Часть 8. No Lights On The Horizon

Это был сон, подумала Ви как только проснулась. И поцелуй в шею, и история про нэкомату. И все, начиная со встречи с Гончей, а может быть и того раньше: воспоминания о Токио смазались, потеряли резкость, стали похожи на один старый фильм, восстановленный с пленки, который она видела… слишком сюрреалистично, чтобы быть правдой, и одновременно с этим — слишком хорошо. Чтобы избавиться от иллюзии оказалось достаточно заглянуть под одеяло: татуировка, которую она сделала “во сне”, была на своем месте, зато одежды не было. В следующую секунду Ви уже выскочила из кровати. Пронеслась через комнату и со всех ног бросилась к дверям лифта, схватила куртку, которая все еще лежала под вешалкой. Руки тряслись, она все никак не могла нашарить внутренний карман, в котором вчера спрятала щепку. Только когда пальцы, наконец, нащупали пластиковый чип, Ви вспомнила, что живет не одна. — Горо? — позвала она, натягивая на себя куртку. Никто не отозвался. Ви пожала плечами и вернулась к себе. Залезла на кровать, поджала под себя ноги и аккуратно, будто боясь, что она исчезнет, положила щепку прямо перед собой. — Ну привет, — сказала Ви. — И что мне с тобой делать? Щепка, ожидаемо, не ответила. Подавив первый порыв — вставить чип и залить его содержимое в голову, — Ви потянулась за кибердекой. “Кейс” лежала там, где Ви ее оставила, как теперь казалось, целую вечность назад — на тумбочке у кровати, и адрес борды легко нашелся в памяти деки. В этот раз ломать ничего не пришлось: прогнав свои обычные проверки, Ви загрузила генератор кодов, который дала ей Гончая, отправила на деку последовательность символов и нажала на ввод. “Двойная аутентификация пройдена” Какая-то мысль неприятно царапнула сознание — что-то про “Кейс”, айдишник и коды, — даже мурашки по позвоночнику пробежали, но Ви только запахнула куртку и провалилась в скрытый раздел. Как оказалось, ее уже дожидалось послание. “Надеюсь, ты впечатлена.” — Вот же сучка, — пробормотала Ви. Никакой злости она, впрочем, не чувствовала: Гончая просто выполнила условие, которое ей поставили — и выполнила хорошо. Теперь очередь была за Ви, но нужно было прояснить пару деталей.       “Более чем.” “Как ощущения?” Прежде, чем Ви успела отправить что-то резкое, возникло еще одно сообщение. “Я не издеваюсь. Тебя могло стриггерить и при первом отключении. Что-то чувствовала?”       “Только страх?” “Значит, страх не подходит.” Ви поняла, что стремительно теряет нить разговора. Она помассировала правый висок и еще раз перечитала сообщения — яснее не стало, поэтому она набрала:       “Давай по порядку, Гончая: я хочу запуститься автономно, мои действия?” “Ставишь софт. Должно идеально интегрироваться с системой ‘саки, не бойся. Получаешь возможность отключиться в любой момент. Наверху не узнают: софт создает второй поток данных и отправляет на спутник, никто не заметит, что ты сорвалась с поводка.” Пришлось подождать, прежде, чем возникла вторая часть послания. “Дальше: тебе нужен триггер. Сильная эмоция или ощущение. Страх ты уже пробовала. Жаль, не сработало. В норме было бы достаточно просто оставаться без поддержки. Понемногу, но каждый день. Рано или поздно это тебя запустило бы, но у тебя нет столько времени.” “Почему это?” “Кое-что пошло не по-плану. Придется… ускорить некоторые процессы. Я выиграю время, сколько смогу, но не затягивай. “Арасака” не слишком довольна вчерашним. Может ответить. А тебе и так будет непросто: слишком долго ты на поддержке сидела.” “У меня что, выбор был по-твоему?” “Не мои проблемы. Надейся, что твой мозг не успел сильно привыкнуть. Отключайся. Пробуй разные триггеры. Скину тебе документацию по софту, если надо.” “Я надеялась, у меня будет чтиво