11. Чёрные пятна

Обед и оставшиеся пары пролетают со скоростью света. Преподаватели стали замечать мою посещаемость, и это пугает — как они дрыгают бровями каждый раз, стоит мне плюхнуться за парту. Какие-то одногруппники даже предложили мне сходить с ними на обед. Я была не против — Стива видеть не хотелось, надоел, а Тони пока не писал мне. Понятия не имею, что он выяснил у Рамоны, и от этого тревожные невидимые букашки ползают по коже. Одногруппники оказались неплохими ребятами, имён я, правда, не запомнила. Один был пухлым, вторая — тонкой, ну идеально сложились. Весь обед трепались про «Подземелья и драконы», и мои уши свернулись в трубочку. Звали поиграть с ними когда-нибудь. Еле сбежала. — Увидимся, Клэр! — прилетает в спину от пухляша. — Пока, эм-м... Увидимся, ага! Потягиваюсь и выскакиваю из аудитории. Солнце прячется за облаками, такими же воздушными, как и мой новый знакомый, и от этого коридоры кажутся ещё мрачнее. Вливаюсь в толпу, спускаюсь по лестнице и проверяю сообщения. Написал только Стив — от Тони по-прежнему ничего. Отправляю ему короткое сообщение «ты как?» и прячу мобильный обратно в карман. Достигаю первого этажа, дожидаясь, пока поток людей вынесет на свежий воздух, но чья-то рука вдруг подхватывает меня под локоть и тянет в сторону, увлекая от толпы. — Опять меня игноришь? — бурчит Стив, короткими толчками направляя меня к кабинету с допами. Упираюсь ногами в пол, затормозив. — А ты опять сталкеришь! Мне на тебя судебный запрет оформить, не пойму? Стив тяжко вздыхает, обходя и становясь напротив — студенты недовольно огибают нас, бросая короткие многозначительные взгляды. — Мне нужно знать, что там с нашей, — Стив запинается. Понижает голос: — Нашей проблемой? Показательно зло втягиваю воздух. — Ну, наверное, ничего, раз я тебе ещё не написала? Не думаешь? Он закатывает глаза, открывает рот, чтобы что-то сказать и тут же захлопывает его. Озадаченно склоняет голову набок. — Что? У меня что-то на лице? — Пойдём в кабинет, — наклонившись ко мне, вкрадчиво просит Стив. — Бро, ты слово «отвали» знаешь? Он чуть отклоняется назад и я сразу же разворачиваюсь на пятках, чтобы скрыться в толпе, но его руки вдруг крепко обхватывают меня за талию, притягивая к себе. — Клэр. Может, всё-таки пойдёшь сама? Ногами? — Да отцепись ты, — дёргаюсь вперёд, и вдруг чувствую, как меня едва ощутимо отрывают от земли. — Сти-и-ив! Мир немножко переворачивается, накреняясь — одним мощным движением этот ненормальный закидывает меня на плечо. Крепко обхватывает ноги и несёт в сторону своего дебильного убежища задротов. — Отпусти меня!!! — Сейчас, секунду, кабинет открою. Лицо натурально полыхает адским пламенем, пока я колочу его по спине, но, судя по размеренному дыханию в ответ, для него это сеанс массажа. — Я тебя нахрен придушу! — Целься ниже, — бормочет он, подбросив меня удобнее. Со страху цепляюсь за его шею, не сразу разобрав тихий бубнёж. — ТЫ! Ты просто похотливый, идиотский... — Помочь выбрать ещё прилагательное? Ударяю его сильнее, но белобрысый говнюк в ответ только фыркает, звеня ключами, и толкает дверь плечом. В спину прилетают смешки и едкие шуточки, и я почти уверена, что половина кампуса теперь знает, какого цвета у меня нижнее бельё. Господи... За что? Едва оказываемся в кабинете, резко дёргаюсь вниз, надеясь соскользнуть неожиданно, но не получается — Стив прижимает мои ноги так крепко, что это почти больно. Ключи снова звенят, отрезая путь к отступлению. Стив проходит внутрь и наконец отпускает меня, усаживая на стол. Но и сейчас сбежать не успеваю: он нависает, упираясь ладонями по обе стороны от меня, и смотрит своими дебильными глазами за стёклами очков. — Тебе перевозбуждение в голову ударило? — огрызаюсь, подавшись к нему. Непроизвольно свожу колени вместе. — Знаешь, для этого давно изобрели... — Это Тони тебя целовал? Замолкаю, ошарашенно пытаясь переварить вопрос. — Что? Стив тянет ворот моей рубашки, не застёгнутой на