Часть 7. Парижский триумф

Кабинет Миранды Пристли. Пахнет дорогим деревом, свежим глянцем и едва уловимым шлейфом того самого селективного парфюма, который теперь ассоциировался исключительно с победой. – Лайонел, может, нам стоит поехать к Тиффани и разрушить ее план? Я хочу видеть разочарование на ее лице, когда мы сделаем это. Шабандар хитро усмехнулся, вальяжно откинувшись на спинку кресла, и ответил: – Твой план звучит заманчиво, Миранда, но есть загвоздка. – Какая же? – парирует Пристли, с интересом дожидаясь ответа. Она опирается на локти и вглядывается, казалось бы, даже в глаза самого Лайонела, с неподдельным любопытством. Этот мужчина умел удивлять, когда хотел. – Я думаю, тебе это лучше увидеть. Скоро вернусь. Шабандар выходит на несколько минут из офиса Миранды Пристли, на ходу разговаривая с кем-то по телефону со странной, почти хищной улыбкой. Из коридора доносился его низкий, уверенный голос, раздающий короткие приказы. Спустя некоторое время он возвращается, улыбаясь ещё шире. – Включи телевизор, – торжественно говорит он, и удобно садится на дорогой кожаный диван Миранды, располагаясь рядом с ней. Пристли взяла пульт, лежащий недалеко от неё, и включила телевизор. Экран моргнул, и на нем тут же высветилась большая красная надпись: «Снос люксового ресторана L’Ambroisie», а справа красовалась плашка "В прямом эфире". Репортёр, мужчина тридцати лет со странным большим носом и с нелепой прической шегги, что-то быстро и внятно лепетал на фоне оглушительного грохота строительной техники. А говорил он следующее: – Прямо сейчас на ваших экранах вы можете увидеть, как люксовый ресторан L’Ambroisie, принадлежащий известной Тиффани Вэнс, сносят с лица земли! По сообщениям властей, земля под зданием была выкуплена неизвестным холдингом всего час назад из-за грубых нарушений контракта! На экране тяжелый экскаватор с размаху вогнал ковш в панорамное остекление фасада, превращая роскошный интерьер в груду мусора. Надоедливый репортёр подбежал к стоящей неподалеку Тиффани Вэнс, которая в ужасе сжимала в руках свою сумочку от Биркин, и спросил: – Мадам, каковы ваши эмоции на данный момент? Кто ручается за этот непреднамеренный хаос? Сколько денег вы вложили в постройку такого дорогого ресторана, который посещали культовые знаменитости? Планируете ли вы закрыть бизнес или... Дальше Миранда не слушала. Ей было достаточно услышанного. На лице Тиффани застыла такая гримаса отчаяния и краха, что ехать туда лично уже не имело никакого смысла. Предательство Патрика было отомщено за считанные минуты. Миранда медленно выключила звук и повернула голову к Шабандару. – Лайонел, это... – Да, дорогая. Это я, – гордо ответил тот, подняв голову и ехидно улыбнувшись. Он наблюдал за её реакцией, упиваясь моментом. — Ты довольна? – Более чем. Миранда едва заметно улыбнулась уголками губ — высшая степень одобрения, которую от нее можно было заслужить. В кабинете повисла секундная, многозначительная пауза. Лайонел мягко поднялся с дивана, поправляя пиджак. – Прекрасно. Тогда я пойду..? Эта фраза прозвучала довольно странно: вроде бы как повествование, а вроде бы и даже в вопросительной форме, словно он ждал, что она остановит его или скажет что-то еще. Миранда не заставила себя ждать. Она подняла на него свой фирменный, оценивающий взгляд. – В субботу в 7PM. В ресторане Le Meurice Alain Ducasse. Франция, Париж. Приглашаю. На самом деле, это закрытая вечеринка моды, но мы с тобой должны отметить этот триумф. Ты можешь идти. Это всё, – парирует Миранда, после чего плавным движением надевает свои фирменные очки и возвращается к журналу моды, давая понять, что аудиенция окончена. Шабандар замер на секунду, переваривая услышанное, а затем его лицо снова озарила довольная улыбка. Париж. Отличный финал для их маленькой войны. Он молча кивнул и вышел из кабинета, оставив Миранду в идеальной, заслуженной тишине.