поинтереснее. Инари вышла на связь?” “Да, мы говорили. Инфа будет.” “Все, что захочу?” “Хоть цвет трусов Мичико Арасаки.” “А Ханако?” “Дохлый номер. Она их не носит.” Ви коротко рассмеялась. Не то, чтобы Гончая начала ей по-настоящему нравиться, но было приятно знать, что у человека, которому ты собралась довериться, похожее чувство юмора. “А ты ничего, оказывается. Нормальная.” “Конечно, я ведь живой человек все-таки.” Образ странного, непропорционального, даже пугающего тела Гончей сам собой возник в голове. Стало интересно, сама ли она такое выбрала, или, как и Ви, ей пришлось смириться с неизбежным. Сложно ли было привыкнуть? Ви до сих пор иногда вздрагивала, когда замечала в случайном отражении новое лицо, а ведь у нее-то тело было обычное, без всяких выкрутасов. Пальцы замерли над клавишами. Пришлось вдохнуть и выдохнуть, напомнить себе, что они не подруги, а деловые партнеры — и то в лучшем случае. И мимолетной искорки симпатии, которая вроде как промелькнула между ними, явно было недостаточно, чтобы это изменить. Хотя Ви пришлось признаться себе: сам факт, что Гончей и ее людям удалось, пусть и ненадолго, обыграть “Арасаку” у нее дома, вызывал нефиговое уважение. “Ладно, к делу. Я хочу все, что у ‘саки есть на меня.” “На старую тебя или на новую?” “Я же сказала: все, что у них есть. Старые записи. Профиль, характеристики, биометрия. Комплектация и технологии. Прогнозы. Планы использования.” “Неплохо ты замахнулась. Поняла. Достанем. Скорее всего, по частям, но инфа будет. Это все?” “Нет, не все. Актуальные данные по программе “Сохрани свою душу” “Просто включи любой новостной канал. Последние семь лет — сплошная ‘сака. По “54 Ньюс” прямо сейчас идет репортаж. Группа клиентов судится с корпорацией. Их личности якобы изменились после подсадки в донорские тела. Посмотри, тебе понравится. Может, перестанешь психовать, что ты борг.” Ви чуть воздухом не подавилась. Откуда Гончая узнала? Хотела уже было на нее наехать, потом дошло: если нетраннеры Гончей смогли устроить сбой, наверняка им было не так уж трудно перехватить ее биометрию. Либо корпоратка ее слила — та самая, от которой Ви надеется получить информацию. “Мне нужны данные.” “Да поняла я. Не буду обещать.” “Охуеть. А кто мне только что говорил, что достанет любую инфу?” “Не глупи. Это совсем другой уровень, Ви.” “Ты сказала: все, что я захочу.” “К чему ты ведешь? Только не говори, что иначе откажешься использовать щепку.” Ви покачала головой. Потом выругалась, вспомнив, что Гончая ее не видит. Потом обрадовалась — ровно по той же причине; пожалуй, все же стоит нормально одеться. Нет, Ви не собиралась притворяться: если она что-то и поняла вчера, то это один простой факт — она не может так жить. Одно дело — знать, что ты от чего-то зависишь, и совсем другое — прочувствовать это на своей шкуре. Ей просто необходимо вырваться из этой… системы, стать единственной хозяйкой своего тела и своей цифровой души. Все те же два важных слова “функционировать автономно”. И не важно, что это только начало пути, первая из, быть может, очень длинной цепочки битв. Она все для себя решила и притворяться, что это не так не было смысла: Гончая достаточно умна, чтобы выиграть у нее в “я знаю, что ты знаешь”. “Тогда все, что твой человек сможет достать. И помимо этого — еще один полный профайл. Имя: Горо Такэмура. Пока все.” “Принято. Ты уже воткнула щепку?” “Еще нет. А должна была?” “Думала, ты уже грузишь софт. Хорошо. Значит, ты не такая уж безрассудная. Дам тебе совет: если видишь, что триггер не работает — подрубайся обратно. Не затягивай. И всегда ставь таймер, когда отключаешься.” “Чтобы меня не спалили?” “Чтобы тебя не затянуло. Или тебе понравилось быть в вакууме? Не знаю, какой у тебя тип реакции. Можешь просто потерять волю и не вернуться. Можешь получить приступ психоза. Серьезно, лучше не выяснять.” Что-то подсказывало Ви, что совет Гончей основан на личном опыте, и опыт этот был не самым приятным. “Еще советы будут?” “Хватит с тебя. Сообщай, если будет прогресс. Следующий пункт плана расскажу, когда найдешь свой триггер. Устраивает?”       “Не особо.” “Ну что я могу сказать? Не мои проблемы. Информацию пришлю, как только получу. Оставайся на связи.” Окно с диалогом закрылось само собой. Выскочило сообщение о том, что данные были удалены. Ви выругалась себе под нос: “оставайся на связи”, как же — Гончая явно считала, что Ви подключается с импланта. Но, по честному, ее можно было понять: надо быть человеком с фантазией, чтобы предположить, что кто-то сейчас использует портативку. Ладно, не страшно. Она столько времени проводила за “Кейс”, что вряд ли ее постоянная возня с декой вызовет подозрения. Ви наконец сделала то, чего ей давно хотелось: вставила щепку в порт. Софт перелился в голову неожиданно быстро; Гончая не соврала — система даже не пикнула, приняв вирус за часть своего нормального кода. В поле зрения появилась иконка с головой животного — то ли собаки, то ли лисы, — слишком мелкая, чтобы сказать точно. Мысль об отключении пугала, но вместе с тем ей не терпелось попробовать. Совет Гончей прочно застрял в голове, так что прежде, чем отключиться, Ви выставила таймер. Врубила обратно чувство голода, которое бессознательно глушила последние три дня — тревожный звоночек, особенно с учетом того, как торжественно она обещала себе больше не играть со своими сенсорными. Ви уже знала, что ее ждет, и думала, что готова к этому. Она ошибалась: когда пустота навалилась на нее, стирая ощущения, упрощая эмоции, ее снова обдало ужасом. Ви скорчилась, обхватила колени руками, будто хотела сжаться в одну точку, уставилась на таймер, на котором медленно сменялись цифры... “Страх не подходит,” всплыло в ее в голове, и Ви постаралась переключить внимание. Ее тело вопило о том, что голодно, но мозг, вместо того, чтобы принять сигнал напрямую пытался действовать, как привык и искал информацию там, где ее больше не было. Бесполезно. Ви включилась раньше, чем таймер дотикал до конца — живот послушно скрутило спазмом, да таким резким, что пришлось его приглушить. Не сильно — у Ви тут же возникла идея, что еще можно было попробовать. Через пару минут, уже одетая, Ви была на кухне. Вчерашние помидоры нашлись в холодильнике. Выставить таймер, отключиться, перетерпеть первые ужасные секунды… Кажется, в этот раз действительно было проще. По крайней мере, у нее получилось убедить себя, что поедание овощей — это любимое занятие хромовых зомби. Помидорный сок брызнул в стороны, заляпал холодильник и поверхность стола, Ви заставила себя прожевать и проглотить, прислушалась к себе, надеясь уловить хотя бы отголосок того, что просто обязано сейчас регистрировать ее тело — радость от получения пищи. Нихрена она, конечно, не уловила. Ви отбросила помидор, снова распахнула дверцу. Бутылка сока? Пойдет. Нет, никакой реакции. Протеиновый батончик? Ничего. Какие-то маленькие булочки? Снова мимо. Рисовый треугольник, завернутый в водоросли? Та же история. Откусить. Прожевать. Проглотить. Выбросить. Откусить. Прожевать. Проглотить… Когда сработал таймер, Ви едва от него не отмахнулась — слишком увлеклась своим занятием. Нет, увлеклась — неправильно слово. Зациклилась. Потеряла контроль. Ви заставила себя остановиться. Опустила взгляд, уставилась на странный шишковатый фрукт, который сжимала в ладони, аккуратно положила его на полку. Потом вернула подключение и поняла, что ее сейчас стошнит. *** На то, чтобы отмыть кухню ушло почти два часа. Ви прокляла