Глава 7

«Мой сын Драко, Я вновь пишу тебе в надежде на ответ. Здесь, в Азкабане, я провёл уже несколько месяцев в одиночной камере, так что поверь, я обдумываю каждое своё письмо досконально. Почту проверяют, поэтому привет, мистер Стинкл, я не планирую побег. Я просто хочу извиниться перед сыном. Снова. Драко, я раскаиваюсь, ты не ответил ни на одно письмо, я нуждаюсь лишь в одном — твоём прощении. Ты прав, я предал семью, я предал всё, что так ценил, ради Тёмного Лорда и глупой иллюзии могущества. Я буду продолжать писать тебе с мольбой о прощении, пока не сделаю свой последний вдох. На этой неделе состоится повторное слушание моего дела, и если я выдам местонахождение Роули — меня оправдают, я смогу доказать свою верность министерству, и, поверь, я не упущу такой возможности. Я сожалею, обо всём содеянном мной, но надежда на прощение всегда будет жить в моём сердце. Твой отец, Люциус Малфой.» Скомканная бумага летит в камин, где языки пламени покрывают её за считанные секунды.

***

Она стоит перед ним. Стоит лишь в нижнем белье. Чёрные кружева окутывают её грудь, лямки медленно спадают с плеч, а эти невероятные кудри становятся самыми послушными в такой важный момент. Драко сидит на кровати и разглядывает её при свете луны как каждый раз, когда видел её чрезмерную красоту. Она стоит напротив и улыбается, Гермиона Грейнджер по-настоящему сияет изнутри, и, чёрт, Драко это нравится. Очень нравится. Она медленно подходит к нему, виляя бёдрами, чёрные полосочки трусиков на бёдрах так и притягивают руки слизеринца к себе, девушка усаживается на колени к парню. Его руки прислоняют девушку ближе, к своей голой груди парень прижимает её чёртовски умную голову. Драко обнимает Гермиону, он зарывается носом в её волосы, от которых исходит аромат ванили и кокоса, она пахнет как грёбанное Сладкое Королевство. Гриффиндорка ёрзает на его коленях, покачиваясь навстречу его телу и отстраняясь обратно. Она водит руками по его груди, прессу и внаглую разглядывает всё его тело, от чего в штанах у парня становится дико тесно. Малфой ловит подбородок Грейнджер рукой и поднимает её голову, вынуждая девушку смотреть на себя. — Чего ты хочешь, Грейнджер? — хрипловатым голосом спрашивает Драко. Гермиона смотрит на парня неопределенное количество времени, а затем приближается ближе к его груди, настолько близко, что это становится уже неприлично. Она заглядывает в бездонные серые глаза и медленно, очень медленно, облизывает нежную кожу ареола на груди парня, слегка прикусив под конец. — Я хочу тебя, Драко, — шепчет в ответ она. Парень сжимает свою руку в её волосах так, чтобы иметь власть над гриффиндоркой. Блондин слегка оттягивает кудри девушки назад, и придвигает своё лицо ближе. Он смотрит на неё, разглядывает каждый миллиметр лица Грейнджер, а она так и мучается от желания. Волшебница уже в открытую трётся о член Драко. Слизеринец невесомо целует её, так, словно впервые пробует на вкус её губы. Он сходит с ума. Драко Люциус Малфой сходит с ума при виде такой Грейнджер. При виде того, как сильно она хочет его. Парень сходит с ума от вкуса её губ, запаха волос, невероятной помеси молочного шоколада и горячей карамели, которая поселилась в глазах этой заучки. — Так попроси, глупая, — шепчет он и впивается в губы уже сильнее, уже настойчивее. — Пожалуйста, папочка, — неуверенно просит Гермиона, прервав поцелуй и с жадностью заглядывая в глаза Малфоя. В этот момент у Драко сносит крышу, он одним движением кладёт девушку на кровать, нависая сверху. Сейчас эта воинственная, непоколебимая, стойкая Гермиона Грейнджер лежит под ним и находится полностью в его власти. Мимолётная мысль заводит Драко ещё больше, он прямо сейчас готов порвать на ней эти немногочисленные предметы одежды и войти так резко, так глубоко, чтобы она стонала его имя, захлёбываясь своим же криком. Малфой целует её шею, иногда прикусывая и засасывая кожу, его следы остаются на белоснежной коже этой грязнокровки, он любуется ими, каждым пятнышком. Драко спускается ниже, он уже на уровне груди, ему мешают лишь эти превосходные кружева, которые уже через секунду полетят в сторону. Вот. Сейчас.

