Глава 1. Ромашковый чай со вкусом стали

Холодный металл. Это первое, что ворвалось в сознание Кейт, разрушая остатки уютного пятничного вечера. Звук защёлкивающихся наручников в замкнутом пространстве коридора прозвучал оглушительно, похожий на сухой щелчок пистолетного затвора. — Руки за спину! Кому сказано, руки за спину! — рявкнул один из оперативников. Мужчина, чьё лицо скрывала тень от козырька форменной кепки, навалился всем телом, грубо хватая Нейта за плечо и заламывая его правую руку назад. Кейт видела, как под тяжёлыми пальцами полицейского натянулась смуглая кожа на плече Нейта, но сам парень даже не поморщился. На его лице не дрогнул ни один мускул. Его феноменальное хладнокровие, выработанное годами подпольных цифровых игр и ночных гонок, сейчас работало как идеальный щит. Тёмные, почти чёрные глаза Нейта оставались леденяще спокойными, и этот пристальный, глубокий взгляд был прикован исключительно к Кейт. Он не смотрел на копов. Он смотрел только на неё, безмолвно приказывая: «Держись. Не ломайся». — Эй, полегче, начальник, — голос Нейта прозвучал на удивление ровно, даже как-то буднично, без единой капли страха. — Я не оказываю сопротивления. Документы покажите для начала. — Нейт!.. — Голос Кейт сорвался на хриплый, отчаянный выдох. Кошмар происходил наяву, и каждая секунда тянулась как в замедленной съёмке. Влажные светлые пряди липли к её бледному лицу. Зелёные глаза, обычно такие проницательные и гордые, сейчас были широко распахнуты от накатившего ужаса. — Какое убийство?! О чём вы вообще говорите? — Кейт сделала резкий, уверенный шаг вперёд, готовая буквально грудью заслонить Нейта от этих чужаков. В её венах закипала упрямая кровь Стрельца — она органически не переносила несправедливость и ложь. — Вы с ума сошли! Это ошибка! Он всё время был со мной, каждую секунду этого дня! У вас нет права! Она потянулась рукой к оперативнику, требуя немедленно прекратить этот абсурд, но второй полицейский — массивный, квадратный мужчина в тяжёлом бронежилете с надписью «POLICE» на всю спину — среагировал мгновенно. Он резко выставил вперёд руку в плотной тактической перчатке и с силой оттолкнул девушку назад, вглубь коридора. — Назад, гражданская! Не мешайте аресту, хуже будет! — рявкнул он прямо ей в лицо. Толчок был грубым и неожиданным. Кейт не удержалась, её ноги в мягких домашних тапочках скользнули по гладкому паркету, и она спиной отлетела назад, со всего размаху ударившись бедром о край тяжёлого деревянного комода. Тупая, пульсирующая боль мгновенно обожгла тело, вышибая воздух из лёгких. Но Кейт не упала. Она судорожно ухватилась пальцами за резной край столешницы, намертво впиваясь в дерево. Сжав челюсти до скрежета, она упрямо удержала равновесие, заставляя себя стоять на ногах лицом к опасности. Горячие, жгучие слёзы обиды и боли мгновенно подступили к горлу, обжигая глаза, но Кейт силой воли заставила их застыть на ресницах. Она не закричала, не расплакалась. Только её пальцы в карманах просторных пижамных шортов заходили ходуном, крупно и неуправляемо подрагивая от подкатывающей панической атаки. Она до боли закусила изнутри щеку, чувствуя солоноватый вкус крови, но продолжала стоять, глядя на копов ледяным, пронизывающим взглядом. Она отказывалась показывать им свою слабость. И в эту же секунду мирная атмосфера лофта окончательно разлетелась вдребезги. Увидев, как грубо этот громила оттолкнул Кейт, как её хрупкое тело содрогнулось от удара о комод, Нейт мгновенно потерял контроль. Его