Глава 1 - Конфликт

Дождь из серы барабанил по крышам Пентаграм-сити, окрашивая ночь в кроваво-красные отблески. В фойе отеля "Хазбин" царила непривычная тишина. Хаск, угрюмый, как всегда, протирал бокал, Чарли Морнингстар с энтузиазмом дорисовывала плакат "Завтра — день самопознания!", а Нифти возилась с пауком под лестницей. Тишину разорвал резкий, трескучий звук — как будто взорвался телевизор на полную громкость. За дверью мелькнуло ослепительное синее свечение. Прежде чем кто-то успел среагировать, массивная дверь распахнулась, и внутрь вкатилась волна статического электричества. На пороге стоял Вокс, человекообразная форма — строгий синий костюм, галстук-шнур и экран вместо лица, на котором сменялись выражения от деловой улыбки до нервного подмигивания. Все в фойе замерли. Хаск выпустил из рук бокал, но тот чудесным образом не разбился, а завис в воздухе, прежде чем бармен схватил его с убийственным взглядом. Нифти спряталась за стойку, прошипев: "Техно-выскочка". — Принцесса рад с вами встретиться — голос Вокса звучал неестественно бодро, с легкой хрипотцой помех. Он широко раскинул руки, излучая сияние. — Как поживает самый прогрессивный проект в Аду? Я просто в восторге от вашей… милой инициативы! Чарли, превозмогая инстинктивное желание встать в защитную стойку, опустила кисть. — Вокс? Что ты… что ты здесь делаешь? — Я пришел ИМЕННО к вам,принцесса! — объявил он, делая театральную паузу. На его экране всплыла крупная, слегка дрожащая смайлик-слеза. — Я хочу искупить свои грехи. Хочу… реабилитироваться. В воздухе повисло гробовое молчание. Даже граффити на стенах, казалось, замерли в ожидании. — Ты… хочешь поселиться в отеле? Как постоялец? — недоверчиво уточнила Чарли. — О, нет-нет-нет, что ты! — Вокс махнул рукой, и его изображение сменилось на уверенную улыбку новостного ведущего. — Как постоялец — это слишком банально. Я хочу быть частью команды! Твоим… медиа-консультантом! Менеджером по связям с общественностью! Вообрази: реалити-шоу о реабилитации грешников в прямом эфире на VoxTech! Рейтинги взлетят до небес, я… то есть, мы сможем привлечь тысячи душ! Чарли сжала кисти рук. Идея быть в эфире, показать всем Аду, что искупление работает… она была заманчивой. Но это был Вокс. Медиа-магнат, мастер манипуляций, заклятый… ну, тот, кто постоянно спорил с Аластором. — Вокс, я… ценю твой энтузиазм. Но наша программа строится на искренности, на внутренней работе. Это не шоу для развлечения. — Именно об этом я и говорю! — он сделал шаг вперед, его экран приблизился к Чарли. На нем замигал ролик со взрывающимися сердечками и летящими вверх графиками. — Мы можем сделать искупление трендом! Хэштег HazbinHope, ток-шоу с твоим участием! А какой рейтинг это собёрет! В этот момент из тени за стойкой баром донеслось низкое, насыщенное статикой ворчание. Вокс вздрогнул всем телом, и его экран на секунду заполонили белые шумы. Из темноты материализовался Аластор, его неподвижная улыбка казалась шире обычного. Он небрежно оперся о свой микрофон-трость. — Аластор, — имя прозвучало из динамиков Вокс как скрежет металла. — Я не с тобой разговариваю. Я веду деловые переговоры с принцессой. Вокс проигнорировал его и снова обратился к Чарли, но его голос потерял часть показной бодрости. — Чарли, подумай! С моими технологиями мы можем отслеживать прогресс грешников, создавать индивидуальные мотивационные программы! Я могу обеспечить безопасность! Мои дроны, моя сеть наблюдения… — Чтобы шпионить за всеми и продавать рекламу на их падениях? — мелодично вставил Аластор, поправляя монокль. — ЗАТКНИСЬ! — рявкнул Вокс, и лампочки в люстре на мгновение погасли. Он снова перевел дух, пытаясь вернуть себе деловой тон. — Чарли. Пожалуйста. Мне… мне нужно это. Здесь. Последние слова прозвучали непривычно тихо, почти без помех. На его экране мелькнуло простое, несчастное выражение пиксельных глаз. Чарли увидела не медиа-титана, а кого-то… потерянного. Того, кто так отчаянно пытался быть замеченным, признанным, что выбрал самый громкий и яркий путь в Аду. Возможно, в его искуплении был смысл. Она глубоко вздохнула. — Вокс Искреннее желание измениться — это первый и самый важный шаг. И я верю, что он у тебя есть. На экране вспыхнула надежда. — НО, — продолжила она твердо, — отель "Хазбин" — это не студия, а дом. Здесь нет места рейтингам, скрытым камерам или эксплуатации чужой боли. Если ты хочешь помочь… ты можешь начать как постоялец. Пройти программу. Понять, что такое искупление, на собственном опыте. Без камер. Без трансляций. Вокс замер. Его экран показывал бурлящий конфликт эмоций: гнев, разочарование, страх и ту самую искру надежды. — Без… трансляций? — пробормотал он. — Но как тогда все узнают?.. — Узнают по твоим поступкам, Вокс — мягко сказала Чарли. — Решение за тобой. Внезапно Аластор громко рассмеялся, его голос заполнил все пространство. — Какая восхитительная ирония! Вокс, король эфира, и тебе всё ещё нужна чужая помощь. Вокс резко обернулся к нему, его экран залился багровым от гнева свечением. — Я… я подумаю над вашим предложением, — глухо произнес он. И, не прощаясь, развернулся и вышел в кислотный дождь, растворившись в сиянии неоновой рекламы. Дверь захлопнулась. В фойе снова стало тихо. — Ну, это было… интенсивно — произнесла Чарли, вытирая со лба несуществующую каплю пота. — Он вернется, — спокойно констатировал Аластор, ухаживая за когтями. — Отчаяние — мощный мотиватор. И мне уже не терпится наблюдать за его… "реабилитацией". Это будет чертовски весело. Чарли вздохнула, глядя на дверь. Она верила в каждого. Даже в того, чье лицо было экраном. Но в глубине души она надеялась, что если Вокс и вернется, то не с камерами, а с искренним желанием отключиться от сети и найти себя. Настоящего. На высотах Ви-Тауэр тишина была громче любого шума. Его экран, впервые за века, показывал не злобу, не зависть, а простое, статичное изображение спящей Чарли с камер наблюдения. Он понимал. Этот странный, теплый сбой в системе. Это было оно,хоть он и не верил в то что правда чувствует к Чарли.