Часть тридцать девятая.

      Часть тридцать девятая.       — Ну что, подруга… готовь ухо. Пришло подтверждение, что ты убила Химе. — Ко мне без стука завалились Петра, Бетти, Анна-Мария, Джен , Марта и Эйприл. Короче, все канмусу первого ранга, что были здесь, собрались у меня в комнате, если так можно назвать отсек палатки.       — А? — удивилась я. Нет, не тому, что убила Химе, я по ней и ее примам стреляла осознано и старалась наверняка. Удивилась тому, что толпа развеселых перворанговых девиц скачет как молодые козочки, и в ладоши хлопает. — Вы чего?       — Чего… Яна, нет для нас врагов страшнее, чем стая глубинных во главе с Химе. И каждое устранение такой зверюги с игровой доски для нас реально праздник, не часто такое бывает. — Анна-Мария, опираясб на тросточку, допрыгала до кровати, сдвинула мои вещи, и плюхнулась на нее. — А потому, как сказала Петра — готовь ухо!       И, откинув прядь черных как крыло ворона волос, показала с немалой гордостью крупную серьгу с брюликом карат в десять, не меньше. У Петры, кстати, я подобный же видела.       — И что это значит? — Я, кажется, догадываюсь, но спросить стоит.       — Это знак, что ты убила Химе. У нас, как ты видишь… — тут «Нельсон» с гордостью продемонстрировала свою серьгу. — Есть подобный. И теперь у тебя будет.       Ну да, это я помню, именно Элизабет и Анна-Мария добивали раненую Петрой Химе. Петра тем временем вытащила из кармана коробочку, скромную такую, из сандалового дерева, и вытряхнула на ладонь серьгу с брюликом такой же огранки, но нежно-зеленым. И решительно подступила к моему уху, протерев его вискарем из полупустой бутылки.       — Ай! Больно же. — Возмутилась я, когда мне просто прокололи в ухе дырку шилом.       — Терпи, подруга, Верховным Флагманом будешь. — Петра быстро промокнула свежепробуравленную дырку смоченным виски носовым платком, и вздела в прокол серьгу, заставив меня зашипеть как кошка от боли. — Ну вот, носи и гордись. Такие цацки мало кто из нас таскает, официально, подтвержденных убитых Химе всего семь. Так-то их у каждой эскадры по разговорам и рассказам скальпы пяти-десяти штук висят, но вот подтвержденных всего семь. Неплохой старт, сестра. Очень неплохой.       — Обмоем. — Марта разлила оставшийся вики по маленьким серебряным стаканчикам, что вытащила из кармана. Крякнув, выпила первая, и закинула смятый стаканчик в рот, со смаком его пережевывая. Остальные девчонки поступили так же, и я последовала их примеру. А прикольно, не каждая шоколадка настолько вкусно как закуска идет. Девчонки сотворили со мной обнимашки, едва не сломав ребра, и вывалились из отсека, шумно базлая о возможном продолжении пьянки. А я подошла к большому зеркалу, висящему на алюминиевой стойке. Красивая серьга, надо сказать. Петра проколола мне ухо вверху, прямо под хаером. Теперь там сверкает капелькой зеленого света бриллиантовая сережка. Блин, а ведь она дорогущая, тысяч триста вечнозеленых точно стоит. Откуда такие цацки у канмусу?       Я взяла коробочку со стола. В ней лежал сертификат от «Тиффани», и крохотная открытка от Президента России. Мол, любим, целуем, носи с честью.       Собрав вещи ( могла бы и эсминок попросить, но не люблю, когда кто-то мое белье перебирает), я вышла на палубу, точнее, на улицу. И углядела толпу канмусу и просто солдат НОАК, которые завопили и захлопали. От моих девчонок прямо волна обожания и восторженной гордости пронеслась. Блин, здорово-то как!