Глава 8. Некоторые загадки загадывает сама Смерть.

Глава 8. Они сделали привал, Драко ни слова не сказал об их небольшом разговоре, и за это девушка была особо благодарна, сейчас, когда эмоции спали, она была не готова обсуждать свой порыв. — У нас не так много времени, однако мы идём в графике, — неизвестный маг говорил на французском, и Джин шепотом переводила его слова Малфою. — Главное, успеть добраться до самого начала плато, там есть место, где остановится на ночь и сделать это безопасно, на следующий день у нас запланированы обследования территории, на которой не действует магия, поэтому приготовьтесь заранее, если всё пойдет, как запланировано, то пару дней нам хватит, чтобы выяснить есть ли потенциал для большой экспедиции или в этом нет смысла. Если кому-то станет плохо, почувствуйте себя странно, возникают миражи, то сразу сообщите мне. Драко внимательно вглядывался в незнакомого мага, слушая перевод Джин, он и сам неплохо владел французским, а тут было не так сложно, однако своё умение, он тщательно скрывал, посколько это вовсе не нужно было знать всем. Козыри в рукаве и должны оставаться в рукаве, а не становится достоянием общественности. Они расположились на привал, Якзан с помощником покормили животных, ответственный маг за прием пищи, приготовил еду, сверху был натянут небольшой магический тент, защищающий от палящего солнца. Уизли витала в облаках, но это была лишь видимость, она пристальное своё внимание уделяла помощнику месье. Высокий, худой, он цепким взглядом следил за каждым движением месье, иногда неприязненно косился на Якзана, который разговаривал с группой магов и рассказывал что-то интересное и веселое, судя по довольно оживленным лицам. Также пару непонятных взглядов Джин успела поймать на Малфое, и если бы она сама не следила за движениями помощника, то даже бы не предала им значение. Еда была вкусная, скоро должен быть готов чай, а дальше им снова предстояло ехать верхом. — Ты как, не устала? — Голос Малфоя вернул её из размышлений в реальность. — Не сильнее, чем все остальные, а ты сам? Не жалеешь, что согласился стать попутчиком? — Насмешливо поинтересовалась она. — Нет, дорогая, как я могу жалеть о такой прекрасной возможности, — он подвинулся ближе и теперь манерно растягивая слова, дразнил её в ответ. — Мне так и не удалось поговорить с месье наедине, везде этот компаньон шастает, — перейдя на шепот, сообщила уже серьёзно Джин. — Да, мне тоже это не нравится, я отослал запрос, скоро должны получить результаты через портовую шкатулку по этому господину. — Запрос? — Глаза цвета неба заинтересована сверкнули. — У нас есть своя служба безопасности, — Драко пожал плечами. — Как интересно, но вполне ожидаемо, у нас ещё есть время? — Да, полчаса, потом выдвигаемся в путь, скоро будет чай, а что ты хотела? — Прогуляемся? Я не хочу чаю, а ты? — Давай прогуляемся, — Драко фыркает, — чай не кофе, конечно.       Раскаленный песок, обжигающее солнце и горячий ветер в лицо. Они не стали отходить далеко, просто пошли вокруг лагеря. Джинни молчала, только вглядывалась в горизонт и думала о своём. Драко убрал руки в карманы и подстроив свой шаг под более умеренный шаг девушки неожиданно стал вспоминать того человека, благодаря которому он сам стал человеком.       Пятый курс. Это было так давно, что кажется это было в другой жизни, однако всё это было именно с ним. Темные коридоры собственного дома пронизывают холодом и от стен веет безнадежностью — он приехал на каникулы в родной дом, но место, которое он называл домом больше не существует. Теперь это резиденция Темного Лорда. Он в относительной безопасности только в своей комнате. Ему нужно быть достойным наследником.       