Глава VIII: Имя хранителя

Глава VIII: Имя хранителя В темном хранилище царила глубокая тишина. Кассий и Дафна сидели на полу, между двумя высокими полками, а перед ними лежала целая стопка книг. Некоторые из них шипели, а некоторые пытались закрыться или исчезнуть. Он листал толстый том с черным золотым обрезом, в то время как Дафна, вооружившись пером и клочком пергамента, торопливо записывала самые важные слова. — Вот, смотри, — ее палец скользил по странице. — «Хранитель крови призван хранить магию рода до прихода Наследника Огня». Здесь также сказано, что печать накладывается на сильнейшего потомка, чтобы он не разжёг Пламя раньше времени. — Странно, почему мне никто не сказал об этом… — пробормотал он, и в его голосе слышалось напряжение. Дафна прищурилась и резко перевернула страницу. На следующей была вытесана печать — круглая, с семью рунами, а вокруг неё имя: Morrigan Tenebris Black — Морриган… — произнёс он, и от этого слова по комнате пробежал холодок. — Хранительница… Тёмная хранительница рода, — добавила Дафна шёпотом, словно проглатывая каждую букву. Под именем были написаны строки: Она приняла на себя Бремя, чтобы Наследник однажды стал Пламенем. Её имя нельзя произнести вслух без последствий. Заклинание пробуждения написано ниже. Кассий наклонился и прочел заклинание, выведенное чернилами, похожими на застывшую кровь: Sanguinem Vocare, Flamma Aperire, Morrigan Evocare. Он уже почти повторил его, но Дафна быстро накрыла его руку своей: — Нет. Не здесь. Не сейчас. — Почему? — он бросил на нее острый и темный взгляд. — Потому что… ты ещё не готов. И потому что я тебе нужна. А если ты… исчезнешь или потеряешься в этой силе, — она запнулась, — это будет бессмысленно. Он посмотрел на неё долго. Потом кивнул и закрыл книгу, спрятав её под плащ. — Умная, — только и сказал он. — А ты упрямый, — ответила она. И тут снизу послышался шорох. Скрипнули тяжелые двери, и тонкий луч света от фонаря скользнул по полу. — …кто-то ходит тут по ночам… — слышался хриплый голос Филча. — …я чую их. Норрис, ищи, девочка. — Чёрт! — Дафна схватила его за руку. — Нужно уходить. Немедленно! Они погасили свет своих палочек и почти бесшумно скользнули между стеллажей, укрывшись за одной из полок. На ступенях появился Филч с фонарём и, как всегда, с отвратительно урчащей кошкой. — Я знаю, что ты здесь… — бормотал он. — Я всех вас найду… Норрис внезапно уставилась прямо на них и зашипела. Кассий мгновенно приложил палец к губам Дафны, поднял палочку и прошептал: — Umbra Obscura. Из тени вырвалось облако черноты, окутывая их и скрывая из виду. Филч закашлялся, махнул рукой и, бормоча что-то о «гадских драконих отродьях», повернул обратно, увлекая за собой кошку. Когда шаги стихли, Кассий наконец выдохнул и, чуть усмехнувшись, взглянул на Дафну: — Ты вся дрожишь. Ты в порядке? — Иди к чёрту, — пробормотала она, но руку его не отпускала ещё долго. — Тогда пойдём. — Он посмотрел на спрятанную книгу и произнес тихо, уже для себя: — Мы скоро встретимся, Морриган. И вот они вместе вышли в темные коридоры, навстречу новому дню. *** Утро в Хогвартсе выдалось на редкость холодным и туманным, даже для ноября. В Большом зале царила привычная суматоха: грохот посуды, сотни голосов, треск крыльев сов. Однако за столом Слизерина Кассий сидел, не прикасаясь к еде. Его ладони были сцеплены, а взгляд устремлён куда-то в середину стола, но на самом деле он словно смотрел сквозь всё это. В глубине его груди, где обычно царила холодная решимость, теперь спиралью клубилось что-то ещё. Что-то древнее. Что-то живое. "Морриган…" — шепот был почти неслышен, но он точно знал, что это не его воображение. — Ты собираешься так на хлеб смотреть весь завтрак? — прозвучал тихий, колкий голос рядом. Кассий поднял глаза. Дафна, как обычно безупречно собранная, сидела напротив, держа тост в одной руке и осторожно наблюдая за ним из-под длинных ресниц. — Думаю, хлеб меня боится, — ответил он ровно. — Я бы тоже боялась на его месте, — сказала она, откусывая кусочек тоста. Немного помедлив, она добавила чуть тише: — Ты всю ночь не спал. Я слышала, как ты снова вставал. Он пожал плечами: — Времени мало. Дафна раздраженно откинулась на спинку скамьи и поставила чашку с чаем: — Ты хотя бы понимаешь, чем рискуешь? Эта… Морриган… Она ведь не просто тёмная хранительница. Она — Хранительница. Ты ее разбудишь — и кто знает, проснёшься ли сам. Он молча выпрямился, наконец взял тост и, посмотрев на него с лёгким пренебрежением, всё же откусил. — Вот для этого, Дафна, ты и нужна мне рядом, — сухо сказал он. — Чтобы напоминать о рисках. — О, как мило, — фыркнула она. — Сама горжусь, что моя роль — держать тебя в здравом уме, пока ты играешь с проклятиями, которые старше Хогвартса. Он вдруг чуть-чуть усмехнулся: — И это у тебя получается лучше всех. На её щеках мелькнул лёгкий румянец, но она быстро спряталась за чашкой и больше ничего не сказала. "Морриган…" — снова. На этот раз шёпот прозвучал чуть громче. Он ощутил, как в его пальцах заколола слабая искра. "Ты уже близко. Я вижу тебя. Наследник..." Он провёл рукой по виску, словно пытаясь прогнать голос вместе с утренним туманом, который клубился за окнами. — В чём дело? — тихо спросила Дафна, вновь внимательно глядя на него. Он встретился с ней взглядом, глубоким и тяжёлым. — Ты тоже её слышишь? Дафна замерла, но отрицательно покачала головой. Он опустил взгляд обратно на тарелку. — Тогда это только начало, — произнёс он скорее себе, чем ей. В это время мимо проходил Малфой с Крэбом и Гойлом. — Опять важный вид, Блэк? Не рано ли для трагедий? — с неприятным смехом бросил он. Кассий лишь лениво поднял бровь: — Для тебя, Малфой, рано даже для мыслей. — И вернулся к своему хлебу, будто это было самым важным занятием. Драко поморщился и отошел, недовольный тем, что не удалось его задеть. А Кассий вновь услышал её — шёпот, теперь почти ласковый: "Наследник… приди..." Впервые он ощутил, как в нём медленно, но неуклонно пробуждается древняя сила, принадлежащая другому. И на мгновение он подумал, что ее зов не только пугает, но и манит. *** День был серым, но Хогвартс жил своей обычной жизнью. Ученики сновали по коридорам с пергаментами, кто-то тащил за собой тяжелые котлы. В классе Прорицаний взорвалась лампа, и запах гари доносился до самой Большой лестницы. Кассий, держа под мышкой две старые книги, направлялся в библиотеку. Он старался думать о чем угодно — о предстоящем зелье, о своем эссе по Защите, даже о том, как Малфой снова кривляется перед Поттером… лишь бы не о ней. «Наследник… приди…» — Заткнись, — пробормотал он едва слышно, проходя мимо гобеленов. — Простите? — раздался голос позади. Он обернулся — Гермиона стояла с охапкой свитков и удивленно смотрела на него. — Ничего, — сказал он ровно. — Просто… думаю вслух. — Я так и подумала, — ответила она чуть мягче, чем обычно. — В последнее время ты выглядишь… странно. Усталый. И задумчивый. Больше, чем обычно. Он хмыкнул: — Ты всегда так внимательно следишь за мной, Грейнджер? Она слегка покраснела и, отведя взгляд, подошла к ближайшему шкафчику, делая вид, что ищет нужный свиток. — Я просто замечаю вещи, — произнесла она почти шёпотом. Он стоял, глядя на неё, и впервые за весь день шёпот Морриган на мгновение затих. Гермиона аккуратно сложила свитки в стопку и повернулась к нему: — Я знаю, что тебе всё равно, но если вдруг понадобится помощь… — она замялась, словно не зная, как закончить предложение. — …ты можешь сказать. Он не сразу ответил. Затем едва заметно кивнул: — Ценно. Спасибо. Гермиона улыбнулась, и, когда он уже собирался отвернуться, ему показалось, что её взгляд всё ещё следит за ним — пытливый, тревожный и почему-то тёплый. В тот же день он решил посетить тренировку по дуэлям, которую вёл старший студент из их клуба. Выбрав сильного соперника — Блейза Забини — он начал беспощадно осыпать его заклинаниями. Даже профессор Флитвик с удивлением наблюдал, как мальчик в черной мантии движется точно и быстро, но его глаза всё время словно бы блуждают где-то далеко. «Наследник… ты сильнее, чем я помнила…» После дуэли он остался один в пустом зале и, глядя на кончик своей палочки, прошептал: — И всё равно ты не получишь меня. «Ты уже мой…» К вечеру он снова оказался в библиотеке, но на этот раз не один. Дафна сидела