Тепло от него

Свет раннего утра мягко просачивался через жалюзи. Черён открыла глаза, слегка вздрагивая от собственного дыхания — ночь была тревожной, но теперь она чувствовала себя хоть немного безопаснее. Котик уже бегал по комнате, мягко терся о её ноги, и это заставило её улыбнуться самой себе. Она потянулась, поправила волосы и тихо спустилась в кухню. Чанбин уже завтракал, сидя за столом, тихо перелистывая документы с работы. Он заметил её взгляд и кивнул: — Доброе утро. Спала хоть немного? — Да… вроде, — ответила Черён, неловко улыбаясь. Её лицо всё ещё было немного опухшим от слёз предыдущей ночи. Он поставил перед ней стакан воды: — Вот, пей. И не спеши. Она аккуратно взяла стакан, сделала несколько маленьких глотков. В комнате стояла лёгкая тишина, которую нарушал только тихий стук кружки о стол, когда он переливал себе чай. — Кофе будешь? — спросил он, не навязываясь. — Нет, спасибо. Я… просто хочу воды, — прошептала она. Он кивнул, снова погрузившись в свои бумаги. Черён сделала ещё несколько глотков и, чувствуя лёгкую бодрость, медленно поднялась, чтобы подготовиться к работе. — Тебе не надо спешить, — сказал он, заметив её движения. — Можно немного задержаться, если нужно. — Спасибо… — тихо ответила она. — Но я должна идти. Они вместе вышли из дома, Чанбин осторожно держа дверь, а Черён немного напряглась, думая о предстоящем дне. Котик мягко провожал их, урча у порога. В машине они ехали молча. Чанбин сосредоточенно следил за дорогой, а Черён пыталась привести мысли в порядок. Иногда её взгляд невольно падал на него — на ровный профиль, спокойный взгляд и уверенные руки на руле. В этот момент ей стало немного легче: рядом есть кто-то, кто готов поддержать, хотя они ещё не называли себя друзьями.

***

Черён и Чанбин вошли в офис, и дверь тихо закрылась за ними. В этот момент все коллеги, кто был поблизости, невольно улыбнулись. Многие явно давным-давно догадывались, что между ними может что-то происходить, и кто-то тихо переглянулся с соседем, словно говоря: «Они идеально подходят друг другу». Среди них Черён сразу заметила Рюджин. Подруга стояла чуть в стороне и, заметив их, улыбнулась хитро и игриво — явно уже строила в голове шутки и маленькие подколки на их счет. Черён слегка покраснела. Чанбин шёл чуть впереди, уверенно, взгляд его пробегал по кабинету, оценивая обстановку, а привычная строгая маска начальника оставалась на месте. Но даже он заметил, как несколько коллег бросили быстрые взгляды. Черён шагнула за Чанбином к своему рабочему месту. Рюджин тут же подкатила стул к ней, усевшись рядом с озорной улыбкой. — Так-так, это что такое? – улыбалась девушка. – Что у вас там с нашим мистером идеальным? — О чём ты? – недоумевая спросила Ли. — Ой, Черри. Мне всё можно рассказать. Куда ты уехала после бара? Почему не выходила на связь? Почему вы приехали вместе? — Слишком много вопросов, Рю. — посмеялась та. — Отвечай, подружка. Мне нужны ответы. — Ну если всё с начала...После бара я была пьяна, поэтому домой возвращаться было опасно. И видимо я по-пьяне сказала об этом Чанбину. — Ох, Черрик. Уже натворила бед. — Эй не перебивай. – разозлилась девушка. — Потом он меня отвёз к себе. Затем я осталась в него ещё на день, потому что не хотела видеться с...ну ты поняла. Ну а потом Чанбин подрался с ним и я теперь живу у него. — Эй, так нечестно. Я сказала в мельчайших подробностях. — надулась Шин. — Погоди-ка...Ты теперь живёшь у него? Так-так, значит, наш суровый начальник теперь твой ночной сторож? — начала она, слегка наклоняясь к подруге и подмигивая. — Ты хочешь сказать, что он прям целый дом тебе предоставил? Черён почувствовала, как щеки вспыхнули, и попыталась отвернуться: — Это… не совсем так… — Ага, конечно, — Рюджин сделала вид, что строго подводит итог, но глаза её сверкали от шутки. — Ты теперь живёшь у Чанбина! Ты понимаешь, что это звучит как начало романа? Черён невольно рассмеялась и шлёпнула Рюджин лёгкой рукой по плечу: — Перестань уже! Это ничего не значит! — О, ничего не значит? — Рюджин дразняще наклонилась ближе. — Значит, просто удобство и забота? — Она мягко похлопала Черён по колену, смеясь. — Ну-ну, я всё записала. Черён покраснела ещё сильнее, пытаясь перевести разговор в более спокойное русло: — Я же сказала, это просто… — Но Рюджин уже хохотала, явно наслаждаясь моментом, подшучивая над подругой.

