Жизнь в общежитие 1/6 часть. Школьный пёс воспитывает щенка!?

      После завтрака Каллего собирал вещи, в то время, как Ируми просто наблюдала за ним, держа пустой стакан. Она молча смотрела то на него, то на вещи или еще что-либо, и по её лицу можно было сказать, что она силой заставляет себя не заплакать, но всё же одна слезинка упала в стакан с едва слышным звуком, который человек бы даже не услышал, но вот демон — вполне себе. И это довольно быстро привлекло его внимание:       — Ирума? Что-то случилось? — беспокойно спросил Каллего, отложив вещи.       — Нет, ничего, — она вытерла щеки и развернулась к нему спиной. — Я… Я пойду в библиотеку, — сказала Ируми и хотела уйти, когда её же остановила рука на плече.       — Зачем тебе в библиотеку? — спросил Набериус и повернул девочку лицом к себе.       Слёзы на её щеках и покрасневшие глаза дали ощущение, будто его кто-то ножом между ребер ударил. Голубые заплаканные глаза смотрели на него, но она была в напряжении. Только он поднял вторую руку, как она в один миг наклонила голову и обняла одну руку в защитное положение. Это не радовало демона, поэтому он опустился на одно колено перед ней, осторожно обошёл «щит» и большим пальцем вытер слезу. После этого она убрала все же свою руку, но уже не решалась смотреть в его глаза, видя в них только боль.       — Ируми, что случилось? Почему ты плачешь? — вновь взволнованно спросил Каллего.       — Потому что ты меня бросаешь! Со мной так делали много раз дядя и тётя. Они ехали и говорили, что не на долго едут. А потом возвращались через пару месяцев за деньгами, которые я тяжело зарабатывала! — говорила Ируми, и начала плакать, хватая ртом воздух.       — Что?! Что за глупости?! — он обнял её, поставив стакан, который до этого держала девочка, на комод с вещами. — Щеночек, я не оставлю тебя одного. Ты — моё сокровище, и я буду рядом даже когда ты вырастешь и будешь уже самостоятельная. Не бери больше такие глупости в голову, — сказал Набериус и посмотрел на лицо дочери.       — Н-но тогда зачем ты собираешь все свои вещи? — спросила Ирэн, вытирая слёзы и шмыгнула носом.       — Я собирал наши вещи. В школе, где я работаю, скоро будет музыкальный фестиваль и мне нужно заняться его подготовкой. Возле школы есть общежитие для учителей и мы будем жить там. Моя комната там может и не такая хорошая, как дом, но там ты будешь в безопасности. Ты же читала ту книгу о школе? — спросил Каллего, припоминая одну с книг, в которой кратко рассказывалось об обучении демонов.       — Я ещё читаю её… Но они все — демоны и могут меня… — начала говорить Уми и окаменела.       — Никто тебя не тронет там. Я положил духи и новый набор мини-косметики. Я уверен, скоро тебе не нужно будет пользоваться ими. А сейчас иди в ванную, умойся и переоденься. Скоро тут будет дядя Балам и он поможет с багажом, — сказал демон и поцеловал дочь в нос.       — А он ругаться не будет, как в прошлый раз? — спросила девочка с детской ноткой в голосе.       — В тот раз он был очень уставшим и слегка злым на меня за то, что я не рассказал ему о тебе. Обычно он очень хороший и сдержанный, а так же очень любит гладить всех милых существ. Он такой демон, — объяснил папа дочке, прежде чем отправить её в ванную.       Балам стоял на улице и был взволнован. Он с того раза ощущал, как готов провалиться сквозь землю за ругань перед ребенком его союзника. Беловолосый винил себя за самый худший пример ребёнку, и витая в мыслях, не заметил как вышли хозяева дома. и только стук волшебного замка, что появился на двери, заставил вернуться в реальный мир.       — Доброе утро, дядя Балам-сан, — сказала Ируми и подошла к нему.       — Д-доброе, — поздоровался в ответ Балам и погладил девочку по голове.       — Мы слегка задержались, я не мог оставить дочь без завтрака, — объяснился Каллего, поставив на землю сумки с вещами.       — Ируми, прости меня за вчерашнюю ругань. Я не хотел ругаться на тебя, пугать или оскорблять. Просто был сложный период и… — оправдывался учитель-горгулья перед девочкой, но не успел и договорить, как она ответила:       — Всё в порядке Балам-сан. Папа мне объяснил, что это у вас вырвалось из-за усталости, — сказала Ирэн, прежде чем отец подозвал её, чтобы посадить в слинг, а Шичиро взял самые тяжелые сумки.       Демоны приземлились у входа в здание общежития и девочка вылезла со своей переноски. Она так же ответственно взяла слинг, сложила его, положила на сумку и закрепила небольшим ремешком, что был у сумки, пока Каллего немного подтянулся, чтобы прохрустеть спиной. Всё таки полётов с грузом у него давно не было, однако больше его напрягало все же то, что его дочь не набирает вес спустя столько времени. Она взяла его за руку, прежде чем трое вошли в общежитие, где их встретил методист школы.       — Каллего! Наконец-то ты прибыл. А кто это с тобой? — спросил Дали и помахал девочке, безмолвно с ней здороваясь.       — Это моя дочь. Я не мог оставить её одну, поэтому она будет жить в общежитие до конца музыкального фестиваля, — довольно невозмутимо ответил Каллего и привычным жестом обнял плечо дочки.       