Первый его ужин с бежавшими пожирателями смерти тянется непозволительно долго. Во главе стола сидит Темный Лорд и его красные глаза надменно и презрительно смотрят на каждого. Тетушка Белла, такая красивая раньше, выглядит сумасшедшей, безумной ведьмой, которая смеется хриплым смехом не в попад, и от смеха которой кровь стынет в жилах. Мать бледнее, чем когда-либо и её холодная маска, застывшая безразличием на лице пугает даже больше, чем безумный смех Беллы. Некоторые маги за столом ему неизвестны.       Взгляд притягивает человек в черной, странного кроя чистой одежде, который словно и не был в заточении столько лет, если остальные пожиратели выглядят осунувшимся, некоторые даже болезненно, то он нет. А еще от него веет странным спокойствием, если остальные, даже безумная тётушка, Драко это замечает, потому что сам чувствует это, бояться Лорда, то этот незнакомый мужчина нет. Он отвечает на редкие вопросы Темного Лорда уверенным тоном, голос его не дрожит и хотя хриплые нотки прорезаются, из-за того, что эти люди ни с кем не говорили так долго, это не портит его ответы. — Что ж, — шипит лорд в конце ужина, он находится в хорошем расположении духа и это Драко пугает ещё больше, потому что иногда чья-то милость может оказаться страшнее гнева, — пора нам учить и молодое поколение, не так ли, Нарцисса? — Впрочем, ответа от ещё больше побледневшей матери мужчина не требует, — кто возьмет этого щенка в ученики?       Лорд внимательно обводит взглядом всех за столом, Белла смеется и Драко с удивлением замечает как морщится Лорд, он быстро отводит взгляд и натыкается на пронзительный взгляд незнакомца в чёрном. Карие глаза застают врасплох и Драко не сразу отводит взгляд, утыкаясь в свою тарелку, боковым зрением он замечает один из братьев Лестрейнджей тянет руку и тут слышит голос незнакомца. — Я возьму, мой Лорд, — спокойный голос мужчины в черном разрезает тишину, рука Лестрейнджа мгновенно опускается, переходить незнакомцу дорогу не хочет никто. — Что ж, Антонин, если ты хочешь, — растягивая слова, шипит Темный Лорд, — забирай на время каникул, и помни, никаких нежностей. — Я давал повод для сомнений, мой Лорд? — Драко в ужасе смотрит на мужчину, голос того звучит холоднее, карии глаза мгновенно затапливает тьма и он становится опасным, но реакция Лорда удивляет Драко ещё больше, тот смеется и холодный смех разлетается по помещению. — Нет, Антонин, ты — никогда, на сегодня всё, — Лорд резко встаёт из-за стола, и удаляется прочь. — Драко, — обеспокоенный голос Джинни застигает его врасплох, выдергивая из воспоминаний. — Что? — Голос Драко звучит холодно, и он передергивает плечами, словно чувствуя как холод из воспоминания охватывает его и не выпускает. Обеспокоенное лицо Джинни. — Зову тебя третий раз, а ты не реагируешь, — она расслабляется и ему становится немного совестно. — Задумался, так что ты хотела? — У меня, — девушка замолкает, и словно раздумывает говорить ему или нет. — Что у тебя? — Предчувствие и оно мне ужасно не нравится, — она хмурится и она действительно этим обеспокоена. — Ощущения могут ошибаться, Джин, может просто у тебя не подходящее настроение, — он ничего не говорит про Поттера, но намек вполне читаем. — Нет, дело не в моем настроении, ладно, забудь, — она машет рукой, и уходит вперед, но мужчина её тут же догоняет. — Я не отмахиваюсь от твоих слов, просто, — он вздыхает, — очень хочется, чтобы ты ошибалась, сейчас мы не в том месте, и не с теми людьми, чтобы было время для чего-то такого неправильного. — Думаешь, может произойти что-то непоправимое? — Возможно, — Драко качает головой и смотрит на лагерь, люди постепенно начинают собираться, ими командует Якзан, он не собирается говорить Джинни, но он точно знает, что что-то такое обязательно случится, — что именно у тебя за предчувствие? — Что мы обязательно найдём следы артефактов Клеопатры, но нам это не понравится, — небесные глаза Джинни темнеют и становятся похожи на грозовое небо, — и помощник, ты ему не нравишься, или он тебя подозревает, или опасается, не знаю, но имей это ввиду. — Лучше бы тогда там не было никаких артефактов, — Драко хмурится, — он мне тоже не нравится, так что у нас тут с ним взаимопонимание.       