***

Драко открывает глаза, комната погружена во тьму. За окном глубокая ночь, блондин оглядел свою комнату, затем сбитую постель. О нет. Это всё оказалось глупым сном, из-за которого у Драко началась эрекция. — Блять, Грейнджер, — слизеринец посмотрел на свой пах, и к нему приходит осознание, что если он наконец-то трахнет эту гриффиндорскую суку — всё пройдёт. Ему просто надо заняться с ней сексом, и он перестанет думать о ней, перестанет воспринимать как "принцессу из сказок", и она снова станет противной грязнокровкой. Всё станет как прежде. С этими мыслями парень попытался уснуть.

***

7 октября 1998 года, понедельник

Драко подсел к Блейзу за завтраком, ещё рано, поэтому за столом находились около пяти человек. Малфой взбудоражен своими мыслями, за ночь волшебник продумал несколько планов, как затащить Грейнджер в постель. — Мне надо трахнуть Грейнджер, — тихо, с каменным лицом прошептал Драко другу, который поперхнулся тыквенным соком. Мулат давится, откашливается и тяжело вбирает воздух. Волшебник несколько раз стукнул себя по груди и повернулся к блондину. — Драко, мать твою, Малфой, повтори, что ты только что сказал? — громко переспросил Забини. Малфой тут же огляделся по сторонам, убеждаясь, что никто не подслушивает их разговор. — Ты можешь так не орать? — переведя взгляд обратно на друга, раздражённо спросил парень. — Чтобы всё стало как раньше мне нужно её выебать, понимаешь? — Не понимаю, Драко. С чего вообще ты это решил? Ты её всегда презирал! Может, уже началось? — заговорщическим тоном прошептал мулат и, встретив непонимающий взгляд блондина, покрутил пальцем у виска. — Ты кретин? Я просто иногда думаю о ней, и я… — слизеринец замялся. — Я целовал её, и это было не так уж и плохо. Даже хорошо, — перед его глазами пронеслись воспоминания той ночи, как она целовала его в ответ, вкус губ гриффиндорки, вся такая красивая, заплаканная принцесса Гермиона Джин Грейнджер. — То есть, — Забини сделал глоток сока и продолжил. — То есть ты успел поцеловать её, забить свою психованную голову мыслями о ней, а я не в курсе? Ты собрался её трахнуть, Малфой, что происходит? — Кого трахнуть? — Нотт подсел к друзьям за стол. — Грейнджер! — вскинув брови, ответил другу Блейз. — Кажется, мой дорогой друг, мы пьём сегодня огневиски! — победно хлопнул в ладоши Тео. — Я куплю вам любую бутылку, только помогите мне избавиться от этой херни, — прошипел Драко, явно не оценив реакцию друзей. — Я не понял, ты хочешь от неё избавиться или затащить в постель? — Нотт также потягивал тыквенный напиток. — Я просто хочу снова ненавидеть эту выскочку, без желания выебать её где-то за углом, — устало выдохнув, произносит Малфой, потирая переносицу. — Ты поможешь? — выдохнув повторил свой вопрос Драко. Забини ухмыльнулся и в ответ принялся сверлить Драко взглядом. — Как ты себе это представляешь? Привет, Гермиона, как дела? Может потрахаешься с Драко, он этого очень хочет! — на эту реплику Нотт засмеялся, а блондин закатил глаза. — Я не знаю, она просто ещё одна лишняя проблема в моей голове, поэтому, чем быстрее всё произойдёт, тем лучше для всех нас, — Драко взял ложку и принялся за поедание хлопьев.

