Новые связи

У неё очень сильно болела голова. Глаза не хотели открываться, оставляя воспринимать приятную темноту. Звуков тоже не было, что было странно после… А после чего? Да и кто она? Преодолевая головную боль, она вытащила какие-то воспоминания. Оля удивлённо раскрыла глаза и огляделась. Она лежала на мягком диване, под головой была подушка. Попытавшись сесть, девушка с едва слышным стоном снова легла. Головокружение было невероятным, а вспышки боли при принятии сидящего положения просто ослепляли. В ушах звенело и гудело от каждого движения, и Оля решила закрыть глаза и не двигаться совсем. Это было трудно. Ведь вспоминая падение из окна, звук разбитого стекла и мерцание летящих рядом осколков, тело само напрягалось: пальцы сжимались в кулаки, будто пытаясь схватиться за что-то; ноги непроизвольно искали опору; даже дыхание сбивалось от пережитого страха. Как она здесь оказалась и где вообще находилась, Ольга не знала. Последнее, что она запомнила, это начало падения. Этот момент прокручивался перед глазами в замедленной съёмке и резко обрывался. Она могла бы детально расписать форму разбитого окна, но не могла и предположить, что случилось дальше. То, что она жива девушка поняла ещё при первой вспышке боли, ведь во сне или после смерти не должно быть ничего такого, ведь так? Её странные мысли прервал тихий стук, который колоколом откликнулся в голове Оли. Она поморщилась, но решила сказать, что можно войти. Ей было очень интересно, кто это мог быть. Но как только девушка открыла рот, то поняла, что из-за сухости может только едва слышно хрипеть. Ответа не потребовалось. Объявив свой приход стуком, неизвестный гость вошёл в комнату. В полутёмной комнате, освещаемой встающем солнцем, легко можно было разглядеть вошедшего, точнее вошедшую. И Оля даже смогла узнать её. Это была Полина Гагарина, участница одной из конкурирующих групп. Обычно все певцы из той группы предпочитали сольную карьеру, но правила конкурса обязывали хотя бы дуэт. Но ни с кем из них Оля никогда близко не общалась. Не то, чтобы она строила им козни, а совсем не показывала интереса. Бузова была всегда заинтересована в своём личном окружении и очень редко обращала внимание на других. Исключением стал только Дима Билан, и то только из-за того, что сам старался быть ею замеченным. Полина медленно подошла и села на рядом стоящий стул. – Как себя чувствуешь? – спросила она тихо, не желая раздражать собеседницу громкими звуками, за что Оля была ей очень благодарна. Бузова попыталась ответить, что в целом она жива, но опять смогла только прохрипеть что-то непонятное. Полина хлопнула себя по лбу и быстро выбежала из комнаты. Вернулась довольно скоро с бутылкой воды. Чуть приподняв голову Ольги, Гагарина помогла принять ей полу-сидячее положение и упереться спиной на подушку. Оля поморщилась от этих движений, но промолчала, плотно сжав губы. После, Полина открыла бутылку и помогла Оле напиться. Бузова глотала воду так, будто не пила несколько дней и не заметила, как выдула литровую бутылку. Жажда не ушла, но притупилась. Боль немного прошла, зрение теперь могло фокусироваться дольше, чем раньше. Звон в ушах пропал совсем, что не могло не радовать. – Как я… – прохрипела Оля и закашлялась. – Как здесь оказалась? – поняла её Полина. После кивка Бузовой она объяснила: – Мы увидели, как ты падаешь, и Валера успел тебя подхватить, когда ты пролетала мимо. Прошло только полчаса, так что мы пока не волновались. Каждый вырубиться от страха столкнуться с землёй. При воспоминании о падении по телу прошла холодная дрожь. Оля отвела взгляд, чтобы собеседница не заметила её переживаний. Ведь она не знает, что случилось с Димой. Следом сразу вспомнилась фраза Артура о том, что все сейчас спят. Да и она сама видела бесчувственные тела в коридорах ниже. – А как вы не уснули? – вопрос получилось задать без кашля и хрипа, что очень порадовало и Олю, и Полину. – Заметили, как Филипп затыкает все щели в своей гримёрке разными тряпками, – улыбнулась Гагарина. – Мы не знали зачем, но после твоего похищения он вёл себя очень странно. А в тот день и ваш главный пропал куда-то. Вот мы и поступили так же. – Она тяжело вздохнула, но продолжила под просящим взглядом Оли: – Открыли дверь мы только тогда, когда услышали звуки снаружи. Та девка, которая тобой претворялась, выбежала из вашей гримёрки и куда-то умчалась. Напоминание о замене кольнуло болью, но Ольга не подала виду. Со всей внимательностью она продолжила слушать. – Сначала мы хотели пойти за ней, но потом передумали. Вместо этого обследовали всё здание, но не нашли никого в сознании. Связи здесь тоже нет, точнее не было. – Полина радостно засмеялась. – Это как? – не поняла Оля. – Оказывается, почти в каждой группе был предатель, – шёпотом сообщила Полина. – У нас это был Тимоти. Так сложилось, что именно он должен был обесточить здание в случае форсмажора. После того, как Лолита его прижала он соловьём запел обо всех планах какого-то Александра. Хм, кстати, именно Тимоти обратил внимание на действия Киркорова… – А что именно он задумал? В смысле Александр. – Вообще выиграть за счёт вашей команды, – Гагарина пожала плечами, задумчиво накручивая на палец локон светлых волос. – Но в случае проигрыша у него был припрятан снотворный газ. Каким-то образом после пробуждения люди должны были помнить другое, к примеру выигрыш нужной ему команды. – Артур говорил об этом, – тихо выдохнула Оля. – О том, что когда они проснуться, то их воспоминания заменятся. – Значит нам нужен Артур, – решительно кивнула Полина. – Ты знаешь, где он? – Да, – Ольга, не сдержавшись, скривилась. – Это он меня в окно выкинул. Полина не стала комментировать, видя, что Бузова не хочет об этом говорить. Она только кивнула на дверь, пригласив идти за собой. К этому времени, Оля чувствовала себя уже хорошо, поэтому сразу пошла за Полиной. В другой комнате их ждали Валерий Меладзе, Лолита и МакSим. Тимоти связанный сидел в углу. Недолго посовещавшись, они все вместе отправились на тот этаж, где не так давно была Оля.