хвалёное хладнокровие, его способность просчитывать шаги наперёд — всё это испарилось, уступая место чистой, первобытной ярости. Кейт была его запретной зоной. Единственным человеком в мире, ради которого он жил. И тот, кто посмел поднять на неё руку, автоматически становился его личным врагом. — РУКИ ОТ НЕЁ УБРАЛ, ТВАРЬ! — взревел Нейт. Этот крик, полный звериной, бешеной злости, казалось, заставил зазвенеть стёкла панорамных окон. Брюнет рванулся вперёд всем телом, с такой силой дёрнув плечом, что первый коп с криком отлетел в сторону, не удержав захват. Нейт был на полголовы выше оперативников, широкоплечий, тренированный в гаражах и уличных драках, и сейчас он превратился в разъярённого хищника. Прежде чем громила в бронежилете успел повернуться, Нейт совершил молниеносный выпад. Его кулак с глухим, хлёстким стуком врезался точно в челюсть полицейского. Мужчина отшатнулся, хватаясь за лицо, из-под его пальцев брызнула кровь. — Наваливайся! Скручивай его! Жёстче! — истошно закричал третий оперативник, который до этого стоял на шухере у двери. В тесном коридоре завязалась короткая, но невероятно жестокая потасовка. На Нейта навалились втроём. Ему заламывали руки, били под коленки, пытаясь свалить с ног. Парень отчаянно сопротивлялся, хрипел, его растрёпанные иссиня-чёрные волосы упали на глаза, скрывая обзор. В конце концов, численный перевес взял своё. Кейт с замиранием сердца смотрела, как Нейта с глухим стуком прижали лицом к полу. Один из копов коленкой упёрся ему между лопаток, намертво фиксируя тело. На запястьях парня окончательно сомкнулись стальные браслеты наручников. На левой скуле Нейта уже наливалась багровая, уродливая ссадина от удара о паркет, из рассечённой губы на светлое дерево капали тяжёлые тёмные капли крови. Но даже в таком положении он продолжал бешено, прерывисто дышать, не сводя своего яростного, обещающего скорую расправу взгляда с тяжело дышащего оперативника со сломанной челюстью. — Ещё раз... ты к ней прикоснёшься... — прохрипел Нейт сквозь зубы, сплёвывая кровь на пол. Его голос был тихим, но в нём сквозила такая жуткая, могильная угроза, что полицейский поспешно сделал шаг назад, потирая опухающее лицо. — Я тебя из-под земли достану. И никакая форма тебя не спасёт. Ты понял меня, ублюдок? — Заткнись, Коллинз! В участке договоришься, — зло сплюнул оперативник, вытирая рукавом кровь под носом. Копы рывком подняли Нейта на ноги. Его домашние шорты были испачканы, по подбородку текла тонкая струйка крови, но он упрямо выпрямил спину, оставаясь высоким и пугающе спокойным. Напряжение в воздухе можно было резать ножом. У самой двери, когда его уже были готовы вытолкать в холодный подъезд, Нейт силой заставил себя остановиться. Он сделал глубокий, свистящий вдох через нос, за секунду подавляя бушующую внутри ярость. Ему нужно было вернуть контроль. Ради неё. Он медленно повернул голову и посмотрел прямо в зелёные глаза Кейт. Его голос внезапно изменился. Он стал невероятно мягким, глубоким и гипнотизирующим — тем самым голосом из их далёкого детства, которым он укутывал её в пледы и возвращал «на землю», когда её личный мир летел к чёрту. — Маленькая моя, посмотри на меня. Смотри только на меня, слышишь? — твёрдо, чётко произнёс он, игнорируя подталкивания полицейских в спину. — Всё хорошо. Не смей бояться. Это какая-то глупая ошибка, я скоро вернусь. Обещай мне сейчас одну вещь. Кейт, которая всё это время стояла, намертво зажав дрожащие ладони в карманах пижамы, судорожно кивнула. Она