***

Малфой неторопливо шёл по коридору в сторону кабинета ЗОТИ, через пару минут начинается пара, а староста слизерина опаздывать не должен, поэтому ему пришлось ускорить шаг. Драко услышал всхлипы из-за угла и уже собирался завернуть, как перед ним предстала картина: второкурсник со слизерина стоит в слезах возле Грейнджер, а та его успокаивает. — Эй, малыш, всё будет хорошо, ладно? — она провела рукой по плечу мальчика и сочувственно взглянула на него. — Давай так, я научу тебя несложному заклинанию, которое вы пройдёте только на четвертом курсе, но с его помощью тебе будет легче разбираться с хулиганами, — она присаживается на корточки перед ним, малыш кивает ей. — Заклинание называется Дантисимус. Его можно применять на хулиганах, которые тебя обижают, достаёшь свою палочку и чертишь крюк. Самый обычный крюк, как знак вопроса, произносишь Дантисимус и пристально смотришь на обидчиков. Только никому не говори, кто тебя ему научил, договорились? — Гермиона улыбнулась мальчишке, от чего тот дарит ей ответную улыбку. — Договорились, а вдруг оно не получится? Что мне делать? — растерянно всхлипнул малыш. — А вдруг получится? Знаешь самый большой секрет успеха всех великих волшебников? Мальчик завороженно разглядывал старшекурсницу, мотая головой. — Вера в себя, ты сможешь добиться всего, если просто поверишь в себя! — восторженно протянула Грейнджер. — Спасибо! Счастливый слизеринец убежал, и из-за спины Гермионы появился не очень счастливый слизеринец. — Учишь детей таким опасным заклинаниям? — ядовито выплюнул Драко, разглядывая причину своей бессонной ночи. На девушке сегодня надет жилет с гербом факультета, красно-золотой галстук и короткая юбка в складку. — Я успокаиваю ребёнка с твоего факультета, который плачет из-за хулиганов с твоего факультета, поэтому, староста Слизерин, разберись со своими детьми! — возмущённая Гермиона развернулась в сторону кабинета, но почувствовала прикосновение чужой ладони на своей руке. Она вспоминает, как в неё саму попало это заклинание, как она паниковала и бежала в больничное крыло, попутно представляя, как выпускает точно такое же заклинание в Малфоя. Блондин развернул девушку к себе и внимательно взглянул на неё, сощурив глаза. — Ты бегаешь от меня, Грейнджер? — Драко наклонил голову вправо, всё так же щуря глаза. — Ты слишком много о себе возомнил, — съязвила она в ответ и попыталась освободить свою руку из его мёртвой хватки. — Пусти меня, Малфой! — потребовала Гермиона. — А мне казалось, тебе понравилось целоваться со мной, — продолжил гнуть свою волшебник. Гермиона слегка покраснела, она не обсуждала это ни с кем, да и, в общем, старалась забыть об этом происшествии. — Не понимаю, о чём ты, — неосознанно приблизившись к нему, прошипела гриффиндорка. Фирменная малфоевская ухмылка появилась на лице парня, и он приблизился к лицу девушки неприлично близко. — Можем повторить, — парень наклонил голову в другую сторону, вдыхая аромат ванили и приоткрыв рот. Её губы всё ближе, он коснулся своим носом её и заглянул в глаза девушки. — Я лучше схожу на свидание с Кормаком, чем позволю этому произойти ещё раз, — прошептала Гермиона практически в губы парню. — А теперь отпусти мою руку, мне пора на занятие, как и тебе впрочем, — она грозно нахмурила брови, заметив это, Драко улыбнулся краешком губ. — Тогда отличного свидания. Малфой преодолел расстояние в несколько миллиметров, что разделяло их губы и нагло поцеловал гриффиндорку. Гермиона тут же отстранилась и ударила парня по щеке, от чего та начала краснеть. — Ты идиот и псих, и просто невыносимый, не подходи ко мне, слышишь? Никогда не подходи ко мне, придурок! — девушка развернулась и направилась в кабинет, оставив Драко в пустом коридоре. Он провёл ладонью по щеке и закусил свою губу. Лакрица.