Застывшую физиономию Дали надо было просто видеть, когда он перевел взгляд на Балама. В знак правдивости слов союзника Шичиро кивнул, и это вызвало лишь нервный смешок в ожидании, что это шутка. В следующий же миг лицо его изменилось и уже вместо улыбки с удивлением, было выражение из рубрики «WTF», и он чуть не упал.       — Та ну нах… — начал Данталион и девочке быстро закрыл отец уши, а Балам показал тише, но было поздно.       Буквально за долю секунды в прихожую заглянули все учителя, что были в общежитии. Каждый с удивлением смотрел на новую гостью. Набериус убрал руки с её ушех, слегка прошёл вперёд и, потерев переносицу, вдруг заявил:       — Ты ещё громче не мог, чтобы она точно сквозь мои руки услышала ругань? — саркастично спросил Каллего.       Девочка почувствовала себя, будто её кинули в клетку к хищникам. Сердце очень сильно колотилось, она глубоко дышала и, самое главное, в голове будто мысли начинали утихать, а на их смену приходил белый шум. Она посмотрела на Балама, ведь он осторожно подтолкнул её вперед.       — Представься всем, птенчик, — сказал Балам и ещё раз подтолкнул её вперед.       Не очень смело она вышла к своему отцу, а затем продвинулась еще чуть-чуть, становясь чуть впереди от него. Каллего хотел было начать отчитывать учителей, что начали проходить к ребенку, но замер и сосредоточился на дочке. Он чувствует её страх и его Цербер начинает требовать взять её в свои объятия и закрыть от всех глаз, но тело замерло на месте. В это время все только больше смотрели на Ируми в ожидании того, что она им хочет сказать.       — Здравствуйте, — она поклонилась, положив руку на грудь. — Ме-меня зо… зовут Набериус Ирэн Уми… И… — представилась Ируми и посмотрела на всех.       На неё уставилось слишком много глаз. Она уже не могла сказать ни слова, в голове пусто и по телу пробежалась дрожь. Резкий приступ слабости заставил ощутить боль по телу, и от падения её спас отец, что в тот же момент её поймал. Взяв её, словно свою маленькую принцессу, он прижал девочку к себе и даже расправил крылья, закрывая её ото всех. Дальше она в полусознательном состоянии слышала голос Каллего: как ругался на всех её отец, затем накричал на союзника и очень быстро унес ее куда-то. Только через некоторое время она ощутила, как её посадили на диван, и теперь её взгляд был направлен на отца.       — Ируми, глубоко дыши и с каждым выдохом считай до шести, — сказал Каллего, держа её за руки.       — Х-хор-рошо, — дрожащим голосочком ответила Ируми, и она повторяла за ним, когда папа сам показывал, как надо правильно дышать.       Пока они делали это упражнение, Балам решил просто положить вещи недалеко от них, и вышел. У всяком случае, она заметила исчезновение демона, когда перешла к упражнению назвать вещи конкретного цвета. Это занятие помогло и она, как только успокоилась, обняла его.       — Папа, что я им сделала?.. Они смотрели на меня, как на добычу смотрят хищники, — сказала Ируми и вытерла фантомные слёзы.       — Я с ними поговорю. Сейчас тебе нужно успокоиться. Дать тебе немного маны, щеночек? — на это он получил ее кивок. — Хорошо. Подожди тогда минутку. После начнём раскладывать вещи и сядем за учебники, — сказал Каллего и отошёл к кухонному куточку комнаты.       Учителя с восхищением смотрели на дочь коллеги. Когда они увидели, что что-то не так, старались быть тихими, но всё равно умудрились случайно напугать её. Поэтому не были удивлены, что на них начал кричать Набериус и забрал свою крошку в комнату. Они так и остались там, пока не спустился Балам.       — Каллего её успокаивает. Она будет в полном порядке, — тише произнес Балам, успокаивая их.       — Наверное, мы сильно напугали её, — сказал Буер.       — Она такая лапочка. Я должна уговорить Каллего дать ей записаться в мой класс. Я сделаю из неё самую соблазнительную демонессу, что точно сможет выиграть фестиваль урожая своим обонянием! — восхищенно произнесла Райм.       — Каллего на это так легко не подбить, — тут же поспешил разрушить ее надежды Ориас.       «Кажется, судьба преподнесла мне шанс. Если я сумею наладить контакт с его дочерью, сумею ему признаться в чувствах. О, Деви, я сделаю всё, чтобы показать, на что я способна и доказать, что я могу!» — размышляла Момоноки и краснела от своих же мыслей.       — Если у Каллего появился ребёнок, значит она скоро станет так же сторожевым псом школы, как и он. А это значит, что нам нужно приложить усилия, чтобы она не чувствовала себя возле нас в опасности, — подытожил Дали, рассказывая коллегам свой план.       — Подождите хотя бы до завтра, ведь после такой встречи сегодня она может не захотеть видеть других. Всё-таки подростки эмоциональные и это опасно, — попросил их Балам, уже зная о том, как девочка может переволноваться в первый же день.       Сошлись все на том, что сегодня нужно дать спокойствие учителю и его щенку. Ну и так же в комнату Набериусов затащили ещё одну кровать из запасных, чтобы тем не пришлось тесниться на односпальной койке…