верхнюю пуговицу, в сторону. Касается шеи. — Вот это — не моё. И вряд ли чьё-то ещё, кроме него. — Да какая тебе разница, мистер «Ничего-серьёзного»? Наши частые дыхания перемешиваются. В этот раз не отклоняюсь, встречая весь напор его взгляда. Ладонь так и греет шею. — Никакой. Только если ты не рассказала ему о том, что сначала делала это со мной. Сухой смешок слетает с моих губ. Стив щурится. — Тебе настолько плевать, что притащил сюда силой и спросил об этом? — Ты могла спрыгнуть. Мои брови сами взлетают вверх. — Ты головой ударился? Кто меня прижимал к себе, перепутав со штангой? Расстояние между нами вдруг стремительно сокращается. В этот раз пытаюсь дёрнуться назад, но его рука с шеи перемещается на мой затылок в пугающе привычном жесте. — Клэр. Тони знает? — шепчет Стив. — Да, — выплёвываю ему в лицо. — Уже не так интересно со мной играть? Стив быстро проходится языком по пересохшим губам. Его пальцы перестают давить на мою шею, возвращаясь на поверхность стола. — И что он сказал? — Я не буду обсуждать с тобой Тони. — Обсуди меня. Что он сказал про меня? Пульс учащается. Надо бы пошутить или съязвить, но вместо этого почему-то выдаю правду: — Спросил, зачем я тебя поцеловала: потому что хотела тебя или его. — И что ты ответила? — Как думаешь? Стив не сводит с меня взгляда. Молчит — только ухмылка прячется в уголках его губ. Он протягивает руку, убирая пряди моих взлохмаченных волос с лица — так аккуратно, что совсем не касается кожи, но я все равно уворачиваюсь. — Я думаю, Клэр, — наклоняется Стив к моему уху, игнорируя нелепые попытки сбежать. — Что ты занимаешься самым отчаянным видом самообмана из всех возможных. Пауза. Слишком громкая, невозможная и очевидная — но я ведусь. Хочется верить, что делаю это не потому, что я глупая рыбка, а потому что мне просто нужно узнать ответ. — Каким? Стив отклоняется назад, позволяя, наконец, нормально вздохнуть. Тут же нащупываю край юбки, натянув её пониже. — Думаешь, что уже сделала выбор, — пожимает плечами Стив, скрестив руки. Снисходительная поза и этот тон, сводящий с ума. В груди разгорается пожар, потушить который можно лишь одним единственно известным мне методом. Спрыгиваю со стола, сжав кулаки. Равняюсь со Стивом, задрав голову, чтобы видеть лицо. — А ты? Забыл, что тебе всё равно? Дурацкая улыбка не покидает его губ, и сейчас хочется лишь одного — стереть её любой ценой. Но я не могу. Не после Тони. Резко отворачиваюсь от Стива и спешу к выходу. На секунду задерживаюсь, обхватив ручку. — Увидимся на рейве, лошара, — бросаю, потянув дверь на себя. Но она не поддаётся. С протяжным вздохом зажмуриваюсь. Точно. Заперта. Стив разражается хохотом — таким звучным, что ещё немного и окна начнут трястись. Заразительно, чёрт — усмешка захватывает и мои губы, хотя щёки так и сжирает неловкость. — Ох, это было невероятно, — сняв очки и нацепив их на голову, Стив проводит ладонью по лицу. Сжимает переносицу. — Можешь повторить? — Ты мне откроешь? — Да, сейчас, — он копается в кармане, выуживает свою волшебную чудо-связку и спешит на помощь. Замирает возле меня. — Клэр, если я тебя обидел... — Боже, просто выпусти-и, — тяну, стукнувшись головой о дверь. Стив тихо усмехается, вставляя ключ в замок. — Послушай, я не врал про то, что не хочу связываться с Тони. И не врал про свои намерения. Но я не идиот, — провернув связку два раза, Стив прячет её обратно в карман и опирается плечом на косяк. — Тебе нравится то, что происходит между нами, сколько ни упирайся. И то, что я до сих пор жив, доказывает или то, что Тони планирует особо изощренный способ пытки или... Оборвав себя на полуслове, Стив замолкает. Оборачиваюсь, не отлипая от двери. — Или? Ты меня сегодня конкретно выводишь. Несмелый солнечный луч вдруг выглядывает из-за тучных облаков. Забирается в аудиторию, раскрашивая тёплым жёлтым всё, чего касается. Даже глаза Стива светятся ярче. — Или он тоже видит, что между нами, Клэр. И не знает, что делать.