Черное небо и звезды, словно блестки рассыпанные по небосклону. Они успевают вовремя и теперь становятся в постоянный лагерь. Всем командует месье Дюпон, который озвучивал их план ранее на стоянке. У Джинни и Драко своя магическая палатка с двумя отдельными спальнями, Драко устанавливает её за каких-то пятнадцать минут. Внутри находится гостиная, общая ванная и две комнаты, которые пожалуй ничуть не хуже их комнат в лагере. Джинни восхищенно рассматривает их новое жилье. — Даже не хочу спрашивать, сколько она стоит, Малфой, — ворчит она. — И не спрашивай, я всё равно не знаю, это палатка матери, и она как видишь немного старомодна, но всё равно тут прохладно, много места и есть даже ванная. — Да, я жила в таких палатках, но в таких роскошных не приходилось, — Джинни относится к этому совершенно спокойно, ей нравятся зеленые цвета в которых выполнена мебель и интерьер, и нравится, что тут у неё своя комната. — Что ж, выбирай комнату, — Драко усмехается уголком губ. — Это фраза кажется уже традиционной, — Джинни усмехается в ответ, — пусть будет правая. — Ты даже не посмотрела. — Уверена, что там есть кровать, остальное меня не сильно интересует. — Что ж, потом не жалуйся, — фыркает он. — Не дождешься.       Они разбирают вещи и после ужина со всеми, устраиваются в гостиной. Приглушенный мягкий свет магических светильников придает особый уют. Джинни сидит в большом кресле по-турецки и читает какую-то книжку. Рыжее локоны водопадом лежат на плечах и чуть переливаются от бликов светильников. Драко сидит за столом и пытается разобраться в документах, но разбираться не выходит, он слишком часто отвлекается, чтобы посмотреть на увлеченную Джинни книгой, и потом ему приходится снова перечитывать одно и то же. Надо идти спать, поработать всё равно не получается нормально. И всё же он ловит себя на мысле, что ему нравится сидеть с ней в тишине и пытаться разбирать свои бумаги, чувство умиротворения накатывает волнами, хочется продлить это неспешное ощущение жизни, но ничего не длится вечно.       Джинни резко захлопывает книгу и встает с кресла. Она выглядит слишком задумчивой и собирается к выходу. — Ты куда? — Хочу прогуляться, — неясная тревога поднимается изнутри, мужчина оглядывается вокруг, прислушивается, но ничего не слышит подозрительного. — Пойдём вместе, — Джинни уже хочет возразить, но потом натыкается на его сосредоточенный взгляд, на его плавные движения и понимает, что сейчас лучше с ним не спорить, что-то опасное, хищное светится у него в глазах. — Хорошо, — она нехотя кивает. Они выходят из палатки и Драко набрасывает защитные заклинания. Лагерь освещен магическими огнями по периметру и в центре и у некоторых палаток. Многие разбрелись по своим палаткам, но кто-то ходит и занимается делами, они видят как вдалеке с кем-то ругается Якзан. — Не будем подходить? — Думаю, что не стоит, — мужчина качает головой. Беспокойство за Джинни становится меньше, но не уходит без конца. Он почти касается её плечом, когда они выходят из лагеря. — Драко, что-то не так? — Не знаю, что там твое предчувствие? — Оно не касается плато, оно касается именно артефактов. — Жаль.       