***

Туалетная комната для девочек. Второй этаж. Гермиона присела возле умывальника. Никого нет, так тихо и спокойно. В её голове крутятся воспоминания. Девушка уставилась в одну точку и размышляла о том, почему она? Почему на её плечи свалилось всё. Она пережила такие ужасные вещи за свою короткую жизнь: война, пытки, смерть близких, тяжелые решения. Почему после войны всё не изменилось в лучшую сторону? Почему гриффиндорка страдает из-за ссоры с лучшим другом, почему сблизилась со слизеринцем и почему же Драко Малфой ведёт себя с ней так. Девушка еле слышно произнесла заклинание и на конце палочки появляется огонёк. Она некоторое время смотрела на пламя, которое медленно завораживало её. В голове всплыли слова Рона: «Предсказание Трелони оказалось правдой. Ты не способна на любовь», «Принц на белом коне не появится». На глазах появилась пелена слёз. Она сделала еле слышный всхлип и прикрыла глаза. Грейнджер приподняла юбку и прислонила ко внутренней стороне бедра волшебную палочку с огоньком на конце. Один, два, три, четыре. Она убирала её и сделал тяжелый выдох. Ей стало легче. Волшебница почувствовала себя до безумия жалкой, из-за чего у неё начался истерический смех, сквозь слёзы. — Зачем ты это делаешь? — пролетая над девушкой, спросил призрак маленькой девочки. — Оу, Миртл, — Грейнджер смахнула слёзы с глаз и поднялась. — Я просто хотела поплакать в одиночестве, не могла бы ты оставить меня? — Я не о твоих слезах, — призрак спустилась вниз, она посмотрела на Гермиону вплотную. — Я видела, как ты обожгла себя. — Тебе просто показалось, Миртл, — холодно ответила девушка. — Нет, я чётко видела всё своими глазами! — Я сказала, тебе просто показалось, — сквозь зубы прошипела волшебница и покинула туалетную комнату для девочек на втором этаже.

***

— Итак, — начала занятие Макгонагалл, — На прошлой паре мы с вами обсуждали анимагию. — Женщина отошла от своего стола и в процессе шага превратилась в кошку. Она обошла весь класс, очень грациозно, с особой внимательностью оглядев каждого ученика, а затем вернулась на своё место, принимая обратно свой человеческий облик. — Анимагом стать невероятно сложно, необходимо иметь талант к таким дисциплинам, как трансфигурация и зельеварение, — взгляд женщины задержался на слизеринском ряду, где на последней парте Забини шептал что-то Драко, который сдерживал смех. — Мистер Малфой, хотите что-то добавить? — профессор выжидающе смотрела на ученика. — Например, как анимаг выбирает для себя животное, в которое превращается? — Всё просто, профессор, любимое животное и есть вторая сущность анимага. Грейнджер закатила глаза и подняла руку вверх, желая вновь блеснуть своим умом и подготовленностью к занятию перед любимым преподавателем. — Да, мисс Грейнджер? — женщина перевела взгляд на ученицу. — Это не так, — гриффиндорка окинула взглядом Малфоя, который внимательно наблюдал за ней. — Анимаг не может выбирать животное, в которое превратится, он не знает, кем станет после ритуала, — Макгонагалл улыбнулась, удовлетворённая знаниями своей лучшей студентки. — Верно, мисс Грейнджер! Волшебница повернула голову и посмотрела на Драко, она ожидала увидеть закатанные глаза и кривляния в её сторону, но блондин лишь улыбался. Он сидел и разглядывал её с таким неподдельным интересом. — Во второй половине занятия у вас будет практическая межфакультетная работа! Будем повторять изученный ранее материал, а на практике превращать друг друга в животных: кота, собаку или птицу. Пары остаются такими же, как распределила шляпа на первой практической.

