Часть III. Игры для всех возрастов

Этим ранним утром доктор Хаус принимал очередного пациента в смотровой клиники. Пациент: У меня болит плечо вот здесь. По утрам обычно хуже, особенно если я спал на руке. Если я сплю на спине чаще всего всё в порядке. Доктор Хаус: Значит рука болит если вы спали на ней всю ночь? Пациент: Да! Доктор Хаус: Хм… А вы не думали, не знаю, не спать на ней? Пациент: Да, но я так сплю, я всегда так спал. Доктор Хаус: Тогда оперируйтесь. Пациент: Зачем? Хрящ какой-нибудь вырезать? Доктор Хаус: Вы спите не на каком-то хряще, вы спите на руке. Пациент: Хотите отрезать мне руку? Доктор Хаус: Ну это же левая. А спать то нужно. Пациент: Вы что, псих? По истечении отработанных часов, назначенных доктору Хаусу нацистским руководством в лице доктора Кадди, Хаус вышел из смотровой и направился к лифту. Тут его застала Кадди и последовала за ним. Кадди: Хаус, на тебя опять жалуются. Хаус: Не опять, а снова. Кадди: Ты серьёзно предложил пациенту ампутировать руку из-за ноющей боли? Хаус: Он не умеет спать на спине. Вот ты же как-то спишь на боку и не ноешь, что рука болит. Кадди: С чего ты взял, что я сплю на боку? Хаус: Ну как. Спать на спине или животе, тебе мешают буфера, с двух сторон. (Хаус, как обычно, бесцеремонно оценил словами и взглядом её грудь и попу) Хаус вошёл в подъехавший лифт. Кадди зашла за ним. Кадди: Давай поспорим. Хаус: Какой мне с этого прок? Кадди: На тебя не жалуются пациенты хотя бы неделю, и я на две недели освобождаю тебя от работы в клинике. Хаус: Отличная идея, шеф. Я согласен. Кадди: Так быстро? Хаус: Ну да, ты сегодня просто генератор хороших идей. Я неделю не хожу в клинику, чтобы на меня никто не жаловался, а потом не хожу в клинику выигранные две недели. Лифт доехал до нужного Хаусу этажа, и он вышел. Кадди: Стой, что? Хаус: Я тебя обыграл, мамочка. Двери лифта закрылись, и Хаус ушёл в свой кабинет. Как только он вошёл в кабинет, он стал свидетелем ссоры его подчинённых. Форман: Ты не права. Этот диагноз, который ты уже битый час протежируешь, хоть и похожа по симптомам, но абсолютно не подходит, ты же видишь анализы. Кэмерон: Форман. Анализы как раз-таки и доказывают, что это типичная форма протекания энтеровирусной инфекции. Как я уже и сказала сто раз. Форман: А я в сто первый раз повторяю тебе, что это сальмонеллёз. Чейз, скажи ей. Чейз: Может паротит? Хаус: А может просто пищевое отравление вперемешку с аллергией? Понабрал идиотов. Чейз: Пациентке три дня. Кэмерон: Доктор Хаус, Вы уже освободились? Я хотела узнать у Вас кое-что… Кэмерон выглядела очень расстроенной. Хаус: Даже не уговаривай, Кэмерон. Я не буду с тобой спать, как не проси. Ты уже закончила институт? Кэмерон: Что? Хаус: Ох уж эти студенточки. Вечно норовят подкатить к преподавателю, да парни? Кэмерон и парни уставились на него взглядом, полным недоумения. В кабинет вошла доктор Кадди. Кадди: Доктор Хаус, можно Вас на минутку? Хаус (шёпотом): За моей спиной стоит какая-то странная женщина, давайте сделаем вид, что не замечаем её. Кадди: Хаус! Хаус глубоко вздохнул, и они вышли за дверь кабинета. Кадди: Хаус, ты будешь всю неделю работать в клинике. Будешь доброжелательным и милым с пациентами. А если не будешь… Хаус: Тебе что, секса мало? Давай новый пакт. Я дарю тебе незабываемый час, лучший час в твоей жизни. А ты от меня отстаешь со своей клиникой на месяц. Кадди: Прямо таки час. Хаус: Ну, пока доедем, то, сё. Кадди: Хаус! Хаус: Ну не в твоём же кабинете нам этим заниматься. Кадди: Хаус. Хаус: Ну ладно можем и в твоем кабинете. Ты вообще в курсе, что я могу написать на тебя заявление в отдел кадров за харассмент? Кадди: Хаус! Замолчи. Условия здесь ставлю я! Ты неделю Хаус: Пять дней. Кадди: Неделю! Ты неделю работаешь в клинике и будешь самым обходительным и внимательным врачом. Хаус: Да-да. А ты за это мне 2 недели отдыха от своего дурдома клинического. Кадди: А я. За это. Тебя не увольняю. Хаус: Так, дамочка, условия спора не меняем. Кадди: Напиши это в своём заявлении в отдел кадров. Кадди ушла. Хаус напоследок посмотрел на её зад. Вздохнул и вернулся в кабинет. Хаус: О, вы ещё не передрались. А будете? Если что я ставлю на Формана. Кэмерон, ты конечно красотка. Но негры в боксе одни из лучших. Хаус взял со стола соленые хлебные палочки, сел, начал закусывать и приготовился к шоу. Хаус: Раунд Уан! Форман: Мы не собираемся драться. Чейз: Девочке Хартик становится хуже. Ванкомицин тоже не помогает. Хаус: Ванкомицин не действует, азтреонам не действует, что же это? Что это? Форман: Супермикроб. Чейз: Стафилококк устойчивый к ванкомицину. Кэмерон: В штатах было