Малфой всё ещё излучает собой хищника, который притаился и в любой момент готов нанести решающий смертельный удар. Они идут в ту сторону, с которой пришли, там проверенная местность и заблудится не получится. Рядом все ещё доносятся звуки лагеря и видны его огни. Джинни садится на ближайший валун и запрокидывает голову вверх. Тысячи звезд южного неба раскинулись на черном полотне и теперь смотрят на происходящее внизу с интересом. Драко садится рядом и тоже смотрит на небо, потом смотрит на восторженное лицо Джин. — Какая же красота, — выдыхает она тихо и когда уже затекает шея, садится ровнее. Вдалеке мерцают огоньки лагеря. — Да, – Драко согласно кивает. Они какое-то время наслаждаются тишиной. И Джинни внезапно спрашивает: — Ты знаешь Дафну лично, она хорошая? — Ревнуешь? — С интересом спрашивает Драко, вглядываясь в темноте в её лицо. — Нет, наверное, нет, — Джинни остается совершенно спокойна, — просто интересно, какая она, ну то есть в обычной жизни, не в школе и не на светских мероприятиях. — Переживаешь за Поттера? — Почему-то этот факт отзывается горечью и оседает неприятным чувством внутри, они так давно расстались, а она всё равно за него переживает. — Нет, за него я как раз не переживаю, — Джинни смеется, поймав его удивленный взгляд, — я уже достаточно за него переживала и уверена, что сейчас с ним-то точно будет всё хорошо, а вот Дафне придется тяжело. — Даф хорошая, — Драко незаметно расслабляется, словно её ответ вселяет в него какую-то надежду, что тут наконец-то не будет Поттера, он ему ещё в школе надоел. — Даф? — Да, — и лишь потом поймав взгляд голубых глаз, понимает, что именно она может неправильно понять, — я был помолвлен с её младшей сестрой, Астория, может помнишь, вы одного года, — имя бывшей невесты обжигает язык, но на удивление самого мужчины уже не заставляет бится чаще сердце и он считает, что это отличный знак. — Астория, да, такая холодная неприступная блондинка, — Джин кивает, почему-то тот факт, что Дафну ничего не связывает с Драко её определенно радует. — Дафна стойкий солдатик, и у неё несносный характер, так что если бы мы не дружили, то я бы опасался её, честно, — мужчина смеется, смех разлетается над плато и остается где-то в знойных песках пустыни, которые ещё не успели отдать тепло холодной южной ночи. — Что ж, тогда я за неё спокойна, а с Асторией, — видя его помрачневшее лицо, она меняет вопрос на ходу, — с Асторией вы так и не поженились. — Нет, не поженились, — голос Малфоя отдает какой-то затаенной болью, словно она вдруг затронула ту часть жизни, которую он давно похоронил. — Прости, — она в извиняющемся жесте касается его руки и чувствует, что у него холодные руки, — ты замерз, можем идти обратно?       Драко чувствует её теплое прикосновение и вздрагивает, он замёрз слишком давно, и лед, в который превратилось его сердце совсем недавно начал плавится рядом с этой невозможной Джинни Уизли. И всё же воспоминание об Астории обжигают горечью, но уже не задевают сердце, и пусть он в глубине души чувствует, что не до самого конца отпустил эту историю, он не живёт ею, воспоминания приносят только отголоски былых чувств. — Не только у тебя в шкафу есть скелеты, — тихо отвечает он, — если хочешь, можем возвращаться, — не отвечая на её вопрос, добавляет Драко. — Нет, не хочу, но и лечить тебя от простуды не собираюсь, — Джинни берет обе его руки в свои и крепко сжимает, пытаясь согреть, тепло её рук обжигает до самых костей. Ей до сих пор неловко, что она спросила о том, о чём можно было не спрашивать. — Ты что делаешь? — Пораженно спрашивает Мафлой, он словно замирает от её прикосновений. — Пытаюсь тебя согреть, — выдыхает Джинни. — Ты и так с этим справляешься, — фыркает он в ответ, имея в виду совершенно другое, Уизли