***

— Поттер, — подходя к напарнику, произносит Малфой. — Драко, — также сдержано говорит Гарри. — Я бы хотел поговорить перед началом практики, — блондин присел на край парты, пока Гарри смотрел на него, немного опешив. — О чём? — В эту субботу у Забини день рождения, он устраивает вечеринку и хочет позвать Грейнджер, надеюсь, ты успел заметить, что они подружились, — получив ответный кивок, Драко продолжил, — Блейз считает, что она откажется идти без тебя и твоей Уизли, поэтому приглашает вас всех. — Это очень неожиданное предложение, — ответил Гарри, сводя брови к носу. — Почему он сам не подошёл? — Раз уж мне выпала такая честь поработать с мальчиком-который-победил, то я взял всё в свои руки, нам ждать вас? — этот разговор дался Драко непросто. Совсем непросто. — Да, конечно. Можем ли мы взять с собой Рона? — слизеринец некоторое время думал, а затем неуверенно (что не присуще Драко) кивнул. — Спасибо за приглашение, — у Гарри появилась надежда, что он сможет подружиться с Драко, сможет ему помочь - этот мальчик с комплексом спасателя даже после войны не может оставить блондина в покое. — Я пришлю сову со временем и местом, где появится выручай-комната, полагаю, нам следует приступить к практике, — Малфой встал с парты и подошёл ближе к Гарри, — и да, мне бы не хотелось вновь принимать форму хорька, Поттер. Гарри едва слышно прыснул от смеха, но всё-таки кивнул напарнику. В этот же момент Блейз и Гермиона обсуждали предстоящий день рождения мулата. — Нет, Блейз, я совершенно не хочу находиться в компании слизеринцев целую ночь! — возмущалась девушка. — Я понимаю, но ты же будешь не одна, — уговаривал волшебницу слизеринец. — Я бы очень хотел увидеть тебя на своём празднике, мы же друзья, — Гермиона потупила взгляд после этих слов. — Хорошо, но я не стану оставаться там на всю ночь, и, ради Мерлина, распорядись, чтобы было хоть что-то безалкогольное, я не пью, — её наигранно строгий голос вызывал улыбку у Забини. — Для тебя что угодно! Молодые люди принялись за работу.

***

Да-да-да! План в голове Драко всё больше походил на реальность. Уже совсем скоро Гермиона окажется в его постели. День рождения лучшего друга пришёлся ему на руку. Возможно, это покажется жестоким, но для Драко это казалось единственным выходом: напоить гриффиндорку и заняться самой приятной частью плана. Раз Поттер и, возможно Уизел, пойдут с ней, то за них можно не переживать, пить молодые люди не умеют, поэтому не обратят внимание, если их дорогая Грейнджер куда-то пропадёт. Но в голове слизеринца крутилась не только эта мысль. Гриффиндорка помогла мальчишке... Мальчишке со слизерина. Она всегда ненавидела его факультет и то, как она вела себя с ребёнком — поразило Драко. Эта доброта, которую проявила Грейнджер, по отношению к чужому студенту с другого факультета, показалась блондину такой красивой. Красивая доброта, да. Да, именно так. Добрая, умная, сильная, в некоторых моментах властная, а в некоторых такая беспомощная - эта девчонка заставляла Драко думать о ней постоянно, анализировать любое её действие, чем раздражала ещё больше. Но стоило ей появиться рядом — всё переставало иметь смысл. Мир начинал плыть, а она захватывала всё внимание Малфоя. Эти губы вкуса лакрицы, запах ванили и настолько мягкая кожа, будто она младенец. Даже сейчас он стоит у стеллажа с какими-то тупыми книжками про растения, держа в руках одну из них, и смотрит. Смотрит, как гриффиндорка сидит за столом, возле неё стопка книг, она листает страницы, увлечённая чтением, и жуёт лакричную палочку. Волосы выбиваются из хвоста, отчего локоны опускаются ей на лоб и лезут в глаза. Каждый раз, смахивая их, девушка раздражительно вздыхает, но ничего не помогает справиться с этой непослушной копной. Он наблюдает за ней, как настоящий маньяк: из тёмного угла, делая вид, что занят чем-то важным. Но сейчас самым важным для него казалось её лицо. Такое правильное, такое красивое, такое желанное. В сознании всплывает недавний сон, и Драко сглатывает, закусив губу. Если бы ещё год назад ему сказали, что он будет стоять в библиотеке и разглядывать эту зазнайку, сдерживая в себе дикое желание смахнуть все эти книжки со стола, усадить на него Грейнджер и оказаться в ней, — парень рассмеялся бы и покрутил пальцем у виска. В точности как сделал с утра Забини. Салазар, помоги! Уже неделю Драко не писал Нарциссе, он не знал, что ей рассказать. Все его мысли заняла она, и как бы Малфой тому не противился, заглушать чувства он больше не станет. Никогда.