Свидание с Злолюстратором: Часть II

Кот Нуар замер, невольно залюбовавшись. Маринетт в своем дизайнерском платье выглядела… непостижимо. Лёгкий ветер играл с подолом, а в глазах отражались огни набережной — будто крошечные звёзды. Он тут же одёрнул себя. Нельзя. Нельзя смотреть так, нельзя думать об этом — не сейчас, когда рядом акуматизированный злодей, когда каждая секунда на счету. — Маринетт, — он шагнул ближе, стараясь говорить ровно, — ты не должна быть здесь. Это опасно. Она вскинула голову — в её взгляде ни тени страха, только упрямая решимость. — Я пришла объяснить ему всё. По‑человечески. Разве это не лучше, чем драться? — Лучше, — согласился Кот Нуар, — если бы он был в здравом уме. Но сейчас им управляет акума. Злолюстратор, не замечая их разговора, продолжал водить кистью по холсту. Его пальцы дрожали, а губы шептали что‑то неразборчивое. — Значит, мы должны вернуть его к реальности, — Маринетт сжала кулаки. — Как? Кот Нуар поколебался. План, который они с Леди Баг придумали, не предполагал её участия — но она права. Без её помощи не обойтись. — Слушай, — он понизил голос, — мне нужно отвлечь его. Ты сможешь подойти и заговорить с ним? Не как жертва, а как человек, который искренне хочет помочь. — Думаешь, сработает? — Не знаю. Но если он хотя бы на секунду задумается, если увидит, что ты не насмехаешься, а действительно хочешь понять… — он замолчал, подбирая слова. — Это ослабит влияние акумы. Маринетт кивнула. В её глазах мелькнуло что‑то тёплое — благодарность? Доверие? — Хорошо. Я попробую. — Но будь осторожна, — он невольно коснулся её руки. — Если почувствуешь, что что‑то не так — сразу отходи. Обещаешь? Она улыбнулась — так, что у него перехватило дыхание. — Обещаю. Они разошлись: Кот Нуар шагнул вперёд, привлекая внимание Злолюстратора, а Маринетт медленно подошла сбоку, держась так, чтобы остаться на периферии его зрения. — Эй, художник! — Кот Нуар хлопнул в ладоши. — Твои картины — просто пародия на искусство! Злолюстратор резко обернулся, глаза горели яростью. — Ты ничего не понимаешь! Это не просто картины — это правда! — Правда? — Кот Нуар усмехнулся. — Тогда почему твоя «правда» не может принять простой отказ? В этот момент Маринетт мягко произнесла: — Прости меня. Злолюстратор замер. Кисть дрогнула. — Что?.. — Я не хотела тебя обидеть, — она шагнула ближе, глядя ему прямо в глаза. — Я просто… не могла пойти с тобой. Но это не значит, что ты плохой. Ты талантливый художник. И ты заслуживаешь того, кто по‑настоящему оценит твои работы. Её голос звучал так искренне, что даже Кот Нуар на секунду забыл о плане. Она умеет находить слова, подумал он с восхищением. Злолюстратор моргнул. В его взгляде мелькнуло замешательство. — Ты… правда так думаешь? — Да, — она улыбнулась. — Но ты не должен использовать свою силу так. Это пугает людей. Кот Нуар понял: момент настал. Он прыгнул вперёд, выбил мольберт из рук злодея, а затем резко наступил на карандаш с акумой. Чёрная бабочка рассыпалась в воздухе. Злолюстратор пошатнулся, потом обвёл взглядом набережную, словно впервые увидев её. — Что… что я наделал? — Ничего непоправимого, — мягко сказала Маринетт. — Просто в следующий раз рисуй то, что приносит радость. Кот Нуар подошёл к ней, чувствуя, как внутри всё ещё дрожит от напряжения. — Ты справилась, — прошептал он. — Мы справились, — поправила она, глядя на него с тёплой улыбкой. Где‑то вдали уже слышались сирены — полиция подъезжала к месту происшествия. А они стояли рядом, не решаясь разорвать зрительный контакт, и каждый думал о том, как мало знает о человеке напротив. Но в этот миг этого было достаточно. Кот Нуар невольно сглотнул, глядя, как Маринетт поправляет прядь волос, выбившуюся из причёски. Вечерний свет играл на её лице, делая взгляд ещё глубже, а молчание между ними вдруг стало невыносимо тяжёлым. — Знаешь… — он запнулся, потом собрался с духом. — Когда Леди Баг сказала мне, что ты идёшь на свидание… мне стало… ужасно. Маринетт замерла. Её пальцы на краю платья слегка дрогнули. — Почему? — тихо спросила она. Он не ответил сразу. Вместо этого шагнул ближе, но тут же остановился, будто боясь нарушить невидимую границу. — Я не знал, что сказать. Не знал, как реагировать. Просто… представил, что ты с кем‑то другим. И это… резануло. Её глаза расширились. В них мелькнуло что‑то неуловимое — удивление, смущение, но и… отклик? — Кот… — Нет, послушай, — он поднял руку, будто пытаясь удержать момент. — Я не должен был этого говорить. Но я не могу делать вид, что мне всё равно. Особенно после того, как увидел