чуть поодаль с книгой о зельях, а Гермиона подошла и села на соседний стул. Она бросила взгляд на исписанный им пергамент и спросила: — Ты ищешь… информацию о печатях рода? Он приподнял бровь: — Ты наблюдательная. — И… если ты считаешь, что это опасно, лучше не продолжай один, — сказала она твердо, но в её голосе звучала явная тревога. Он посмотрел на неё долго, чуть прищурив глаза: — Может быть, ты больше понимаешь, чем я думал, — сказал он тихо. — Ты хочешь, чтобы я попросил твоей помощи? — Может быть, — ответила она тоже тихо, и её щеки слегка порозовели. — Может быть, я уже помогаю. Он заметил, как Дафна, сидящая чуть дальше, бросила на них недовольный, испытующий взгляд. «Ты уже мой, Наследник…» Шёпот становился всё громче. Но впервые за много дней Кассий позволил себе лёгкую улыбку — холодную, но с оттенком веселья. "Не спеши, Морриган... У меня есть дела здесь." Он резко захлопнул книгу и встал: — Время ужина. Не желаете ли присоединиться ко мне, леди Грейнджер? Гермиона вспыхнула, но кивнула и, прижав свиток к груди, последовала за ним. Дафна медленно отложила свою книгу и поднялась, её глаза сверкали стальным блеском. *** Большой зал наполнялся привычным шумом: сотни голосов, звон кубков и ложек, ароматы мяса и тыквенного сока. Однако для Кассия все эти звуки казались приглушенными, словно он слышал их сквозь толщу воды. В его голове не умолкала Морриган, словно неугомонная птица, не желавшая оставлять его в покое: «Скоро. Совсем скоро. Приходи ко мне…» Он занял своё место за столом Слизерина и жестом пригласил Гермиону, которая неуверенно замерла в проходе. — Не стой, Грейнджер. Всё равно уже обсуждают, — произнес он с ленивым равнодушием и отодвинул для нее место рядом. Она села, крепко сжав салфетку и украдкой бросая взгляды на мальчиков в зеленых галстуках, которые уже начали перешептываться и с презрением коситься на неё. Через минуту к ним подошла Дафна. Её взгляд был холодным, а манеры безупречными. Она молча скользнула на скамью напротив и, положив локти на стол, произнесла: — Ты выбрал забавное общество для ужина, Кассий, — в её голосе звучала легкая насмешка. — Я не выбирал, — отрезал он, наливая себе тыквенный сок. — Оно само пришло. Гермиона удивленно приподняла брови, но не произнесла ни слова. — Я надеюсь, ты не забыл, — произнесла Дафна, сделав вид, что рассматривает манжету своего платья. — У тебя есть союзники, которые знают твое место в этом замке. Он лениво взглянул на нее: — Я еще не решил, где мое место, Гринграсс. Но я обязательно дам тебе знать, как только пойму. Гермиона крепче сжала вилку, а Дафна чуть прищурилась, словно довольная тем, что он не сразу последовал ее совету. — Как знаешь, Кассий. Но, — она склонила голову, и в ее глазах блеснул вызов, — советую помнить о договоренностях наших семей. Он не ответил. В тишине вокруг него внезапно раздался шепот Морриган, настолько явственный, что у него дрогнула рука: «Они смешны. Они все смешны. Ты принадлежишь мне». Он резко отставил кубок, что-то пробормотал и поднялся из-за стола: — Приятного вечера. Две девушки проводили его взглядами: Дафна — насмешливо-вопросительным, Гермиона — обеспокоенным. Он не мог заснуть почти до трёх часов ночи, ворочаясь на своей кровати в мрачном подземелье Слизерина. Каменные стены казались ему чужими, а воздух — холодным. Его душило ощущение, что он не один в этой комнате. "Ты сопротивляешься..." Он зажмурился и стиснул зубы, но его дыхание участилось — прямо в темноте, за балдахином, возникла тень. Длинные тонкие пальцы пробежали по краю его подушки. "Скоро ты всё узнаешь... Наследник. Дитя ночи... Открой дверь." Он выхватил палочку и шепнул: — Lumos! Свет вспыхнул, и он успел заметить в углу комнаты нечто, похожее на женщину в темном саване с косой улыбкой, прежде чем она растаяла, оставив только ледяной смех. Он сел на кровати, сбросив одеяло, его лоб был холодным от пота. Она уже приходит не только во снах... Он опустил ноги на каменный пол и сжал кулаки. — Не сейчас, — сказал он в темноту. — Я решу, когда. "Решишь ли?.." Шёпот угас. Он долго сидел в тишине, пока за окном застывшего озера не забрезжил первый рассвет.