делает вид, что не слишком вслушивается в его фразу, а сама готова разулыбаться до ушей от этих его слов, но сдерживается, чтобы он ничего не заметил, она итак поставила его в неловкое положение и уж сегодня не собирается делать это дважды. Драко мягко освобождается от её прикосновений и встает с камня. Делает несколько взмахов палочкой и наколдовывает большой и пушистый плед, ловко накидывает его на плечи Джин, которая в него улыбаясь, закутывается. — И кто из нас мерзнет? — Спасибо, и нечего ворчать, иди сюда лучше, — она расстилает плед на камень, сама закутывается в один конец и один оставляет для спутника. — Мне итак хорошо, — он отрицательно качает головой, оставаясь стоять, засовывая руки в карманы. Джин вздыхает, встает с камня и взмахнув пледом, как крыльями, закидывает ткань ему на плечи, а сама вдруг становится слишком близко к неожидавшему такого Малфою, и почти обнимает его за шею. — Что ты как маленький, я же вижу, что ты замерз, — ворчит она, всматриваясь в его серебристые глаза, чуть запрокидывая голову вверх, потому что разница в росте сейчас особенно чувствуется.       Малфой сглатывает ком в горле и проваливается в глаза цвета неба, словно падая с большой высоты вниз камнем, а земли всё так и не видно, он достает руки из карманов и резко притягивает её за талию. Теперь девушка чувствует его прохладные ладони даже сквозь плотную ткань, она сама тонет в серебре его глаз и не хочет оторваться, неосознанно хватается за его плечи.       Малфой наклоняется и теперь лицо его так близко, что она чувствует его дыхание. — Не смей со мной играть, Джинни Уизли, — властным тоном с бархатными нотками выдыхает он ей в лицо. Джин задерживает дыхание и продолжает смотреть ему прямо в глаза. Ей нравится так стоять, чувствовать, как бьется его сердце и как постепенно темнеет расплавленное серебро на дне его глаз. Она ничего не успевает ответить, как со стороны лагеря раздается крик. Девушка вздрагивает от неожиданности и чувствует, как Драко неосознанно притягивает ещё ближе к себе, сам мгновенно поворачивает голову в сторону лагеря. — Что-то случилось, — он разрывает объятья, заостряются черты лица и от него веет опасностью и магией, которую он не сильно собирается сдерживать. — Сейчас мы возвращаемся, на тебя наколдую чары невидимости, беззвучные и ещё парочку щитов, держись позади меня и никуда ни шагу, — если ничего страшного, тут же сброшу все это. — Почему это? Я тоже могу за себя постоять, — она возмущенно складывает руки на груди. — Потому что моя аура погладит твою, если не будешь высовываться, и если там действительно что-то серьёзное, то незаметный маг, о котором не знают и который может постоять за себя, нам будет намного полезнее, ясно? — Передразнивая её, хмуро объясняет он. — Ясно, — Джин вздыхает, но всё же послушно дает на себя навесить кокон из чар, его слова звучат вполне разумно и хоть Джинни с этим не совсем согласна, она не собирается из упрямства спорить с тем, что логично, да и тон его никаких споров не предполагает. Он кивает и они быстрым шагом приближаются к лагерю.       В лагере стоит суета и гомон, хотя людей кажется не так и много, все собрались вокруг странного круга в центре которого лежал один из французских археологов и судя по всему он был мертв. Та часть магов, которые были арабами тоже вели себя странно: стояли на коленях и молились. — Что здесь происходит, — холодный голос Малфоя приводит всех в чувство. Он незаметно машет рукой Джинни и она тоже подходит, чары слетают. — Мы готовились спать, когда поняли, что Амбруаза слишком давно нет, он ушёл за водой и вот, — пояснил кто-то на английском, — никого чужих нет, за месье Шале уже послали. — Ничего не трогать, магию не применять, Джин переведи, — Джинни послушно перевела всё на французский, — что с ними? — Драко кивает в сторону тех, кто молится. — Они думают, что боги их защитят, они просят прощения перед богами и землей, которую они потревожили, — голос Якзана раздается рядом, он в простой рубашке и штанах, босиком, видно, что его только что разбудили.       