тебя в этом платье. Ты… ты выглядишь так, что у меня перехватывает дыхание. Она опустила взгляд, но он успел заметить лёгкий румянец на её щеках. — Это просто платье, — пробормотала она. — Не просто, — он мягко коснулся края ткани, на этот раз не отдёргивая руку. — Это… часть тебя. А ты… ты — часть чего‑то, что я не могу объяснить. Тишина. Где‑то вдали шумел город, но здесь, у набережной, время будто остановилось. — Я не хотела, чтобы ты переживал, — наконец сказала она, поднимая глаза. — Это даже не было настоящим свиданием. Я пришла не ради него. Я хотела всё уладить, не доводя до беды. — И всё же… — он вздохнул. — Я стоял там, за спиной, и думал: «Почему не я? Почему не могу просто подойти и сказать, что она — та, кто мне нужен?» Маринетт замолчала. В её взгляде читалась борьба: желание ответить, страх перешагнуть черту, неуверенность в том, кто он на самом деле. — Ты знаешь… — она сглотнула. — Иногда мне кажется, что мы оба слишком много скрываем. И от этого становится только больнее. Кот Нуар кивнул. Он понимал. Слишком хорошо понимал. — Но пока я не могу сказать больше, чем говорю сейчас, — прошептал он. — Просто знай: то, что я чувствую… это не просто слова. Это не флирт. Это… правда. Она улыбнулась — едва заметно, но так тепло, что у него ёкнуло сердце. — Спасибо, — сказала она тихо. — За честность. Ветер усилился, подхватывая край её платья. Кот Нуар сделал шаг назад, давая ей пространство, но взгляд не отвёл. — Пойдём? — он кивнул в сторону города. — Полиция уже разбирается, а нам… нам с Леди Баг ещё патрулировать. Я отведу тебя домой.  — Да, — она кивнула, но на секунду задержалась. — И спасибо, что был здесь. Не только как герой. А как ты. Он не стал уточнять, что именно она имела в виду. Просто улыбнулся — по‑настоящему, без маски, хотя она и не могла видеть его лицо. Они поднялись в воздух — один прыжок, и крыши Парижа раскинулись под ними, как карта неизведанных земель. Где‑то там, внизу, оставалась тайна, которую ни один из них не решался раскрыть. Но в этот миг им было достаточно просто знать: они не одни. — Для меня ты тоже героиня, — произнес Кот Нуар, краснея, — Моя смелая Маринетт…  **^  Вечер окутал Париж мягким сумеречным светом. Кот Нуар сидел на краю крыши, глядя, как огни города постепенно загораются один за другим. В тишине раздался знакомый сигнал — звонок от Леди Баг. — Ну что, герой, как всё прошло? — её голос звучал спокойно, с лёгкой ноткой участия. Кот Нуар усмехнулся, не отрывая взгляда от горизонта. — Скажем так… интереснее, чем ожидалось. — Это значит, что ты чуть не спалился? — в её тоне проскользнула улыбка. — Хуже. Я… признался, — он запнулся, потом выдохнул. — Признался, что мне нравится Маринетт. На секунду повисла пауза. Потом Леди Баг тихо сказала: — Понимаю. Он обернулся, словно ожидая увидеть её лицо, но она ещё не подошла. — И что думаешь? — спросил он, сам не зная, чего ждёт — осуждения, совета или просто молчаливого участия. Леди Баг появилась из тени, легко приземлившись рядом. Её силуэт на фоне закатного неба выглядел почти нереальным. — Думаю, что Маринетт — просто милашка, — произнесла она просто. — Добрая, смелая, искренняя. И если кто‑то в неё влюбляется… это логично. Кот Нуар опустил взгляд. — Но я не могу ей сказать, кто я. Не могу подойти к ней по-нормальному… сказать то же самое. А я лишь Кот Нуар… Герой Парижа… а она ведь для меня тоже, фактически героиня, раз решилась на риск из-за этого парня…  — Значит, — она слегка коснулась его плеча. — Для неё это значит больше, чем ты думаешь. Даже если она пока не понимает, кто ты. Он хмыкнул. — Ты всегда знаешь, что сказать. — Потому что я тоже её подруга, — Леди Баг посмотрела вниз, на улицы, где уже зажигались фонари. — И я вижу, как она смотрит на тебя. Потому что она тоже была когда-то в нашей команде супергероев… и ты ей не раз спасал жизнь… она мне все рассказывала. Особенно, все, что касается тебя.  Он замер. — Что? — Ничего такого, — она быстро подняла руки. — Просто наблюдение. Кот Нуар хотел спросить больше, но сдержался. Вместо этого он снова взглянул на город. — Как думаешь… когда‑нибудь всё это закончится? И мы сможем просто быть собой? Леди Баг помолчала, потом тихо ответила: — Надеюсь. Но пока мы должны защищать их. И друг друга. Они сидели рядом, молча наблюдая, как ночь накрывает Париж. Где‑то там, за этими огнями, Маринетт, возможно, думала о том же — о тайнах, о чувствах, о том, что нельзя сказать вслух. А здесь, на крыше, два героя, сами того не зная, делили одну и ту же боль — любовь, которую нельзя раскрыть.