***

Слова Стива приклеиваются к черепной коробке и застывают, как жвачка, прилепленная на парту. Скребу их слева и справа, пытаюсь подобрать нужный инструмент, чтобы избавиться, но ни черта не выходит. Что значит, Тони знает? Что значит, не знает, что делать? Замираю перед зеркалом, отбросив карандаш для глаз в сторону. Рейв начнётся после полуночи, но выйти нужно сильно заранее, потому что охрана кампуса будет активно патрулировать периметр. Тусовка — не секрет, секретным всегда остаётся её место, и только поэтому никого ещё ни разу не поймали. Тони ответил короткое: «я в порядке. Собирайся», и на этом всё. Тревога от его вынужденной встречи с миссис Паучихой сжирала мою душу по кусочку. Я даже жалела, что вообще рассказала ему об этом и заставила помогать — надо было отправить Стива, его как-то не жалко. Стив. С ним легко, действительно легко — потому что это не что-то новое или значимое. Лица парней, с которыми я была, давно смазались в памяти, как их имена и бесполезные слова. Но Стив почему-то не исчезает, пусть и поёт давно изученную мною песню. Вряд ли он... Вряд ли это из-за меня. Может, он просто хочет отомстить Тони — хоть так. Потягиваюсь на стуле, зевнув — спала ужасно, да и после занятий подремать не успела. Ужин наступил как-то стремительно, и я стащила из кафе побольше маленьких пышек, чтобы чем-то занять ладони и рот — курить хотелось нереально. В комнате приглушила свет, оставив только лампу у кровати, а зеркало у меня с подсветкой. Хотелось какого-то уюта, и полутьма всегда дарила его в полной степени. Сбрасываю рубашку и бельё, распахиваю шкаф. Надо выбрать что-то не Роузвудское, хотя юбка мне нравится. Своих вещей я брала мало — не думала, что задержусь. Может, этот чёрный топ на замке спереди? Раздаётся тихий стук и дверь моей комнаты приоткрывается со скрипом. — Клэр? — мужской голос мешается с шумом коридора, и разобрать ни хрена невозможно, кто это. Хватаю злосчастный топ, судорожно пытаясь влезть в лямки. Застреваю на полпути, неловко ёрзая локтями и бросаю: — Кто там? — Интересно. Расскажешь о своих вариантах? Замираю с замочком в руках, который всё никак не получается застегнуть. Отклоняюсь назад, слегка выглядывая из-за дверцы шкафчика. Тони прикрывает дверь, улыбаясь. На секунду сердце решает взять отпуск, едва различаю его силуэт в полутьме. Особо ничего не поменялось — волосы собраны в неряшливый хвостик, пряди падают на лицо. Свободная чёрная футболка, расстёгнутая рубашка с закатанными рукавами и какая-то маленькая цепочка на шее. Обхватываю дверцу шкафчика сильнее, не в силах оторвать взгляд. — Ты вкусно пахнешь, — мой голос хрипит и приходится прокашляться. — Ты тоже, — усмехается Тони, скидывая кеды у порога. Он проходит внутрь, по привычке падая на кровать. Кошу глаза вниз, к дебильной молнии, которая застряла и отказывается двигаться вверх или вниз. Спину прожигает его взгляд. Не вижу, но чувствую, как он смотрит. Ох. День сегодня какой-то дурацкий. — Ты выяснил что-нибудь? — дёргаю замок резко вниз, но не помогает. — Нет. — Почему... Почему не отвечал? — вверх. Пальцы сжимают металл так судорожно, что уже болят. За спиной раздаётся шорох. Дыхание Тони появляется позади, а его руки плавно опускаются на мои. Тепло его тела греет. Мурашки бегут по затылку, трусливо впитываясь в шею. — Я сегодня услышал кое-что интересное. — Что? — выдыхаю, всё ещё пытаясь совладать с непослушным замком сама. Подбородок Тони опускается на моё плечо. Нос трётся о щёку. Нить разговора беспощадно теряется. Он мягко убирает мои руки, уведя в стороны. Взмокшие ладони безвольно повисают вдоль тела. Тони тянет ткань в стороны и замок отпускает зажёванный кусочек. — Что Миллер закинул на плечо