Пролог. Иллюзия безопасности

Пятничный вечер в их лофте дышал абсолютным, тягучим и ленивым уютом. Из огромных панорамных окон открывался вид на раскинувшийся внизу неоновый мегаполис, стёкла которого медленно заливали струи тяжёлого, затяжного осеннего дождя. Капли с тихим стуком разбивались о стеклопакеты, создавая приятный контраст с тем теплом, что царило внутри квартиры. На огромном диване, среди мягких разбросанных подушек цвета графита, по-хозяйски устроился угольно-чёрный кот Слэш. Его густая шерсть почти сливалась с полумраком комнаты, и только янтарные, проницательные глаза лениво поблёскивали, когда он приоткрывал их, реагируя на звуки. Кот мерно и сыто урчал, изредка подёргивая самым кончиком пушистого хвоста в такт тихому, убаюкивающему бубнежу телевизора. На экране крутился какой-то старый фильм, выбранный наугад, но, честно говоря, молодые люди почти не следили за мерцанием кадров. Им это было не нужно. Кейт уютно устроилась под боком у Нейта, практически растворяясь в его надёжных, тёплых объятиях. Она до самого носа натянула на себя рукава своего любимого, невероятно объёмного оверсайз-худи, которое сидело на её хрупкой фигуре как защитный кокон. Зарывшись лицом в изгиб его шеи, девушка вдыхала знакомый до боли, едва уловимый аромат его парфюма, смешанный с тонкими нотками моторного масла и свежести. Эта неделя в музыкальной академии выдалась просто сумасшедшей — бесконечные репетиции, придирки профессоров, мозоли на пальцах от струн скрипки. Сейчас силы покинули её окончательно, оставляя лишь блаженную, приятную истому. — Милый, — тихо, почти шёпотом позвала она, не открывая глаз. Её голос прозвучал сонно и мягко. Она лениво потянула тонкими пальцами за край его домашней футболки, привлекая к себе ещё немного внимания. — Я так устала сегодня... Тратить время на готовку — это сейчас просто выше моих сил. Мой мозг официально отключился. Нейт, который до этого момента лениво и бережно перебирал пальцами её длинные, идеально прямые светлые волосы, заставляя их отливать золотом в приглушённом свете торшера, мягко улыбнулся. Его глубокие тёмные глаза потеплели, отражая всю ту безграничную, бережно охраняемую нежность, которую он питал к ней с самых пелёнок. Он прижал её к себе чуть крепче, словно пытаясь закрыть от любых невзгод этого мира, и невесомо поцеловал в макушку. — Конечно, маленькая моя, — его голос, низкий, бархатистый и успокаивающий, завибрировал у неё над ухом. — Давай закажем доставку? Нам обоим полезно устроить ленивый вечер. Чего бы тебе хотелось больше всего? Кейт чуть приподнялась на локте, выбираясь из его объятий, и посмотрела на парня снизу вверх. На её лице расцвела слабая, но искренняя и очень довольная улыбка, стирающая всю дневную усталость. — Китайскую еду! — выпалила она, и в её зелёных глазах на секунду вспыхнули весёлые искорки. — В тех самых дурацких коробочках, которые ты постоянно умудряешься открывать неправильно. И побольше острых соусов. — Принято, — тихо усмехнулся Нейт, качая головой. Он уже потянулся длинными пальцами к журнальному столику, нащупывая свой смартфон. — Заказ за мной. А ты марш в душ, смывай с себя этот тяжёлый день и все свои академические заботы. Пока ты греешься, я всё оформлю и приду к тебе. Спустя полчаса атмосфера в квартире стала ещё более домашней. Ванная комната была полностью окутана плотным, тёплым влажным паром, пахнущим лавандовым мылом. Оттуда то и дело доносился их приглушённый, весёлый смех — Нейт, как обычно, ворвался туда, чтобы украсть её полотенце или обрызгать водой. Нейт вышел в