все: себя, Гончую, “Арасаку” целиком, и отдельно — того мудака, который решил, что способность блевать — это именно то, что нужно пассажирам механических тел. Ну, для достоверности. Хотя кто знает, может корпорация специальное исследование провела на этот счет, Ви бы не удивилась. “Раздражение и злость — не подходят,” записала она в свой список неудачных попыток. Ви отключалась еще несколько раз — по поводу и без, чтобы просто привыкнуть, — но без особого результата. Да, попытке к десятой стало попроще — не так страшно, не так муторно, не так изматывающее, и двигательные функции она не теряла ни разу, — но это было все, чего ей удалось достичь. Прогресс, что тут скажешь. Ви как раз оттирала дверцу холодильника от крови несчастного помидора, когда система выдала на оптику большое жирное сообщение: “Пожалуйста, убедитесь что вы находитесь в безопасном месте”. Рядом тикал таймер. Почти все время, выставленное на таймере, Ви потратила на попытки найти и убить запущенный процесс. Совсем как в брейндансе “Успеть за 300 секунд”, вот только она не успела, и принудительная диагностика застала ее на кухне, с отличным видом на недомытый холодильник. Слишком много ошибок накопилось, думала Ви, пока ее оптика один за другим прощелкивала разные режимы. Слишком много, чтобы они могли исправиться сами собой, думала Ви, скользя взглядом по бесконечному логу работы внутренних систем. И слишком долго я все это откладывала, думала Ви, пока колючая волна проходила по ее телу — реалскин тестировал себя на битые сенсоры. И думала она вовсе не о своей металлической оболочке. Волна схлынула, только обожгла напоследок костяшки пальцев, которые Ви умудрилась рассадить две ночи назад. Все. Кажется, закончилось, и можно было возвращаться к тряпке, холодильнику и мертвому помидору, но вместо этого Ви потянулась к “Кейс”, которую перетащила поближе к себе поняв, что быстро не справится. Она была готова к очередному разочарованию, — вполне ожидаемому, что уж, времени-то прошло всего-ничего, — но в этот раз ее кое-что ждало. Короткое сообщение от Гончей, два файла, и очередной сраный таймер, время на котором почти истекло. Ну, хоть в этот раз Ви успела, забрав файлы за несколько секунд до удаления. “Идиотский восторг — не подходит,” записала она, перетаскивая деку в гостинную. Устроилась на своем обычном месте, пообещала себе, что взглянет только одним глазком, пробежится по диагонали, и тут же все закроет, и рухнула в данные с головой. Первый пак информации не то что разочаровал — скорее встревожил. В профайле было мало интересного — просто ее старая жизнь, записанная рядами цифр и сухих фактов. Место и дата рождения, физические параметры, список зарегистрированных аугментаций, список нелегальных аугментаций, лог гражданских и полицейских записей — поначалу смотреть на это было даже забавно, потом почему-то стало не по себе. Особенно когда она вывела экран свой портрет. Это было не ее лицо. Нет, конечно, ее. Ви поняла это через секунду, но эта секунда показалась ей чертовски долгой. Может быть, дело было в освещении, или в ее состоянии — фотографию сделали на орбитальной станции “Арасаки”, после операции, — но в первый момент она показалась себе незнакомкой. Ви даже закрыла глаза и представила свое лицо, потом сравнила с фоткой — выходило, в своей голове она видела что-то среднее между картинкой с экрана и нынешним отражением в зеркале. В паке было что-то еще, но она решила, что вернется к этому позже, тем более, что был и второй файл — жирнее первого раз так в десять. Инфа на Горо. Только взгляну, напомнила себе Ви прежде, чем открыть файл. Очнулась она только когда услышала свое имя. — Почему ты сидишь в темноте? Ви машинально свапнула окна с данными, потом свернула