какую-то студентку, — шепчет Тони и одним резким движением расстёгивает топ. — Может, видела, кого? Дышу так часто, что голову кружит. Тони сжимает ткань, не пересекая вполне себе зримую черту. — Не видела. — Врёшь. — Не вру. И это правда так. Я ж не стояла в стороне, я была эпицентром. — Недоговариваешь, — Тони касается талии, и я вздрагиваю от бесконечного холода. — Я... — хочу повернуться к нему, устав пялиться только на пальцы, но он крепко сжимает мои рёбра, не позволяя. — Тони, ты же знаешь. Уже. Зачем спрашиваешь? Он усмехается, зарываясь в мои волосы. — Клэр, — бархатисто шепчет Тони. Ладони скользят выше, задевая грудь. Коленки вдруг теряют силу. — Если сегодня ночью он снова будет к тебе лезть, думай обо мне. — Э-э… Что? Поворачиваю к нему голову, столкнувшись с его носом. Тони не отвечает. Перемещается на другое мое плечо, избегая смотреть в глаза, и продолжает неторопливо вычерчивать круги на моей коже. Зажмуриваюсь, пытаясь соображать, но тягучая потребность в нём постепенно перекрывает абсолютно всё. — Я же говорила, я ему не нужна, только... м-м, — сбиваюсь с мысли, когда его ладони сжимают сильнее. — Ох, Тони, я не могу думать. Стив, он сказал, что отношения ему не надо. — Я говорю не об отношениях, малыш, — Тони кусает верхний край моего уха, избегая пирсинга. — Я говорю о том, что когда он будет тебя сегодня касаться, ты должна... должна думать обо мне. Поняла? Вздрагиваю в его руках. Лицу жарко, телу жарко, мозг пылает, не способный адекватно воспринять этот странный разговор. Лишь одно понимаю точно — что-то не так. Как-то это всё… неправильно. — Ты поняла? — еле слышно повторяет Тони. Голос затихает на секунду. — Я пойму, увижу, если ты будешь думать о нем. Мурашки снова пробираются на кожу, ползут по спине и шее. Сердцу тяжелее биться, голове — думать, поэтому доверяю решение телу, которое сразу же сильнее подаётся назад, прижимаясь к Тони. Шумно выдохнув, Тони чуть отклоняется назад. — Клэр? — Тони, пожалуйста... Боже, я поняла, ненормальный! Дай мне повернуться к тебе. Секунда — и он отпускает, позволяя сделать жадный вздох. Оборачиваюсь к нему, пока он не успел опомниться, и прижимаюсь к губам. Тони улыбается, неспособный нормально ответить. — Хватит лыбиться, я тебя поцеловать пытаюсь, — шиплю ему в губы, обхватив шею. Оголённая кожа прижимается к его футболке. — Прости, — тихо произносит он, не переставая усмехаться, — ты просто такая милая сейчас. Вся красная, растёпанная, и такая... — Замолчи, — щёки охватывает пламя. Сеточка морщинок у его век завораживает. — Что с тобой такое? С чего ты вообще это начал? Разве ты не пойдёшь со мной? — Я буду рядом, но Стиву лучше пока меня не видеть. — Почему? — прикусываю губу. Слова Стива отравляют сознание. — Почему ты думаешь, что он ко мне полезет? Он же тебя боится. Тони не отвечает. Только улыбка медленно сползает с его лица, когда взгляд упирается в мои губы. Обхватываю его лицо ладонями. Серебро радужки совсем тёмное, даже слабые отблески лампы не дарят ей свет. — Тони. Ты можешь мне сказать, ладно? Всё, что тебя беспокоит или... Не дав мне договорить, он стремительно подаётся вперёд, продолжая поцелуй. Тёплый, мягкий контакт длится всего мгновение, пока Тони на ощупь застёгивает мой топ с первого раза. Отлипаю от него, поражённая. — Охренеть. Ты мастер. Тони коротко смеётся, убирая чуть дрожащие руки. — Заканчивай. Нам нельзя задерживаться, иначе не прорвёмся потом через охрану кампуса. Он отходит к окну, где щёлкает зажигалкой. Тяжело вздыхаю, положив пальцы на веки и тут же отдёргиваю их. Совсем забыла, чёрт. На подушечках остаются чёрные пятна. И они очень сильно напоминают заразу, захватившую мозг — вероятность того, что Стив прав.