не провоцируй

Прийти на работу с мороженым в руках было, наверно, очень ненормально и глупо со стороны. Но у меня на сегодня в рацион вписано не только мороженое. Улыбнувшись, я вхожу в лифт и уже ловлю на себе странный взгляд мужчины из рекламного отдела, находящегося на этаж ниже нас. Наконец, выйдя из лифта, я на минуту останавливаюсь и смотрю на время: отлично. Сегодня я опоздала ровно на два часа, но мистер Вилсон, которого сегодня не будет в офисе, проинформирован об этом. Сделав глубокий вдох, я шагаю в сторону нашего офиса. Что же произошло вчера в его доме и почему я так сегодня поступаю? Просто потому что этот наглец покинул дом буквально в течении следующих минутах после того, как он получил какое-то сообщение и, ничего не сказав, ушел. Я же, придя в себя, собрала все свои вещи и, хлопнув (не понятно для кого) дверью, ушла. И только придя домой я поняла, насколько я зла на него. Как он может так манипулировать мной? Почему? И вообще, кто ему дал такое право?! Вот я и решила ему отомстить. Усмехнувшись, я прохожу к своему столику и, оставив сумку в кресле, присаживаюсь на край стола, продолжая максимально сексуально есть мороженое. Его в офисе еще на данный момент не было, но компьютер был включен. Значит, вышел. Отлично. Я бы могла дождаться момента, когда он придет, но тогда бы было не так правдоподобно. Наслаждаемся. — Опоздала, ешь мороженое..., — задумчиво произносит Рейч, подходя ко мне. — Все хорошо? Я улыбаюсь. — И тебе привет, — еще раз облизав шоколадную часть десерта, отвечаю я. Но нас прерывает резко хлопнувшая дверь, на шум которой мы с Рейч и оборачиваемся. Ладно? Интересно, почему я не удивлена? Холодный десерт в моей руке сразу же привлекает внимание парня и он явно не успевает скрыть свое удивление. Отлично, день можно считать начатым. Усмехнувшись, я возвращаю свое внимание к подруге, которая снова завела разговор об этом Леонардо и его странных выходках. Я же продолжала есть мороженое и наслаждаться взглядом, прожигающим мою спину. — А как вы вчера поработали? — интересуется подруга, тоже облокачиваясь на свой стол. — Да странно, — пожимаю плечами я, доедая десерт. — У тебя есть салфетка? — заглянув в свой шкафчик и заметив отсутствие наличия салфеток, интересуюсь я. Надеюсь, и тема также будет проскочена. — В смысле «странно»? — не унимается рыжеволосая, протягивая мне пачку. Взяв зеркальце, я смотрюсь в него и замечаю, что на губе остался шоколад. О-оу. Что-то тянет меня опустить слегка зеркало и посмотреть в сторону стола Моретти. Сглатываю. Так, Белла, отведи глаза. Но он даже не моргает... Белла! Я резко отвожу глаза в сторону и достав салфетку, протираю губы, стерев помаду, снова. Черт. — Ну, в прямом, — сажусь на свое место я, убирая все не нужное со стола. — Вроде поработали, но вроде и ничего нет в итоге. Действительно. И что мы собираемся сдавать начальству? Отлично, теперь еще и работу нужно за двоих сделать. Класс. Лучше просто быть не может! Весь день у меня проходит за компьютером, я даже кофе или чай выпить не выхожу. Лишь, спасибо ребятам, поела пиццу, и то потому что в день отсутствия нашего директора мы делаем такие маленькие нарушения. Но сейчас, поняв, что я уже просто выдохлась, я делаю перерыв и достаю из сумки шоколадные печенья. Предлагаю Рейч, но она отказывается, говоря, что скоро идет домой и там ее ждет очень вкусный ужин и она хочет достаточно проголодаться. Посмеявшись над ее ответом, я снова приступаю к работе, начав трапезу. Но я совсем забыла, что у этих печений очень, просто очень растекающийся шоколад в начинке. И если откусить его, а не съесть полностью, то можно либо запачкать одежду, либо шоколад оставит свой след на губах. Шучу, я не забыла. — О-ой, — протягиваю я безобидно, при этом жуя печенье. — Нц, — недовольно цокаю, когда «обнаруживаю» у себя на губе остатки шоколада. Мой взгляд поднимается на Леонардо и я замечаю сначала сжатые кулаки, чуть выше каменное лицо со взглядом, который, кажется, сейчас начнет стрелять. И только когда я хотела убрать взгляд, я увидела то, что хотела увидеть весь день со всеми эти проделками. Он сглотнул! А значит, еле сдерживает себя. Отлично. Пусть знает, что такое быть в неловком положении. Придурок. Продолжаем наслаждаться. День продолжался в таком же темпе, пока я не решила встать из-за компьютера и спуститься вниз, чтобы выпить кофе. Боже мой, то, что мы должны были начать делать вчера, я сегодня практически закончила. Дебил. Чтоб тебе вдвойне больше работы навешали! Вот, наконец, мой напиток готов и я тянусь, чтобы взять его и насладиться им и тишиной, которая сейчас здесь царила. Рабочий день давно окончен и все давно ушли. Даже Леонардо ушел. Хотя так даже лучше. При вспоминании о нем у меня по телу пробегают мурашки и я не могу это контролировать, это просто само собой