все и запрокинула голову. Нет, Горо никак не смог бы увидеть экран ее деки со своего места, но крышку она все равно захлопнула, на всякий случай. Вопрос про темноту Ви поняла не сразу, потом до нее дошло, что в какой-то момент она на автомате включила фильтры оптики и не заметила, как наступил вечер. — Да так, — она махнула рукой в сторону гипер-экрана, снова выставленного на реалистик. — На звезды хочу посмотреть, жду вот, когда появятся. — Звезды над Токио? — Горо подошел, встал рядом, тоже уставился в фальшивое окно. — Не помню, когда видел их здесь в последний раз. Слишком сильный световой шум. — А где видел? — спросила Ви. “В Рио, в семьдесят девятом?”, — чуть было не сказала она. — “Когда тебя спустили на лабораторию “Биотехники”? Неудивительно, что они не смогли доработать свою прорывную технологию после смерти троих ведущих ученых. Или в Найроби в восьмидесятом? Операция “Закрытый воздух”, очень смешно. Чем вообще ‘саке помешали эти драные астронавты? Или во Франции, год спустя? Медийщицу ты, наверное, выследил быстро. Интересно, что такого важного она накопала? А может, в Найт-Сити, три года назад? Кого ты искал в моем городе, Горо? Кого ты убил в моем городе?” Никого, кто тебе важен, напомнила Ви самой себе. Никого, кто бы стоил твоей свободы. Так что давай-ка запихнем свои вопросы куда подальше, ага? Тем более, тебя волнует, не кого он убил. Тебя волнует, кем его сделали. Хотя стоило признать: ее распирало от желания выпалить все это вслух. Показать, что она кое-что знает — как же вот, взять и не похвастаться? — и посмотреть, как Горо отреагирует, и послушать, что он ответит. Только мысль о том, какими будут последствия этой выходки, ее остановила. — В Тибе, — признался Горо после нескольких минут тишины. — Выходит, что так. Может быть, я ошибаюсь, но звезды над Тибой я помню отчетливо. — Знакомое название, — Ви отодвинула деку, обхватила ноги руками и уперлась подбородком в колени. — Где-то я его слышала. — Я рассказывал, что жил там в детстве. — Точно! Ну, тебе с трущобами повезло больше, чем мне — над Вистой вообще нифига не увидишь, кроме голографических членов и корпоратских ави. За романтикой приходилось в Пустоши гонять. — И как? — Что — как? — Как в Пустошах с романтикой? — Нормально. Как везде? — Ви пожала плечами. — Горы мусора вдоль обочин, полные штаны песка, и “Стилеты” над ухом стреляют. Если ветер не со стороны свалок, то совсем красота... Я скучаю, Горо. Я знаю, ты меня не поймешь, но я люблю Найт-сити со всем его дерьмовым дерьмом. “Как ты любишь ‘саку,” — само собой всплыло в голове. — “Которая платит тебе за верность тем, что заставляет выгребать за собой мусор. Которая тыкает тебя носом в одну единственную ошибку — не твою ошибку, но кого это волнует? — тыкает, и говорит: служи, исправляй. Которая прошила тебя под себя, которая знает тебя, видит тебя насквозь, которая использует тебя снова и снова, снова и снова, и так будет, пока ты совсем не сломаешься.” — Ты можешь туда вернуться. — Не надо, — одернула его Ви. — Просто не надо вот этого: как-нибудь, когда-нибудь, когда свиньи полетят, а Ви отработает свой контракт. — Зачем ждать так долго? — Горо хмыкнул, и сел на пол рядом с ней. — Отделение в Найт-Сити никуда не делось. Ты можешь попросить о переводе туда. Возможно, тебе не откажут. — Я вообще не… — “Не собираюсь работать на Арасаку”. — Я вообще не думала об этом. Интересная идея… спасибо, что предложил. И вообще, спасибо, и еще — мне жаль. — Ви? — Не перебивай, — она шумно втянула воздух и медленно выдохнула. — Я херово умею извиняться, так что не мешай мне, ладно? Ви повернула голову — Горо смотрел на нее, с удивлением и каким-то… интересом, что ли? — Я знаю, я не самая умная лампочка в