь в каждое слово. Шесть месяцев. Полгода. Это мало — если ничего не делать. И много — если начать сейчас. Он сложил лист, сунул в карман джинсов. Отхлебнул чай — горький, слишком горячий. Поставил кружку. Из детской донёсся всхлип. Регулус прислушался. Нет, показалось. Гарри дышал ровно. За окном дождь не стихал. Вода текла по стеклу, собиралась в лужи на подоконнике. Регулус посмотрел на свои руки. Шрамы, ожоги, то место, где когда-то горела Метка. Он редко смотрел на них. Сегодня посмотрел. — Полгода, — сказал он тихо. В комнате никого не было. Никто не ответил.

***

Утром Регулус проснулся рано. Гарри ещё спал — разметался по кровати, сбросив одеяло на пол. Регулус поправил его, постоял минуту и вышел на кухню. Он заварил чай, но пить не стал — просто держал кружку в руках. За окном серело. Дождь кончился, но небо было низким, тяжёлым. На подоконнике стояла лаванда — та самая, которую он посадил ещё в первую осень. Сухая, почти мёртвая, но ещё держалась. В половине восьмого он разбудил Гарри. — Вставай, мы идём в сад. — Не хочу. — Надо. — Почему? — Потому что мне нужно в одно место. — Без меня? — Без тебя. Гарри сел, насупился. — Ты всегда уходишь без меня. — Не всегда. — Почти всегда. — Сегодня — почти, — согласился Регулус. — Но я вернусь. Гарри подумал, потом слез с кровати. — Ладно. Но ты принесёшь мне что-нибудь? — Что, например? — Не знаю. Что-нибудь. — Принесу. Гарри кивнул и пошёл умываться. В саду Клара встретила его с улыбкой. — Вы рано, — сказала она. — Дела. — Всё в порядке? — Да. Нет. Не знаю. Регулус поцеловал Гарри в макушку, поправил шапку и вышел. Гарри смотрел ему вслед из окна, пока он не скрылся за углом. Министерство встретило его гулким эхом и толпами волшебников. Каминная сеть выбросила его в атриуме — грязном, залитом неестественным зелёным светом. Регулус поправил мантию, подошёл к стойке регистрации. — Мне нужен отдел, который занимается пересмотром дел. — Вопросы по уголовным делам — третий этаж, — ответила волшебница, не поднимая головы. — Кабинет 347. Он поднялся на лифте. В кабинете 347 сидел молодой волшебник с усталыми глазами, перед ним стояла стопка бумаг. — Мистер Блэк, — сказал он, просматривая регистрационную карту. — Вы по поводу дела вашего брата? — Да. — У вас есть доказательства? — Пока нет. Но они будут. — Когда? — В течение шести месяцев. Молодой человек вздохнул. — Таких, как вы, — много. Все хотят помочь родственникам. Но дела без доказательств не пересматриваются. — Я знаю. — Тогда зачем вы пришли? — Чтобы вы знали, что я приду. И что у меня есть эти доказательства. — У вас есть адвокат? — Нет. Но я найду. Молодой человек пожал плечами. — Ищите. Время идёт. Регулус вышел. В коридоре было светло, белые стены, зелёные мантии. Он прошёл к лифту, но не нажал кнопку. Просто стоял и смотрел на закрытые двери. — Мистер Блэк? Он обернулся. Сзади стоял мужчина — невысокий, полный, в очках. Рыжие волосы зачёсаны назад. — Я мистер Тэтчер, адвокат. Слышал ваш разговор. — И что? — И подумал: вы выглядите как человек, которому нужна помощь. Регулус недоверчиво посмотрел на него. — Вы работаете в Министерстве? — Нет. Я частный адвокат. У меня офис в Косом переулке. Если хотите — зайдите. Поговорим. Он протянул визитку. Регулус взял, прочитал. — Зачем вам это? — У меня есть правило: браться за дела, которые другие считают безнадёжными. — Тэтчер улыбнулся. — Ваше как раз такое. Он развернулся и ушёл в толпу. Регулус посмотрел на визитку и нажал кнопку лифта. Он забрал Гарри в обычное время. Гарри сидел на ковре с Драко и Ханной, строил башню. — Папа! — крикнул он, увидев отца. Регулус присел. — Как день? — Хорошо. Мы построили башню. Она упала. Потом построили снова. — А ты не скучал? — Немного. — Гарри посмотрел на него. — А ты? — Тоже немного. — Ты принёс что-нибудь? — Принёс. — Регулус достал из кармана маленькую шоколадку. — Держи. Гарри взял, посмотрел. — Это всё? — А ты хотел что-то другое? — Нет. Шоколад — это хорошо. Он сунул шоколадку в карман и взял отца за руку. — Пойдём домой. Они вышли на улицу. Был вечер, фонари зажигались. Регулус смотрел на Гарри, который бежал вперёд, перепрыгивая лужи, и думал о том, что шесть месяцев — это и мало, и много.