не сводила взгляда с его иссиня-чёрных волос и багровой ссадины на щеке. В её глазах застыл немой вопрос: «Что мне делать?» — Зайди на кухню и свари себе ромашковый чай, — Нейт произнёс это медленно, и его тёмные глаза на мгновение неестественно пристально сузились, посылая ей скрытый сигнал. — Сделай это прямо сейчас. Слышишь меня, Кейт? Просто завари наш чай. И ни о чём не думай. Я люблю тебя. — Пошёл! — оперативник грубо толкнул Нейта в спину, выставляя его за порог. Тяжёлая металлическая дверь лофта захлопнулась с глухим, леденящим душу стуком. Щёлкнул автоматический замок. Шаги на лестничной клетке стремительно удалялись, пока совсем не затихли на первом этаже. В квартире воцарилась звенящая, мёртвая и удушающая тишина. Кейт осталась стоять у комода. Прошло не меньше трёх минут, прежде чем она заставила себя сделать первый вдох. Воздух показался ей горьким, со вкусом железа и дешёвого полицейского парфюма. Её пальцы в карманах продолжали крупно трястись, но внутри неё, сквозь шок и физическую боль в ушибленном бедре, начал просыпаться тот самый холодный, феноменальный разум, который всегда помогал ей в цифровых делах и киберспорте. Логика Стрельца вытесняла панику. Из полумрака гостиной бесшумной чёрной тенью выскользнул кот Слэш. Обычно наглый, весёлый и подвижный, сейчас он испуганно прижал уши к голове и низко пригибался к полу. Кот аккуратно приблизился к Кейт, обнюхал капли крови Нейта на паркете, тихо, приглушённо мяукнул и начал преданно тереться головой о её лодыжки, пытаясь утешить свою хозяйку. Его мягкая, тёплая шерсть окончательно вернула Кейт к реальности. Слова Нейта набатом стучали в её голове, выстраиваясь в чёткую логическую цепочку. Ромашковый чай. Завари наш чай. Прямо сейчас. Нейт был гением. Он никогда, ни при каких обстоятельствах не стал бы говорить о чае, когда его уводят по ложному обвинению в убийстве. Он не тратил бы их последние секунды на глупые бытовые советы. Если только... это не было прямым, зашифрованным посланием, предназначенным только для неё одной. Кейт заставила себя оторваться от комода. Слегка прихрамывая, она дошла до кухни, где на столешнице всё ещё лежал смартфон Нейта со светящимся экраном приложения доставки еды. Девушка протянула руку к верхней полке кухонного гарнитура и сняла тяжёлую, потёртую жестяную банку, в которой они хранили сушёную ромашку. Она сорвала металлическую крышку. Резкий, приторно-сладкий травяной аромат ударил в нос. Запустив тонкие пальцы глубоко внутрь, перебирая сухие цветы и ломая хрупкие стебли, Кейт опустила руку на самое дно банки. Там, среди трухи и сухих лепестков, её пальцы наткнулись на что-то неестественно твёрдое, холодное и гладкое. То, чему там точно было не место. Кейт медленно вытащила руку. На её бледной ладони, испачканной в жёлтой цветочной пыльце, лежала маленькая, матово-чёрная металлическая флешка. На её корпусе была аккуратная, профессиональная гравировка в виде маленького, едва заметного силуэта призрака — личный логотип Нейта, его хакерский никнейм. «Ghost». Кейт медленно сжала руку в кулак, чувствуя, как грани флешки больно врезаются в кожу. Одинокая, горячая слеза, которую она так долго сдерживала, наконец скатилась по её щеке и капнула на пол. Но когда Кейт подняла голову, взгляд её зелёных глаз был абсолютно ледяным, проницательным и решительным. Паника ушла. Осталась только цель. — Я вытащу тебя, Нейт, — тихо, но до ужаса твёрдо пообещала она пустой, безмолвной кухне. — Обещаю. Чего бы мне это ни стоило.