Карта шрамов. Жизнь ночного двора

За распахнутым окном квартиры шумит ночной ветер, прикосновения которого к босым ногам чувствуются даже в ванной, дверь которой открыта нараспашку. Закусив нижнюю губу, Джей Джей колет себе обезболивающее: одной рукой, потому что вторая… Предплечье распухло и потемнело. Только место прилёта лезвия выглядит как узкая белая вмятина, границы которой выделяются плотными сине-багровыми валиками. Но как же болит рука!!! Как будто невидимый насос закачивает внутрь раскалённый воздух: ещё немного — и кожа лопнет, а всё, что под ней — разлетится по стенам. И ведь в бою Джей Джей этого не замечала. Зато после схватки, переодевшись в каком-то общественном туалете, она уже едва шевелила рукой, а сев в метро, не замечала вообще ничего, кроме нарастающей боли… Разумеется, вечер был проведён в компании приехавшего Кесселя. В травматологии. Под его бубнёж, что невыносимее боли, от которой хотелось выть. Одно хорошо, перелома нет: жить можно. Вот только больно… “Как обычно, блядь". Падает на пол использованный шприц. Футболка висит на бортике ванной. Джей Джей не хочет вспоминать, насколько затяжным сражением стало снятие этой самой футболки… зато не пришлось обращаться за помощью к Кесселю. Это стоит потраченных усилий и боли: благо, ладонь шевелится, и пальцы тоже достаточно подвижны. Джей Джей разглядывает собственное отражение. Химический ожог над ключицей: подарок здоровяка-террориста с кислотой; шрам на левом плече, оставленный пулей. Под другой ключицей хирургический пластырь: он будет снят, а вот длинный узкий шрам от лезвия останется. И похожий, но покороче — на плече. А сколько их ещё будет… Джей Джей садится на бортик ванны и тоскливо смотрит внутрь. Набрать бы воды да раствориться в покое, но тепло сейчас противопоказано. Да и ладно. Поднявшись, Джей Джей идёт в гостиную, где как обычно залипает в телефон Кессель. — Пиво? — он не отрывает взгляд от дисплея. — Виски, — Джей Джей садится было рядом, но замечает разложенные записи от руки и тянется к ним. — Что это? Кессель встаёт. Скользнув взглядом по её полураздетому торсу, идёт на кухню. Открывает холодильник. И действительно приносит небольшую бутылку Джек Дэниелса и прозрачный стакан. Виски Джей Джей забирает. Стакан игнорирует. Скручивает пробку, морщась от резкой боли и делает пару больших глотков. Морщится. — Мешаешь с обезболивающими? Замечательно, — Кессель, расслабленный и с пивом в руке, ухмыляется. Джей Джей показывает ему средний палец, одновременно делая ещё глоток. Закашлявшись, она резким движением опускает бутылку на стол и вытирает тыльной стороной ладони слезящиеся глаза. — По спине похлопать? Снова ответив средним пальцем, Джей Джей открывает форточку и блаженно щурится, когда лицо обдаёт прохладным ночным ветром. Вот теперь идеально. Теперь можно думать. — Этот утырок меня ждал. — Разумеется, у нас же его флэшка с данными. Взлом был вопросом времени, и он это понимал. — И считал, что одного меча хватит, чтобы меня убить? — Джей Джей не сдерживает самодовольства. Зачем? Кессель хмыкает. Наверняка вспоминает, как одного за другим Джей Джей разносила его террористов. Ещё бы не доставала ушибленная рука: горит даже “сквозь" обезболивающее и виски. Плевать. Заживёт. Облокотившись о подоконник, Джей Джей наблюдает за жизнью двора: пара неспешно бредущих собачников, подростки на лавочке… — Он уже в курсе, что недооценивать легендарную Джей Джей Коллинз — это огромная ошибка, — голос Кесселя сочится сарказмом. — С другой стороны, я не смогла его допросить. — Верно. Однако, кое-что он выболтал. Всё-таки двухфазное сочетание коротко действующего опиоида с симпатомиметиком даже в очень и очень приблизительно рассчитанной мною дозировке дало положительный эффект, пусть и не настолько сильный, насколько требуется. Разумеется, я записал все реплики “Громова". Кессель не скрывает самодовольства. Теперь его очередь выделываться, и Джей Джей мысленно — только мысленно — признаёт, что конкретно сейчас её… напарник хренов… заслуживает право на выебоны. Поэтому вместо неуместной сейчас колкости она смотрит, как во двор пытается заехать небольшой жёлтый микроавтобус каких-то городских служб. Да только шлагбаум не открывается… — Громов подтвердил, что работает на Симонова. Который, кстати, не знает, что флэшка у нас. Шлагбаум, наконец, открывается. К началу его неторопливого движения подъезжает ещё один такой же микроавтобус: жёлтый с красной полоской. Судя по слабому интересу немногочисленных ночных прохожих, этот микроавтобус тут не впервые. — Громов не самоубийца, докладывать такие вещи. К тому же, твоя смерть практически решила бы проблему. Один я… куда менее эффективен, — последние слова Кессель бурчит с неохотой, — а искать новую команду тех, кто гарантированно не продаст меня ЦРУ или Симонову, времени нет. Но куда важнее другое… Кессель явно торопится сменить тему, не давая Джей Джей вывалить только что родившийся шквал колкостей. — … Громов сказал, что когда они закончат, мы все будем… чрезмерно впечатлены. Но что он имеет в виду, пока что невозможно даже предположить. Возможно, это как-то связано с фотографией моста, которую мы видели на флэшке, возможно, нет. Нужно больше данных. — Что бы он ни задумал, это явно какая-то мерзость. И наверняка снова с гибелью людей. Но да, информации мало, — Джей Джей наблюдает, как микроавтобусы останавливаются около их подъезда: почему-то кабинами в разные стороны. — Слушай, а что это за автомобили у нас под окном? Задние дверцы открываются, выпуская крепких мужчин в тёмно-синей форме. Пожилая женщина с собакой о чём-то спрашивает одного из них, тот отвечает. Покивав, она разводит руками. Кессель подходит посмотреть. — Аварийная газовая служба, — отодвинув штору, он становится рядом и присоединяется к наблюдению за двором. — Возле нашего подъезда? — Джей Джей насчитывает шесть человек. Тем временем один из них открывает защищённую домофоном дверь каким-то своим ключом и заходит внутрь. Следующий — за ним. И Джей Джей мрачнеет. Их походка, их взгляды — так двигаются и смотрят не газовщики, а… … Джей Джей и Кессель синхронно вздрагивают. Причину уточнять не надо, поскольку он видит то же, что и она. Посадку форменных курток: неровную на поясе и в области подмышек. Характерную для скрытого ношения оружия.