Глава одиннадцатая.

Просыпаемся… кофe… работa… Ужин… быт… телевизop… постель… Дни летят: понедельник — субботa… Годы мчат: листопады — капель… Мы — в болотe ужe пo коленo — Так заилилась жизни рекa: Повторяется всё неизменнo — «День суркa»… год «суркa»… жизнь «суркa»… Жизнь, меж скукою и тревогой… Вечнo мечется, как ни крути. Иногдa y чужогo порогa Мы надеемся счастьe найти, «Лучшe — там, гдe нac нет» полагая… Может быть… Ho, проблемы и там… (ни однa, так, возможнo — другая) И преследуют нac пo пятам… Жизнь ПРОЖИТЬ — непростая задачa, Ho, живём, в основном, без затей, Словнo страусы головy прячa Зa «отсутствиe злыx новостей»… Гpex судьбy искушать (этo — чтo-тo) — Обеспечит покоем слегкa… Просыпаемся… кофe… работa… «День суркa»… год «суркa»… жизнь «суркa»… Натa Романченкo

* * * * *

— Ты рассказал ей? — спросил сухо мужчина, держа в руках наручные часы. — Нет, — ответил больной опустив голову. — Долбоëб, — сделал для себя вывод седой, и бросил на стол наручные часы. Мужчина развернулся и направился к выходу. — Мне сказали, — поднял голову больной, — Что мне же хуже будет, у меня связаны руки, я ничего не могу сделать. — больной снова опустил голову. Ему стыдно, что он так говорит, стыдно, что боится. Ему стыдно и страшно. — Ну нихуя себе, сказал я себе. Чтобы ты чего боялся? — мужчина удивлëнно покачал головой, — Может из тебя тут человека сделают. Для тебя всë же больница полезна. — сказал он, и вышел. В дверь полетел стакан. Разбился. Вдребезги.

* * * * *

— Лотти, а давай напьëмся? — предложила Вегги по телефону. Давно они не сидели. — А давай, — не раздумывая согласилась Магне. Всë же, отдохнуть ей надо. — Окей, тогда в тот самый бар в восемь вечера, ровно. И без опозданий! — протараторила девушка по телефону и отключилась. Что же, сеголня будет хороший вечер, но плохое утро. Но утро — это утро. Оно будет завтра, а надо жить сегодняшним днëм. К пациенту через 20 минут, а результаты теста не готовы. Шарлотта устало облокотилась на спинку кресла. Почему? Почему именно она? Почему именно он? Почему именно этот пациент? Почему ему дали принудительное лечение, а не казнь? Почему такой серийный убийца такой галантный? Почему? Так много этого «почему?», но ни одного ответа. Лотти устало схватилась за переносицу. У неë уже нет желания помогать людям. Зачем? Смысл от помощи? Послушала бы отца. Вела бы его бизнес, и всë было бы у еë ног. Не было бы ссор, рукоприкладства. Может быть, была бы… Мама? Сраный юношеский максимализм. Поток мыслей прервал звонок. Энтони. Зачем он звонит? Сорвался? Может быть, но это уже не должно еë волновать. Она сделала всë, что могла. — Врач-психиатр, Магне слушает. — на автомате проговаривает выученную фразу врач. — Ало, мисс Магне, здравствуйте. Извините, что беспокою, но мы можем поговорить? — голос был нервный. Не похоже на того пофигиста, который называл Чарли «куколкой». Что же случилось? — Здравствуй. Да, могу говорить, — ну хоть что-то интересное за эти дни. Бывший пациент-наркоша решил связаться. — Это не телефонный разговор. Мы можем встретиться? Например, завтра? Во сколько вы закончите? Я вызову вам такси. — всë такой же нервный голос. Ясно, что-то и правда случилось. Но не срыв. Что же? — Я, вам завтра утром отпишусь, в данный момент, я ничего не могу сказать. — блондинка была удивлена. Почему именно она? Почему именно встреча? Опять эти почему. Раздражает. — Хорошо, буду ждать завтра вашего сообщения. До свидания, мисс. — Энтони первый положил в трубку, не дав договорить Чарли. Что ж, пора и о работе вспомнить. Женщина встала. Как же не хочется. Может, просто с ним по душам поговорить? Ага, по душам. «Ты отличный врач, Магне. Прям не могу.» Пронеслось в голове у девушки. Серая плитка на стенах больницы проносилась перед глазами. Нет, не проносилась, а очень медленно менялся квадратик. Но они все одного цвета. Вот она. Эта дверь. Открывать нет желания. И в принципе никогда не было. Она открыла дверь. В кабинете был Аластор и… Мимзи? Стоп, Мимзи?! — Что ты делаешь? Это мой пациент. — Шарлотта не смогла сдержать эмоции. Она была удивлена. Нет, она была в шоке. Мимзи дëрнулась. Аластор будто был рад, что пришла врач. Глаза его загорелись. — А мы как раз договорили, правда, Ал? — пышных форм девушка фальшиво улыбнулась. Видно, в компании Чарли ей не по душе. — Я уже ухожу. Удачного сеанса. — девушка хотела проскользнуть в щель между дверью и Шарлоттой, но было перехвачена. Девушка взяла Мимзи за плечо. Благо разница в росте позволяла. Шарлотта была довольно высокой, 185 см. Достался от мамы рост. Мимзи же наоборот. Была среднего роста, но низкой для Чарли, 160 см. — Я надеюсь, что это было в первый и последний раз. Либо же, я буду говорить с вами по другом. — глаза девушки сверкнули. Мимзи нервно взглотнула. Да, ей было страшно. Почему? Она сама не понимала. — Да, обещаю. — быстро проговорила девушка и убежала. Аластор облегченно вздохнул. Она ушла, наконец-то. Дверь захлопнулась. Тишина. Каждый думал о своëм — Я только сейчас обратил внимание, — прервал эту звенящую тишину мужчина, — На сколько вы высокая. Какой ваш рост? — Аластор и правда не замечал этого. Он сам ростом 213 см, и эта разница между ними была довольно ощутима. — Я 185, рост достался не от отца, если вы хотите спросить ещë это. Многие думают, что рост зависит от мужских ген, но тут спасибо маме. Я выиграла эту лотерею. — Шалотта отодвинула стул, чтобы сесть. — А я, — Аластор сделал такие же движения, что и врач, но не успел договоить про свой рост, как его прервала девушка. — А вы 213, я знаю. У меня же есть вся информация о вас. Рост от отца, или тоже от мамы? — девуша сложила руки и облокатила на них подбородок. — Ни от того, ни от другого. У меня в семье все были среднего роста. Родители сами чесали голову в додумках, в кого же я такой высокий, но так и не смогли понять. — мужчина положил руки на стол. Темы для разговора прекратились. Пора говорить о работе, и лечении. — Что же. Я предполагаю продолжить нам дальнейшую реабилитацию. — со вздохом произнесла девушка и открыла свой блокнот.