Часть 2

      Хойт прекрасно понимал, насколько глупа эта затея. Можно было бы оставить ребенка на своем острове, под присмотром громил-телохранителей, и не переживать. Но он всегда переживал, если не знал точно, где в данный момент находится его кровное детище. А на северном острове ему придется пробыть чуть дольше, чем он того желал сам.       — Найди мне двух своих самых лучших людей к моему прилету.       — Лучших — это каких? Самых отбитых, самых лучших стрелков, или как?       — Самых молчаливых и надежных. Тех, кто не побоится в случае чего прирезать своих.       — Это еще нахера?       — Делай, что говорят. У тебя два часа.       Оставлять ребенка без охраны он не собирался. Алекс нуждается в свежем воздухе, солнце и море. Иначе Хойт и вовсе оставил бы Волкера-младшего в Штатах, но после продолжительной болезни молодому организму нужна реабилитация.       Хойт поднялся из-за стола и тяжело прошагал в одну из комнат наверху. Ребенок сидел у окна и задумчиво смотрел на зеленое море вокруг. Впрочем, это для Хойта Алекс — все еще дитя. Этому ребенку нынче должно было стукнуть восемнадцать.       — Собирайся, Алекс. Мы временно перебираемся туда, на северный остров.       Ваас все еще гадал, на кой ляд Хойту понадобились ребята понадежнее. Своих, что ли, не хватает? Да и вообще, этот хмырь сюда свою царскую жопу являл не так уж часто. Че приспичило?       Он сидел на ящиках и следил взглядом за опускающейся на площадку вертушкой. По обе стороны от него стояли выбранные им парни. Два брата, не особо разговорчивые, но верные и надежные.       Вертолет заглушил двигатель, и Хойт в сопровождении своих головорезов шагнул на землю, коротко оглянувшись и скомандовав что-то тому, кто еще оставался внутри.       — Это твои парни? — сразу начал он, едва подойдя к Ваасу.       — Ага. Надежные, верные, лишнего не сболтнут.       — Отлично. Вверяю тебе и им один из моих самых ценных грузов. Алекс, иди сюда.       Из вертушки на свет божий вышло еще одно тело. Несмотря на жару — в длинной кофте с длинными рукавами, с капюшоном, длинных штанах. За спиной болтался маленький рюкзак. На вид отродью было лет пятнадцать, не больше.       — Алекс, это Ваас, один из моих заместителей. Он и его ребята присмотрят за тобой, пока я буду занят здесь.       Сначала Ваасу хотелось заржать от слова «заместитель», но потом до него дошло. И то, что до него дошло, его вовсе не радовало.       — Э, в смысле? Я в няньки не нанимался тут тебе!       — Головой за нее отвечаешь. Все ее пожелания и требования — исполнять, как мои приказы.       — Девчонка?! Твою ж…       Алексии Волкер было семнадцать. Почти всю свою жизнь она провела в Штатах, поскольку отец был занят серьезным бизнесом где-то в океане. Насколько она знала — торговал дикими и редкими животными, которых добывал на островах.       У Алекс с детства не ладилось со здоровьем. Девять месяцев из двенадцати она проводила в больницах под присмотром врачей. Те лишь пожимали плечами — причину ее медленного физического развития и хлипкого иммунитета они не находили. Все органы и показатели были в пределах нормы — но девочка явственно отставала физически от сверстников, плохо набирала массу, заболевала простудой от каждого сквозняка и чиха.       Последняя болезнь далась ей очень тяжело. Едва набрав норму по весу, она потеряла ее почти на треть и была теперь похожа на бледный, обтянутый кожей, анорексичный скелет. Врачи посоветовали сменить климат, отправиться куда-нибудь на юг, на солнце и воздух, к морю. И тогда отец забрал ее к себе.       Не имея возможности развиваться физически, Алекс оттачивала свой ум. Она любила читать, наблюдать за природой, мечтала нырнуть с аквалангом и вживую увидеть джунгли. Девочка отлично разбиралась в анатомии и физиологии, желая понять причину своего состояния. Прекрасно знала теорию хирургии и десмургии. Кроме того, разбиралась во многих видах лекарственных трав и растений. Как губка, впитывала она всю информацию о мире из книг, не имея возможности выбраться в этот мир и познать его вживую.       Люди отца немного пугали Алекс — это были суровые, молчаливые мужчины. На все вопросы «Волкера-младшего» они либо отмалчивались, либо отвечали, что знают крайне мало. Отец не выпускал ее из дома, а сам был слишком занят, чтобы уделить время и хотя бы прогуляться по окрестностям.       И вот теперь этот остров, этот диковатый Ваас и два телохранителя — это все выглядело словно подарок судьбы. Алекс глубоко дышала, глядя на заросли там, на большом острове, впитывая кожей влажный запах джунглей. Правда, здесь он одновременно смешивался с каким-то приторно-сладковатым запахом чего-то горелого, пороха, бензина и еще чего-то, что Алекс было незнакомо.       Но это все равно лучше, чем просто смотреть на океан через маленькое окно в большом доме.       — Располагайтесь, мисс Волкер, — насмешливо процедил Ваас, пропуская девчонку в одну из комнат того сарая, что он называл своим домом. — Простите, что не пятизвездочный отель.       — Меня Алексия зовут, — похоже, девчонка не поняла насмешки. — Лучше просто Алекс.       — Как скажете, jovencita.       — Алекс не должна знать ничего из того, чем мы тут занимаемся. Ни знать, ни видеть, ни слышать. Для нее я торгую редкими дикими животными. Все придурки в лагере должны относиться к ней с уважением. Видеть их обдолбанными ей тоже совершенно не обязательно.       — Короче, пусть сидит в комнате и не высовывается. Дышит природой оттуда, — Ваас методично забивал косяк.       — Если она захочет выйти — значит, будешь ее сопровождать. Охранять по высшему разряду. Лучше тебе не знать, что будет, если с Алекс что-то случится.       Ваас ожидал от девчонки нытья и капризов, требований лучшей кровати и деликатесов. Однако его ожиданий она не оправдала — в лучшем смысле этого слова. Весь оставшийся день она просидела в комнате, даже не предпринимая попыток выйти, не высказала ни малейшей претензии по поводу шума вне дома и не воротила нос от принесенного ей ужина в виде жареной оленины и фруктов. Даже как-то скучно.       — Эй, девочка, — он вошел без стука и застал девчонку сидящей на кровати за книгой. — Поговорим?       Алекс оторвалась от чтения и кивнула, отложив книгу. Ваас взял стул и, поставив его ближе к кровати, сел, оперевшись руками на спинку.       — Ты почему так закуталась? — он указал на ее одежду, которая совсем не соответствовала погоде.       — У меня тонкая кожа, я быстро сгораю на солнце, — она одернула рукава. — А еще очень быстро простываю. Папа привез меня сюда поправить здоровье — я недавно перенесла тяжелую болезнь.       Этот мужчина ей не очень нравился. Он выглядел дико, странно, отчасти даже безумно. От него несло сигарами, потом, порохом, алкоголем, чем-то сладковато-жженым, отдаленно напоминающим по запаху паленые провода. Впрочем, как раз этот запах витал вообще над лагерем.       — Сколько тебе лет? Четырнадцать? Пятнадцать?       — Мне семнадцать.       — Ну ты и задохлик.       Это слово почему-то ее очень насмешило.       — Ладно, не дави так лыбу. Травку хоть раз курила? В океане купалась? С парнями развлекалась? Или папаша тебе все запрещает?       — Нет, нет, нет и… не запрещает. Мне просто все это нельзя, из-за здоровья.       — Скукота. Нет, жить так нельзя. Так, солнце село, не сгоришь. Собирайся, прокатимся кое-куда. Только оденься полегче, мы не в Антарктиде.       Он поднялся и рывком отставил стул.       — Давай-давай, шевелись, jovencita, не смотри на меня, как будто я тебе на Луну предложил прокатиться.       К аванпосту пришлось подтянуть с десяток людей сверху. Вовсе не нужно было, чтобы в неподходящий момент сюда принесло повстанцев и они устроили перестрелку, пока Ваас выгуливает вип-персону по пляжу.       Вообще ему забавно было наблюдать искренний восторг девчонки, которая, похоже, впервые в жизни встала на палубу патрульного катера. Ее словно вообще на воздух впервые выпустили. Теперь, без этой ее мешковатой кофты с капюшоном, почти скрывающим лицо, «заместитель» Хойта смог нормально рассмотреть девчонку. Она была тощей и нескладной, напоминала больше четырнадцатилетнего мальчишку-подростка, чем девушку. Последнее в ней выдавали разве что тонкие пепельные волосы, собранные в короткий хвостик на затылке. И то — с трудом.       У нее были слишком обычные черты лица, и в то же время она совсем не была похожа на Хойта. От него достались, судя по всему, только разрез глаз и их цвет, да все та же форма лица - вытянутое, разве что нижняя челюсть не такая широкая. Нет, у девочки еще глаза были чуть ярче. Водянистые зенки Хойта отдавали в своем цвете серостью, а у этой были ближе к небу в ясный солнечный день. Курносый нос с широкими ноздрями, чуть выпяченная нижняя губа с забавной ямкой в месте перехода в подбородок.       Алекс была удивлена такому количеству вооруженных людей, но Ваас объяснил это просто — в джунглях полно диких зверей, некоторые из них не гнушаются лезть и на аванпосты, поэтому нужно оружие, чтобы защитить людей и припасы. Вся эта легенда вызывала усмешки у людей вокруг, да и самому главарю пиратов тоже было искренне смешно. Но — что не сделаешь, чтоб поддержать хрупкую девчачью психику?       Буйная зелень, золотой песок и бухта вызывали у девчонки практически экстаз. Это было видно по глазам, хотя иная на ее месте, возможно, пищала бы от восторга. Она не заходила в воду дальше, чем по колено, но и на этом мелководье плескалась больше часа. А потом еще час ковырялась в песке в поисках ракушек.       — Эй, jovencita, закругляйся. Пора возвращаться, — Ваас был зол, но не срываться ж на ценном «грузе». Чокнувшийся Броди отбил еще один аванпост. Хойт был прав — надо было браться за Белоснежку всерьез.       — Иду, — Алекс поднялась, отряхнулась от песка, и направилась к испанцу. В волосах девчонки уже красовались розовые цветы рододендрона, а из карманов штанов торчали листья и еще куча цветов.       — На кой хрен тебе эта зелень?       — Засушу для гербария. Тут столько интересных видов.       — Самый интересный вид у нас на полях растет. Самый главный. Пользы от него — море. Но тебе такие вещи еще рано знать.       К моменту возвращения у Алекс уже жутко слипались глаза. Впервые в жизни ей хотелось спать не от лекарств или скуки, а от приятной усталости. Она с трудом переставляла ноги, направляясь за Ваасом в свою комнату.       — Прибыли, florecita. Иди спать.       — Угу.       Алекс потерла глаза. Надо было еще выложить все растения из карманов, но усталость давила на веки и плечи.       — Ваас, — окликнула пирата девочка, когда тот уже собрался выйти из ее комнаты. Тот оглянулся с удивлением. — Спасибо за прогулку. Это было здорово.       — Ага.       Едва голова Алекс коснулась подушки, девочка погрузилась в длинные путанные сны с кучей цветов и плавающих в воздухе медуз.