холодильнике, — начала Ви и осеклась, заметив, что Горо едва сдерживает улыбку. — Что? Я что-то не так сказала? Потом до нее дошло. Попытка сдержать смех провалилась с треском, и Ви в голос расхохоталась, и долго не могла успокоиться. — Черт, — наконец сказала Ви. — О чем я там говорила? — О лампочках. Она снова фыркнула, но в этот раз смогла удержаться. — Да, точно. Слушай… я много всякого тебе успела наговорить за все время, и не думай, что я неблагодарна, я благодарна, ты помог мне выбраться из “Микоши” в конце-концов. И там правда хреново, и, наверное, если бы был другой выход… Ви вздохнула. Начиная говорить, она думала, что легко сможет сказать, что думает: сейчас, когда билет в “светлое будущее” уже практически был у нее в кармане, многие вещи виделись по-другому. Но получалось не очень: слова путались, мысли перескакивали, слишком много хотелось сказать, особенно из того, что вслух говорить не стоило. — Короче, мне жаль. Жаль, что я вела себя как кусок говна. Жаль, что пыталась тебя убить. Жаль, что… “...что прямо сейчас я прикидываю, заметишь ли ты, если я отключусь — чтобы проверить, вдруг мой триггер — это раскаяние? И мне жаль, что ты — упрямый дурак, который не смог уйти из корпорации, отобравшей у него все. И мне жаль твоего ученика, Горо, хоть я почти его не знала, но он был дорог тебе, и мне правда жаль, что его больше нет. Хотя ты, наверное, утешаешь себя тем, что он погиб с честью, защищая Ханако от убийц. Мне жаль, что все вот так по-дурацки закончится. И мне жаль, что скоро я уйду и больше никогда тебя не увижу.” — Извинения приняты, — ответил Горо, видимо, догадавшись, что больше Ви ничего не скажет. — Я тоже сожалею — что не нашел другого способа тебе помочь. — Спасибо, что вообще попытался. — Ви… ты хочешь меня задеть? — Что? Нет! Я просто… соглашаясь на “Микоши”, я уже не верила, понимаешь? Никому, и ни во что. И там, внутри — я цеплялась за надежду выбраться изо всех сил, но на самом деле не думала, что это когда-нибудь закончится. — Я пообещал тебе. — Ну да, ты ведь обычно не врешь, — Ви пожала плечами. — Только иногда говоришь не все. — Я пообещал, — повторил Горо. — Что “Арасака” поможет, и, формально, она помогла. Но это… не было правильно. Ты все равно умирала. — Вот это, конечно, ты мне новости сейчас рассказал. — Я не закончил, Ви. Я знаю, что многое из того, во что я верю, кажется тебе смешным, но я дал тебе обещание. У меня были обязательства перед тобой, и я не смог их исполнить. Поэтому, когда ты согласилась на операцию, я… я кое-что понял. Мой долг никуда не делся. И я решил, что сделаю все, чтобы ты вернулась к жизни. Чего бы мне это ни стоило. — Можно сказать, у тебя получилось. Есть, правда, пара моментов… — Ви осеклась. — Ну вот, опять меня несет. — Было бы странно ожидать от тебя чего-то другого, — в его голосе звучала насмешка, но мягкая, не обидная. Он встал, явно собираясь уйти. — Горо? — Да? — Поговорим о том, что было вчера, — Ви взяла его за руку, и почувствовала… как чужая ладонь выскальзывает из ее пальцев. — Не стоит, Ви, — тихо, но с какой-то беспощадной уверенностью сказал Горо. — Просто забудь. Если я тебя неправильно понял и ты имела в виду… технические вопросы, лучше обратиться к специалисту. А теперь прости, мне нужно сделать звонок. “Тоска. Разочарование. Опустошение. Не подходит”. Отлично. Замечательно. На самом деле, так даже лучше — меньше поводов сожалеть о своем решении и проще будет сосредоточиться. В списке Ви было уже порядочно пунктов — такой продуктивный день, так много она успела попробовать. Жаль только, ничего не сработало. И, что хуже всего, у нее закончились идеи. Из того, что пришло ей в голову оставалось только одно ощущение, которое она еще не пыталась проверить — боль.