зарегистрировано всего 2 случая. У неё сыпь. Может это признак вакомицино-резистентного стафилококка? Хаус: Тогда она обречена. Это наша вина. Доктора прописывают антибиотики слишком часто. Простудился? Прими пенициллин. Насморк? Нет проблем, держи азитромицин. Больше не действует? Что ж, есть левофлоксацин. Бактериальное мыло в каждой ванной. Скоро ванкомицин будут в воду добавлять. Это наши дети. Мы сами вырастили их. И они стали подростками. Сделали пирсинг, набили татуировки. Они очень злы, агрессивны и полны желания мстить. С другой стороны… может антибиотики здесь и не причём. Кэмерон: Анализы прислали. Похоже, в крови обнаружен лимфоцитоз. Форман: Какой кошмар. Вирус мы не распознаем. Их тысячи. Чейз: Будем делать тесты на антитела. Хаус: Тысячи тестов? У ребёнка крови не хватит. Чейз, ты же реаниматолог. Сколько мы можем взять тестов, не обескровив ребёнка. Чейз: До пяти-шести пробирок. Хаус: Хорошо, значит нужно уменьшить список от тысячи до шести. Вызовите доктора Кадди. Кадди зашла в кабинет Хауса вместе с Уилсоном, и они все начали обсуждать возможные варианты. Хаус: Итак, что нам известно. Уилсон: Рибавирин и ацикловир не помогают. Кадди: Вычеркиваем группу герпеса. Хаус: И аденовирусы. Уилсон: Лёгкие поражены? Хаус: Нет. Уилсон: Не парамиксовирусы. Рубцы на сердце. Чейз: ЦМВ? Форман: Энтеровирусы. Кадди: Грипп А? Кэмерон: Респираторно-синцитиальный вирус тоже подходит. Хаус: Берите анализы. Кадди: Она же только позавчера родилась… Хаус вошёл в лабораторию, где сидел Форман. Хаус: Что выяснили? Форман: У неё вирус экхо-11. Хаус: Отлично. Кэмерон: И парвовирус-19. Чейз: И ЦМВ. Хаус: Три вируса? Чёрт. Она же новорождённая. У неё антитела от матери… Форман: Значит, мы должны проверить её мать. Кэмерон: И если на какой-то у матери нет антител… Чейз: Значит этот вирус и убивает её дочь. Кэмерон: Я возьму анализы. Они нашли ответ и пришли к родителям пациентки, чтобы рассказать его. Форман: Вирус Экхо-11 – это энтеровирус, он живёт в кишечнике. Кэмерон: У взрослых энтеровирусы вызывают понос и симптомы простуды. Иногда сыпь. Но для новорождённых он смертелен. Он поражает сердце. Мать девочки: А вы можете это вылечить? Чейз: Вирусные инфекции лечить очень непросто. У нас до сих пор нет лекарства от обычной простуды. Отец девочки: Значит, нет никакой вакцины? Форман: Одна компания в Пенсильвании разрабатывают лекарство. В лабораторных исследованиях результат был положительным. Нам удалось добыть этот препарат. Кэмерон пошла вкалывать препарат. Чейз: А как вообще ребёнок в больнице заразился энтеровирусом? Хаус: Найдешь ответ, перестану называть тебя болваном. Чейз: Но вы не называете меня болваном. Хаус: Не найдёшь ответ – начну. Теперь это твоя головоломка, дерзай! Чейз приступил к поиску ответа. Хаус тем временем отозвал Формана, чтобы поговорить. Хаус: Как Кэмерон? Форман: В смысле доктор Кэмерон? Хаус: Ну да, можем начать с неё, а потом обсудим всех известных нам с тобой Кэмерон. Форман: Извините, просто непривычно, что Вы интересуетесь как у кого дела. Хаус: Допустим мой вопрос тебя сильно удивил. Но интересно, что ты в нём не понял? Форман: А зачем Вам это? Хаус: А зачем ты спрашиваешь, зачем мне это? Форман: Просто любопытно. Хаус: Мне тоже. Форман: Вам не бывает любопытно. Хаус: Я самый любопытный человек на свете. Форман: Только не по мелочам. Хаус: Это не мелочь. Как Кэмерон со всем справляется? Форман: Нормально. Хаус: Хорошо. Рад, что мы поговорили. Хаус ушёл к родителям пациентки. И сообщил, что лекарство помогает их дочери. Чейз выяснил, что санитарка, которая подарила девочке после рождения плюшевого медвежонка, была больна и микроб осел с её рук прямо на игрушке. Прошла неделя. Вечером, когда все уже ушли, Хаус подошёл к Кэмерон, которая всё ещё сидела за рабочим столом. Хаус: Уехали? Кэмерон: Сейчас получают выписку. Хаус: Выглядишь ужасно. Кэмерон: Спасибо! Хаус: Вернее я хотел сказать, что ты выглядишь очень уставшей… Это понятно. Последняя неделя далась тебе нелегко. Кэмерон: А Вам? Хаус: Не так как тебе. Те, кому бывает так тяжело, либо не сталкивались со смертью, либо сталкивались с ней слишком часто. Я уверен, что твой случай не первый. Чейз сказал мне, что ты придумала, чтобы родители подержали ребёнка, когда их к ним не пускали. Откуда ты это взяла? Кэмерон старательно пропускала его слова мимо ушей. Собрала свои вещи в сумку, набросила куртку и уже выходила из кабинета. Хаус: Ты кого-то потеряла? Ребёнка? Кэмерон: Иногда Вы такой мерзкий. Когда Кэмерон спустилась, она проводила взглядом малышку и её родителей. И слеза скатилась по её щеке прямо на её улыбку.