***

Чанбин вышел из кабинета и по привычке направился к лифту. День был тяжёлый, голова гудела от цифр и расписаний, и он думал только о том, чтобы наконец закрыть все дела. Он прошёл мимо открытого пространства, отдела Черён — и в этот момент что-то заставило его остановиться. Свет. Единственный включённый свет в огромном почти тёмном офисе. Прямо в том отделе, где она работала. Он медленно повернул голову. Стул, стол, монитор — всё было на месте. И едва заметная маленькая фигура, склонившаяся над бумагами. — …Чёрт. — дыхание застряло в груди. Он забыл. Он поехал бы домой один. Оставил бы её здесь. Или, что хуже, она бы пошла одна — в её состоянии, после всего. «Какая же она…» — мысль сорвалась, но он не успел завершить её у себя в голове. Уже быстрым, резким шагом он вернулся обратно. Когда открыл дверь, то увидел ровно то, чего ожидал меньше всего: Черён сидела за столом, но уже с закрытыми глазами — мирно уснула прямо перед монитором, будто ждала его до последнего. Куртка Чанбина чуть сползла у него с рук — он даже опустил её, потрясённый. — Она… ждала?.. — голос стал мягче. Он подошёл ближе. Тихий её вдох, расслабленные пальцы, легкое дрожание ресниц… Она действительно сидела тут всё это время, не уходя. — Зачем ты так… — почти шёпотом произнёс он, и в голосе слышалось не раздражение, а беспокойство. Он аккуратно тронул её плечо. — Черён… просыпайся. Уже поздно, поехали домой. Она слегка поморщилась, но не открыла глаза, только тихо пробормотала что-то нечёткое, будто оправдываясь во сне. Чанбин невольно улыбнулся. — Ладно… понял. Он осторожно поднял её со стула — руки проходили под её коленями и спиной. Черён чуть прижалась к нему, обессиленная после дня, недели, всего этого кошмара с домом. Он накинул свою куртку ей на плечи, прижал к груди, словно защищая от холода и всего мира, и пошёл к выходу из офиса. — Дома поспишь нормально… — сказал он ей тихо, когда лифт закрылся. Она едва слышно пробормотала: — Я… не хотела… чтобы ты один… Чанбин замер на долю секунды, сжав её чуть крепче. — Я знаю, — ответил он так мягко, как, казалось, он сам себя не слышал уже много лет. Когда лифт опустился на первый этаж и двери открылись, он покачал головой, всё ещё глядя на спящую девушку. — Никогда больше не жди меня одна. Поняла? Разумеется, она не слышала — но он сказал это всё равно. Он вынес её из офиса, придерживая одной рукой за спину, другой — за колени. Черён тихонько заскулила во сне, будто ей приснилось, что она падает. Чанбин погладил её по голове. — Тсс… я держу тебя, — мягко сказал он. В машине он аккуратно усадил её на сиденье, пристегнул ремень, а затем заметил: она прижимала к себе свою маленькую мягкую игрушку-брелок, которую обычно носила на сумке. Она, видимо, случайно схватила его, когда собирала вещи. Игрушка забавно торчала у неё под подбородком. — Вот же ребёнок… — Чанбин усмехнулся. Она морщилась от сквозняка, и он наклонился, прикрывая её шарфом, чтобы ей было теплее. Когда он сел за руль, Черён едва слышно пробормотала: — …Бин… Парень удивился тому, как она его назвала. Он резко посмотрел на неё. — Что такое? — прошептал он. Но она уже снова глубоко спала, с маленькой, глупой, но такой милой улыбкой на губах. Чанбин посмотрел на неё ещё секунду — и сердце предательски сжалось. — Она очень милая, — тихо сказал он. Когда машина остановилась возле дома, Чанбин на секунду просто посидел, глядя