Драко окидывает всех холодным взглядом, сейчас он не выглядит просто английским гостем, все присутствующие чувствуют его магическую силу, которая подавляет и которую он не сильно-то и сдерживает. Из палатки месье спешат двое: месье и его помощник. Даже в полумраке видно, как бледнеет месье, глаза его бегают, он словно зверь, загнанный в западню. — Что тут? — Помощник месье выходит вперед и тут же делает шаг назад, Джинни впивается в его лицо и замечает как в глазах невозмутимого помощника плещется страх напопалам с удивлением, он явно видит эту картину впервые. — Убийство, вполне себе ритуальное, — голос Малфоя раздается в тишине как выстрел и Якзан смотрит на него слишком внимательно. — Проклятье, это всё проклятие царицы, — начинает причитать кто-то в панике. — Вряд ли, схема на песке слишком человеческая, проклятия не умеют выводит руны, — хмыкает Малфой. — Что делать дальше, нужно возвращаться. — Мы не сможем вернутся сейчас, слишком темно и авроров сюда тоже не вызвать, нельзя ничего трогать, я наложу чары сохранения, и мы все дружно отправимся по палаткам, а утром уже решим, ясно? — Холодный, пробирающий тон Драко не оставляет никого равнодушным. — Почему решаешь ты, — надменно спрашивает его помощник и тут же ежится от ледяного взгляда Малфоя. — Потому что я, — он делает паузу, а потом обводит всех присутствующих насмешливым взглядом, — единственный, кто точно вне подозрений, ещё Джинни, но она была со мной. — Это почему же? — Якзан говорит спрашивает спокойно, скорее с интересом, чем с недовольством. — Потому что маячки, которые навесили ваши коллеги: помощник и месье Дюпон, независимо друг от друга, подтвердят, где именно я находился и в какое время, впрочем смотрите, — Драко что-то колдует и красная нить вместе с белой уходят в ту сторону, откуда они пришли с Джинни. Они фиксируют даже время ухода из лагеря и время когда они вернулись, — и пока что, я оставил их себе. У остальных же таких гарантий нет, не так ли? Так что все расходятся по палаткам до завтрашнего утра, я уже замкнул периметр и выйти просто так ни у кого не получится. Просьба всем наложить запирающие чары и завтра проведём допрос.       Джинни стояла рядом и громко переводила каждое слово Малфоя. Якзан перевел на арабский, тем кто стоял на коленях. Пара магов встали и подошли к нему, несколько так и остались молится. — Они верят своим богам, — пояснил им мужчина. — Это их право, главное, что бы не касались купола, — во время разговора, Драко наложил специализированные чары. Джинни что-то шепнула ему на ухо и он кивнул, она тоже прошептав неизвестное заклинание наложила его поверх чар Драко. — Почему мы не можем хотя бы подготовить его? — Потому что любое вмешательство может запустить скрытый механизм, мы не знаем, что именно хотел сделать автор и что он заложил в эти символы, поэтому что-либо трогать нельзя, мне жаль.       