коридор первым. На ходу он небрежно вытирал мокрые, непослушные иссиня-чёрные волосы коротким маховым полотенцем, закинутым на шею. Футболку он надевать не стал, и капли воды всё ещё медленно стекали по его рельефным, широким плечам, кубикам пресса и крепкой груди. Из одежды на нём были только свободные серые домашние шорты на завязках. Следом за ним из ванной, едва не поскользнувшись на влажном кафеле, выбежала Кейт. Она была плотно, до самых подмышек завернута в огромное пушистое полотенце, из-под которого виднелись её изящные ключицы. Волосы влажными прядями разметались по плечам. Они о чём-то шумно и весело спорили, перекидываясь колкостями, и Нейт, обернувшись у порога, задорно подмигнул ей. Он легонько подтолкнул девушку в сторону спальни: — Давай, беги одевайся, чемпионка, а то замёрзнешь. Я жду в гостиной. Кейт скрылась за дверью спальни, чтобы переодеться в свою любимую, максимально просторную пижаму из мягкого хлопка. Нейт же остался в гостиной. Он опёрся спиной о кухонный остров, скрестив руки на груди и наблюдая за струями дождя за окном. Угольно-чёрный Слэш, заметив движение хозяина, мгновенно перекочевал к его босым ногам. Кот преданно тёрся о щиколотки парня, требуя своей порции вечерней ласки. Вдруг эту идеальную, звенящую тишину квартиры бесцеремонно нарушил резкий, громкий и требовательный звонок в дверь. От неожиданности Слэш даже вздрогнул и недовольно прижал уши к голове. — О, еда приехала! Быстро они сегодня, — крикнул Нейт в сторону полуоткрытой двери спальни, направляясь в прихожую. — Кейт, давай торопись, я иду открою! Кейт как раз в этот момент выходила из комнаты, на ходу поправляя воротник мягкой пижамной рубашки. Натуральные светлые волосы ещё оставались влажными, но на губах играла лёгкая, безмятежная улыбка. Она неторопливо шла по длинному коридору вслед за широкой спиной Нейта. Парень потянул за металлическую ручку и уверенным движением распахнул тяжёлую входную дверь лофта, полностью ожидая увидеть на пороге уставшего курьера с термосумкой и теми самыми ароматными коробочками китайской еды. Но курьера там не было. На пороге, ярко освещённые лампами подъезда, стояли трое мужчин. На них была строгая, пугающе тёмная тактическая форма, а у того, кто стоял впереди, на поясе в свете ламп тускло и зловеще блеснули стальные наручники. Лица мужчин напоминали высеченные из камня маски — холодные, безэмоциональные, чужие. — Нейт Коллинз? — ледяным, чеканящим каждое слово тоном произнес возглавляющий группу офицер. Он сделал уверенный, тяжёлый шаг вперёд, пересекая границу их квартиры и бесцеремонно вторгаясь в их личное пространство. — Вы задержаны по подозрению в убийстве. Улыбка мгновенно, словно стёртая ластиком, сползла с лица Кейт. Воздух в коридоре будто разом превратился в густой, леденящий свинец, который стало невозможно вдохнуть. Сердце пропустило удар, а затем бешено заколотилось в самые рёбра. Всё происходящее вокруг в долю секунды потеряло чёткость, превращаясь в дурацкий, страшный, нереальный кошмар. Кейт замерла посреди коридора, во все глаза глядя на шевроны полицейских, а в голове набатом, оглушая, застучала одна-единственная мысль: «Этого не может быть. Это бред. Пожалуйста, разбудите меня... Пусть кто-нибудь просто разбудит меня в эту чёртову пятницу...» В эту же секунду, помимо её воли, сработала её старая защитная реакция на сильнейший стресс. Кейт почувствовала, как кончики её пальцев на руках пронзила холодная дрожь, которая стремительно переросла в крупный, неуправляемый тремор. Руки ходили ходуном, выдавая её ужас с головой.