на спящую Черён. Её голова чуть наклонилась набок, а мягкая игрушка всё ещё торчала из-за подбородка. Она выглядела такой спокойной, такой домашней, что у него непроизвольно стало теплее внутри. Он снова поднял её на руки — на этот раз она даже не шелохнулась, только тихонько фыркнула носом. — Спи, спи… — прошептал он, придерживая её крепче. Дверь дома он открыл локтем, стараясь не потревожить её. В коридоре было тихо, тёплый свет мягко падал на их силуэты. Парень аккуратно донёс её до спальни и мягко уложил на кровать. Черён даже не проснулась — просто тихонько вдохнула глубже, словно чувствуя, что её куда-то перенесли. Он выпрямился, осторожно подвинул её ноги и начал снимать обувь. Пальцы работали медленно, бережно: он боялся потревожить её сон. Затем аккуратно расстегнул и снял пальто, укрыл её одеялом до плеч. Он уже делал шаг назад, собираясь выйти и закрыть за собой дверь, когда почувствовал резкое, но слабое движение. Черён вслепую схватила его за рубашку, сжала ткань в кулаке, будто боялась, что он исчезнет. — Не уходи… — тихий, дрожащий голос, почти как у маленького ребёнка. — Мне страшно. Побудь рядом, пожалуйста… Чанбин на мгновение застыл. Слова ударили в самое сердце — не жалостью, а чем-то гораздо глубже. Он посмотрел на её побледневшее, усталое лицо, на мятую рубашку в её маленьком кулаке… и всё сопротивление просто исчезло. — Хорошо, — тихо сказал он. — Я останусь. Он обошёл кровать, лёг поверх одеяла, не слишком близко, чтобы не смутить её, но достаточно рядом, чтобы она чувствовала присутствие. Черён едва заметно потянулась ближе, нащупала его руку и сжала её, уже проваливаясь обратно в сон. Чанбин смотрел на потолок, чувствуя, как напряжение дня растворяется. И когда дыхание Черён стало ровным, он позволил себе закрыть глаза. Ночь прошла почти незаметно — тихо, спокойно, будто дом сам решил оберегать их сон. Сначала они лежали на расстоянии. Чанбин — на спине, напряжённый, с руками поверх одеяла, словно боялся лишнего движения. Черён — на боку, ближе к краю кровати, с поджатыми коленями. Между ними оставалось пространство, формальное и осторожное. Но сон сделал своё. Во сне Черён начала ворочаться. Ей снился отец. Её брови нахмурились, дыхание стало неровным. Она тихо выдохнула, почти жалобно, и инстинктивно потянулась туда, где было тепло. Потом уткнулась лбом ему в грудь, и только тогда её тело окончательно расслабилось. Дыхание выровнялось. Плечи опустились. Она прижалась почти всем телом, будто знала: здесь безопасно. Чанбин не проснулся полностью — только слегка сменил позу. Его рука оказалась у неё на спине.

***

Утро выдалось тихим. Свет из окна только начал заполнять комнату, когда они почти одновременно проснулись. Черён первой осознала, где находится. Она резко вдохнула, почувствовав тепло чужого тела, и тут же отстранилась, приподнявшись на локтях. В тот же момент Чанбин тоже убрал руку, сел на край кровати, глядя куда-то в сторону. На секунду между ними повисла тишина — не тяжёлая, а смущённая. Оба понимали, что произошло, и оба одинаково не хотели это обсуждать. Черён поправила одеяло, отвела взгляд к окну. Чанбин провёл рукой по шее. — Нам пора собираться, — сказал он чуть нервознее, чем хотел. — Да, — так же коротко ответила она. И на этом всё. Ни вопросов, ни комментариев — только негласное решение оставить этот момент между ними, не давая ему сейчас ни имени, ни значения.