Глава 31. Покои Поппи Помфри.

      Можно ли было солгать под действием Веритасерума? Очевидно, выпивший не может даже просто о чём-то умолчать. Но опытные маги могут избежать его воздействия с помощью антидотов и заклинаний. Одаренный окклюмент тоже может противостоять сыворотке правды.       В носу свербило от едкого запаха лекарственных снадобий. Такой же аромат стоял в больничном крыле Хогвартса. Открывая глаза, Гермиона пыталась приглядеться расфокусированным зрением. Обстановка была ей не знакома — это была не её комната. Это вообще не Астрономическая башня. Веки тяжелели, словно ей вкололи ударную дозу свинца. Очень сильно хотелось спать. Да, может, это и к лучшему? Она явно была в горизонтальном положении и в безопасности — что ещё нужно?       Нет-нет, подождите, что-то тут не сходилось.       «Я что, в самом деле в больничном крыле?»       Сознание уже во всю бодрствовало, в отличие от тела, которое лежало пластом на кушетке. Палаты школы, к счастью, пустовали ещё с начала сентября. Конечно, были травмы и незначительные болезни, в основном у мальчишек из-за Квиддича, но они не нуждались в госпитализации: Поппи справлялась лёгкими заклинаниями и зельями. Так что можно было утверждать, что гриффиндорка лежала в личных покоях.       Втянув поглубже кислород, её нос поморщился: вонь была страшная — аммиак в перемешку с бадьяном. Да, это вам не парфюмерная лавка.       Мадам Помфри тихонько сидела недалеко от её кровати и читала какой-то справочник о травах, чтобы совсем не умереть от скуки. Увидев шевеление на койке Гермионы, она вскочила и начала вопить: — Очнулась, очнулась! Слава Мерлину! Очнулась, ну надо же!       От этих криков голову пронзила ноющая боль, затёкшее тело еле-еле поддавалось движению. — Мадам, не так громко, умоляю, моя голова звенит! — промычала ученица.       Помфри заохала, переходя на шёпот, и начала причитать уже в пол голоса: — Мисс Грейнджер, Вы пролежали без сознания больше суток. Это чудо, что вы пришли в себя так скоро!       «А что я вообще здесь делаю?» — быстрое осознание того, что она не в комнате. — Мадам Помфри, что.. что я... как я здесь... — медсестра не дала ей выговорить предложение. — Мисс Грейнджер, вам нельзя напрягаться и волноваться! Я сейчас всё сама расскажу, как только вы выпьете этот настой.       Отпивая медленными глотками какое-то горчичноватое пойло, она ощущала, что во рту начало печь. По вкусу напоминало отвар календулы с растопырником. Должно быть, что-то успокаивающее.       Наблюдая за ней, Поппи вдруг выдала: — Вам так повезло, если бы не мистер Малфой...       Всё содержимое тут же было выплюнуто изо рта наружу. Гермиона начала кашлять и говорить одновременно: — Мистер Малфой? Вы ничего не путаете?       Хотя, откуда ей было знать? Она ведь ничего толком и не помнила. — Мисс, Драко Малфой принёс вас сюда позапрошлой ночью, сказал, что Вы потеряли сознание. Видно, случился приступ и вы упали в обморок!       Она начала вытирать её слюни с пододеяльника. — Драко Малфой принёс меня в больничное крыло?       «Это розыгрыш? До апреля ещё далековато.» — К тому же у вас сильное переутомление: ваш организм просто не выдержал, вот вы и здесь.       Нахмурившись, девушка попыталась приподняться и хотя бы немного сесть, чтобы реанимировать мышцы. Её физическое состояние было сравнимо с головешкой-поленьем для розжига камина — такое же деревянное.       И откуда приступ? Гермиона вообще ничего не понимала. Последнее, что отпечаталось в голове, — это действительно образ Малфоя, который стоял в их общей гостиной. И потом... всё, темнота. — Мадам, но я никогда раньше не теряла сознание от панических атак! Это очень странно. Да и не помню я, чтобы в последнее время у меня они случались.       Медсестра покачала головой в расстроенных чувствах: — Бедное дитя, случилось сильное эмоциональное потрясение, и от нагрузок мозг просто дал сбой и решил защититься. Она опять начала охать. — Сильное эмоциональное потрясение?       Верно, они же должны были поговорить... неужели из-за этого? Если только Хорёк не признался ей в любви! Это было на грани идиотизма. Истеричный смешок вылетел из её рта. — А как перепугался за вас мистер Малфой! Мне кое-как удалось его выгнать к утру, чтобы он смог нормально отдохнуть. Хотел остаться дежурить здесь, пока вы не придёте в себя!       Зрение мгновенно вернулось. Глаза округлились, а на лице выступил румянец. — Мы точно с вами говорим про одного и того же человека, Мадам?       Это не укладывалось в голове. Да не то, чтобы в голове, в одном предложении такое сложно сопоставить!       Помфри увидела реакцию девушки и мягко заулыбалась, но продолжать не стала. — Это всё – гриффиндорка выдохнула, — какой-то сон. Кошмар, и я скоро проснусь. Да, так и есть. Это всё не реально! — Мисс, отдыхайте! К вам всё равно велели никого не пускать!       Перед глазами забегали тёмные мушки. Признаки того, что состояние ученицы было нестабильным. Гермиона не стала больше ничего спрашивать, кто и что велел, она перевернулась на бок и закрыла веки, погружаясь в сон.       Остаётся только догадываться, что же произошло в башне старост пару дней назад.