происходит. И я бы винила себя, если бы не его сегодняшняя реакция а мою последнюю надежду — шоколадные печенья. Господи, что за тип? Что им движет и почему он ведет себя так? Я этого, наверно, никогда не пойму. Допив свой кофе и налюбовавшись ночным городом, я смотрю на время и понимаю, что уже довольно поздно, так что пора собираться домой. Но оборачиваюсь я в сторону двери не потому что хочу направиться в ее сторону и пойти собираться домой. Я оборачиваюсь на то, что ею кто-то очень громко хлопает. Но кто? Оглядываюсь по сторонам. Открытое окно. Фух. Переводя дыхание, я поспешно направляюсь к выходу с одной мыслью: больше ни за что одной не задерживаться. Хотя я раньше задерживалась и ничего подобного не было. Да ладно, показалось. Именно с этими мыслями я и выхожу из столовой, как происходит кое-что совсем неожиданное. Меня резко тянут в правую от двери сторону, чашка выпадает из моих рук и разбивается а я в мгновении ока оказываюсь в какой-то темной, узкой комнате. Снова прижатой к стене или же двери. Черт! И именно парфюм дает мне понять, кто же мог такое сделать. Хотя и сделать такое мог только один он. Леонардо. — Ты что делаешь?! — я бью по его груди, чтобы он отстранился от меня, но от него никакой реакции. — Пусти! — упираясь руками в грудную клетку парня, требую я, но это как-то и не имеет значения, потому что расстояния между нами становится меньше, а руки, которые были по обе стороны от меня, уже. — Ты действительно думала, что то, что ты делала, останется незамеченным? — с насмешкой спрашивает Леонардо, говоря каким-то странным тихим тембром. — А что я делала? Работала? — возмущаюсь я. — Ты вообще что тут забыл? Ты же ушел! — снова толчок в грудь, но все равно лучше от этого не стало. — Да, в перерывах между провокациями, ты работала, — сделав еще один шаг на меня, тихо произносит брюнет. Я еще больше вжимаюсь в стенку. Черт.. Что он вообще хочет сделать? — Не понимаю, о чем ты, — собрав всю волю в кулак, продолжаются отбиваться я. Внутри меня все затянуто очень тугим узлом и это как волнительное, так и приятное чувство. Я никогда раньше не чувствовала этого. Что-то вроде опасности, которая манит. Ты понимаешь, что нельзя, но все равно заинтересовываешься. — Будешь ходить вокруг да около? — одна рука парня осторожно опускается вниз и берет мою правую руку, прижимая ее к стене. — Я не хожу вокруг да около, я говорю то, что есть и, — я прерываюсь, потому что не понимаю, что он хочет сделать. — И что ты вообще делаешь?! Почему мы здесь?! Дай мне уйти! — но мне не дают поднять левую руку. Ничего не говоря, Леонардо начинает медленно опускать руку вниз, к моей левой руке, иногда касаясь оголенных из-за гипюра кожи рук. Каждое его нарочное случайное прикосновение дарит мне огромное количество мурашек, которые настоящие предатели, сдающие меня ему, выдавая мои ответные реакции. Момент и моя левая рука точно также прижата к стене. — Это — всего лишь предупреждение, — приблизившись ко мне вплотную, тихо шепчет мне в губы. — Какое предупреждение? — отвечаю я прямо в губы парня и как бы я не старалась, но наши губы касаются друг друга, вызывая бурю эмоций. — Не провоцируй меня, Белла, — губы в губы шепчет Леонардо, опуская свой взгляд с моих глаз на мои губы. Я ничего не отвечаю, потому что я хочу возразить, но пока не в силах. Ну же, Белла, соберись. Но мне это просто не дают сделать, потому что в мгновении ока Моретти разворачивает меня лицом к стене и, не давая мне сделать лишнего, давит на меня всем телом так, что я чувствую его ноги на своих. Я начинаю мотать головой, чтобы хоть как-то помешать, но и на это темноволосый находит управу. — От-пус-ти, — выдыхаю я, но меня лишь игнорируют. Я чувствую, как мои руки скрещивают за спиной и сжимают запястья одной рукой. Я больно простанываю. У меня точно будут синяки. Не обращая на мои требования отпустить меня, Леонардо скользит левой рукой вверх по моему телу и останавливается на шее. Нет. Со вчерашнего дня его прикосновения на моей шее — это что-то типа прикосновений эрогенной зоны. Обхватив всей рукой мою шею, парень опрокидывает мою голову назад, начиная делать какие-то странные движения, то прикасаясь, то отходя от моего тела. И каждый раз, когда он прижимался своим телом к моему, мое тело зажималось между ним и стенкой так сильно, что я чувствовала каждую мышцу на его теле. — Не провоцируй, — еще раз, прерывисто, предупреждает меня брюнет. Я усмехаюсь. А после получаю молчаливый ответ, одним движением: очень чувствительным прижатием паха к моим бедрам. Я начинаю извиваться, но поняв, что это нравится Леонардо, поэтому я сразу же перестаю это делать. — Иначе? — выдыхаю я, когда хватка на моей шее на секунду ослабевает. У парня вырывается смешок. — Иначе я люблю грубо, — впившись своими ногтями в кожу шеи, выдыхает мне в губы.