Драко дождался, пока все разойдутся и кивнув на прощание Якзану, они с Джин поспешили в палатку. Только после нескольких защитных совместных слоев, Джин наконец-то могла выдохнуть. — Какой кошмар, — произнесла она тихо, — лучше бы предчувствие меня обмануло. — Ничего не поделаешь, самое страшное, что это сделал кто-то из своих, или помог сделать, их могло быть несколько, и это не просто убийство, это ритуальное убийство. И понять бы, что за ритуал или это часть ритуала, — Драко задумчиво смотрит на руки Джин, как она бессознательно крутит кольцо на правой руке. — Ты хочешь сказать, что это может быть лишь начало? — Она обеспокоенно вглядывается в лицо мужчины, в надежде найти там знакомую усмешку и услышать: я пошутил, дорогая, однако этого не происходит. — Очень надеюсь, что нет, но вполне может им быть, — он поднимает на неё уставший взгляд, он бы рад сказать ей, что всё это чей-то жестокий розыгрыш, однако это совсем не так. Малфой потратил достаточно магии и теперь нужно восстановить резерв и завтра разбираться во всем этом. Месье Шале прибывает в шоке, командовать и руководить тоже словно никто из них не собирается. — Ты знал про маячки сразу? — Почувствовал, когда выходил из лагеря, просто отслеживание пути, нет передачи ничего, кроме места нахождения, поэтому оставил, — он пожал плечами. — Там столько крови, — Джин передернула плечами, вспоминая нелицеприятную картину, она участвовала в войне, в стычках с пожирателями, и даже в некоторых рейдах Поттера, но такого нигде ещё не видела и это было не в бою, не вовремя войны, это было в обычное мирное время и от этого становилось ещё ужаснее. Он заметил, что она дрожит. — Эй, — Драко подошел и просто обнял её, Джинни послушно уткнулась в его плечо, дышать стало легче, аромат хвои успокаивал как и его объятья, она легко обняла его в ответ, стало намного легче и спокойнее, он ласково погладил её по спине, успокаивая, дрожь постепенно сошла на нет. — Не переживай, я с тобой, и на сегодня ритуал закончен, так что до следующей ночи убийств не будет. — Очень успокаивает, — улыбнулась она, сделав глубокий вздох, не разрывая объятий. Так хорошо было стоять, чувствовать себя в кольце рук и ни о чем не думать, тепло чужого тела разливалось и проникало в самое сердце. — Пора спать, дорогая, — Драко улыбнулся, выпуская её из объятий, хотя был готов простоять так пожалуй вечность, а лучше две, — сегодня поспишь со мной, наколдуем ещё одну кровать, не хочу, чтоб ты оставалась одна.       Джинни растерянно замерла от его слов, не хочу, чтоб ты оставалась одна, эхом раздавалось у неё в голове, так просто и до того приятно, Поттер никогда так не говорил и постоянно оставлял её одну, когда уходил на рейд. — Обещаю не приставать, — не совсем верно поняв её растерянный вид, произнес Драко.       Они вошли в его комнату. Большая двуспальная кровать занимала большую часть комнаты, так же имела небольшой шкаф и стул с тумбочкой, на которой можно при желании было что-то писать и использовать её как стол.       Уизли ещё до этого заметила, как он устал, это впрочем и так было ясно, столько резерва положить за один вечер, она бы точно была близка к магическому истощению. — Раз ты обещаешь не приставать, лягу просто с другой стороны, ни надо магию зря расходовать, да и не факт, что наше жилье переживёт такие изменения, это же изначально вшито в ткань и неизвестно, как вся конструкция отреагирует. Пойду только переоденусь и умоюсь.       И не давая никакого шанса себе передумать, Джинни ушла, оставив ошарашенного Малфоя одного. — И на какой половине ты спишь? — На левой, не люблю у прохода, — Драко тоже успел уже переодеться и сейчас был в простой черной футболке и пижамных штанах, обычно он спал без футболке, но решил не смущать Джин.       Погас свет, между ними было достаточно расстояния и Джинни держась за кромку одеяла, смотрела в потолок. Потом повернула голову в сторону мужчины и увидела, что тот спит на боку, к ней лицом, мерное дыхание говорило о том, что он уснул крепко. Она бесшумно повернулась на бок, к нему лицом и чуть подвинулась ближе, рассматривая его в полумраке. Глаза стали закрываться и Джинни постепенно провалилась в царство Морфея.