Глава 65 Встреча Двух Драконов

      — У нее есть дракон?! Что нам делать, Джей? — Спросила Арианна, ее голос был полон шока, как только Джон сообщил, что у его тети есть дракон.       Они были на грани того, чтобы созвать совет для обсуждения войны, и Арианна стремилась принять в этом участие. Но никто не ожидал новостей, которые только что поступили — принцесса Дейнерис Таргариен отплывала в Дорн, чтобы встретиться с Джейхерисом. Это было достаточно удивительно, но когда Джей заявила, что у нее есть дракон, зал взорвался недоверием.       — Ваша светлость, как вы можете быть так уверены, что у вашей тети есть дракон? — Спросила леди Айронвуд с явным скептицизмом в голосе. Зал наполнился ропотом лордов и леди, собравшихся, чтобы выработать стратегию борьбы с домами Баратеонов и Ланнистеров.       Джон повернулся лицом к толпе, выражение его лица было спокойным, но властным. -Леди Айронвуд, моя тетя сказала, что прибудет в течение двух дней после того, как я получу этот свиток. По словам мейстера, свиток был отправлен с красным ястребом, одним из самых быстрых летающих существ, не считая северных орлов и драконов. Так вот, этому ястребу потребовалось бы девять дней, чтобы добраться до нас оттуда, куда он его послал, а перелет на такое расстояние занимает гораздо больше времени, чем те два дня, которые, по ее словам, потребуются ей, чтобы встретиться с нами. Если она смогла прибыть так быстро, она, должно быть, летит на драконе.       Его доводы были встречены одобрительными кивками со стороны многих, хотя некоторые по-прежнему относились к ним скептически. Однако это сомнение быстро сменилось опасением.       — Как мы будем защищаться от дракона? — пробормотал один из лордов. — Мы должны подготовить скорпионов…       — Вы не посмеете! — прогремел по залу голос Джейхейриса, оборвав все дальнейшие разговоры. Мгновенно воцарилась тишина, и все присутствующие замерли, не сводя глаз со своего короля. Взгляд Джона скользнул по залу, призывая любого бросить ему вызов. Когда ничего не последовало, он прочистил горло и продолжил.       — Принцесса Дейенерис по-прежнему моя тетя, и в ней течет моя кровь. Только потому, что у нее есть дракон, это не значит, что мы должны прибегнуть к еще одному Танцу драконов; мы уничтожим себя и позволим Ланнистерам и Баратеонам выиграть войну. Мы все еще можем стать союзниками и вместе сражаться с врагом, нам не обязательно убивать друг друга. Я никогда не встречался с ней, но она выросла в Эссосе. Я не думаю, что она попытается убить меня, если будет точно знать, что я ее крови. Я полечу туда с Рейникс. Мы поговорим и заключим союз. Кровопролития не будет. Мы поняли друг друга?       Повелительный тон Джейхейриса не оставлял места для споров, и лорды и леди кивнули в знак согласия. Они знали, что их король прав. Дракон Дейнерис мог стать их преимуществом. Если они выступят против нее, то рискнут своим единственным реальным шансом на победу в войне.       — Хорошо, — продолжил Джон. — Теперь давайте сосредоточимся на войне. Нам все еще нужно подготовить наши армии. Принцесса Дейенерис, возможно, и приедет с визитом, но это не значит, что наши планы меняются. Леди Айронвуд, ваш дом командует второй по силе армией в Дорне. Он кивнул упомянутой даме, и она просияла от гордости за это признание.       Остальная часть встречи продлилась недолго, хотя на обсуждение деталей их планов все равно ушло три часа. Арианна предложила заманить и уничтожить первые армии, осмелившиеся приблизиться к дорнийской территории, — тактика, которая была использована против Эйгона Завоевателя триста лет назад.       — Моя племянница права, ваша светлость. Хотя мы не можем бесконечно полагаться на эту стратегию, она может помочь нам проредить их силы. Мы знаем свою землю лучше, чем кто-либо, и можем использовать это, чтобы уничтожить их, — вмешался Оберин, к большому удовольствию Ари. Джей кивнул, изучая разложенную перед ними карту.       — Что насчет Станниса Баратеона? Он командует самым большим флотом в Вестеросе, — спросил лорд Аллирион, и его беспокойство эхом разнеслось по комнате.       Джон уверенно встретил его взгляд. — Лорд Станнис не будет проблемой надолго. Даже если о нем не позаботиться немедленно, большая часть его флота погибнет, а того, что останется, будет недостаточно, чтобы начать полноценную атаку на наши порты. Драконий Камень слишком далеко, чтобы он смог быстро добраться до наших берегов — на это уйдет не меньше месяца, если не больше. Призрачный холм, наш ближайший к морю замок, будет надежно защищен. Если он осмелится приблизиться к Солнечному Копью, мой дракон сожжет остатки его флота. Тогда у нас будет на одного Баратеона меньше поводов для беспокойства, — сказал он спокойным, но ободряющим голосом.       — Их лучший шанс — это атака с суши, — продолжил Джей. — Но чтобы добраться до нас, им придется пройти через Узкую Змею. Есть причина, по которой дом Мартелл так долго сохранял свои королевские титулы. Даже Тайвин Ланнистер знает, что вторжение в Дорн по суше равносильно самоубийству. Как предложила принцесса Арианна, мы позволим им войти в Узкую Змею и заманим их на нашу территорию. Как только они углубятся достаточно глубоко, я выпущу на них своего дракона. Драконий огонь уничтожит их армию с минимальным риском для наших собственных сил.       Лорды и леди в зале кивнули в знак согласия.       После еще одного часа обсуждения было решено, что каждый лорд и леди вернутся в свои замки, соберут свои армии и подготовятся к долгому походу на войну.       Королевская Гавань — Тирион Ланнистер       «Что ж, это интересно», — думал Тирион, ожидая прибытия короля. Его дорогая сестра Серсея тоже ждала, не сводя, как обычно, пристального взгляда с двери.       Сказать, что Тирион Ланнистер был удивлен, было бы преуменьшением. Прошло целых две недели с тех пор, как они получили ворона от человека, назвавшегося Джейхерисом Таргариеном, предполагаемым истинным наследником Железного трона — сыном Лианны Старк и Рейгара Таргариенов. Это открытие перевернуло Красный замок с ног на голову.       Тирион был в Красном Замке, когда пришло известие. Изначально он с нетерпением ждал возможности присоединиться к своему брату в путешествии на Север, где они должны были сделать лорда Старка Десницей короля. Тирион никогда раньше не был на Севере, и идея посетить Стену заинтриговала его. Но судьбе, похоже, нравились ее маленькие игры. Планы резко изменились, и теперь они готовились к войне против Дорна.       Король уже разослал письма во все королевства, объявляя войну Дорну. Роберт был не в себе с тех пор, как прилетел ворон. По словам Серсеи, он продолжал проклинать Таргариенов, поклявшись медленно убить этого человека в отместку за Лианну. Казалось, эта война вновь разожжет огонь в человеке, который когда-то был воином, хотя Тирион должен был признать, что попытки Роберта «вернуться в форму» были столь же жалкими, сколь и запоздалыми.       Внезапно дверь распахнулась, и Тирион чуть не застыл, ожидая увидеть Роберта. Но, к его разочарованию, это был Джоффри Баратеон, ввалившийся в комнату со своей обычной дерзкой ухмылкой, как будто он совершил что-то стоящее.       Бес вздохнул про себя. Сражатся за этого сопляка? Правда? Джоффри был таким же ужасным ребенком, каким ему суждено было стать ужасным королем, и в глубине души Тирион подозревал, что даже Серсея это знала. Она просто отказывалась признавать это, ведя себя так, как будто ее драгоценный сын был совершенством.       — Где мой отец? Я хочу отправится на войну прямо сейчас. Я сокрушу ублюдка Таргариена точно так же, как мой отец сокрушил Рейгара. — похвастался Джоффри, положив руки на стол и глядя на остальных сверху вниз, словно они были насекомыми под ним.       — Конечно, ваша светлость. Скоро королевство будет знать вас как Джоффри, Возрожденного воина, — прохрипел мейстер Пицель, театрально кашляя. Тирион чуть не закатил глаза. Джоффри, тем временем, выглядел довольным своим титулом, выпячивая бедра вперед, чтобы продемонстрировать красную рукоять меча, пристегнутого к его поясу.       — Видишь это? Это мой новый меч. — Джоффри вытащил его из ножен и поднял над головой. — Они сделали его специально для меня. Я назвал его Драконьей Кровью, потому что скоро он пропитается ею. Я увижу, как ублюдок Таргариенов умрет от моей руки, — сказал он, выпятив грудь от гордости.       Тирион услышал достаточно. Он с трудом сдерживал раздражение, но затем его осенила идея. Возможно, я смогу убить двух зайцев одним выстрелом…       — Ваша светлость, — сказал карлик, прижимая руку к груди и изображая разочарование, — ваш меч великолепен, он действительно достоин принца. Но жаль что всём это зря.       Лицо Джоффри исказилось в замешательстве, в то время как Серсея бросила на Тириона взгляд, который мог убить.       — Что это значит? — Спросил принц, наклоняясь вперед.       Королева быстро вмешалась, схватив сына за руку и нежно погладив ее. — Не слушай его, Джоффри. Бес выпил слишком много вина. Он ничего такого не имел в виду, — сказала она, подчеркнув это слово ядовитым взглядом в сторону Тириона.       — Ну же, милая сестренка, — ответил карлик с игривой улыбкой. — Не оскорбляй меня. Я выпил всего две чашки. На кого я похож? На зеленого юнца, который никогда не пробовал вина? — Он поднял свой кубок и сделал маленький глоток, встретившись взглядом с Джоффри, который нахмурился.       — Дорогой племянник. — начал Тирион, понизив голос, как будто делился секретом, хотя это было достаточно громко, чтобы все услышали. — Боюсь, ты никуда не отправишься.       — ЧТО?! — взревел принц, его лицо побагровело от гнева.       Серсея бросила на брата убийственный взгляд, но он проигнорировал ее, наслаждаясь моментом больше, чем следовало бы.       — Верно, — ответил Бес, и его улыбка стала шире. — Я слышал от многих солдат, что они сомневаются, что ты вообще выйдешь на поле боя. Некоторые даже шепчутся, что ты, возможно, недостаточно храбр.       В зале Малого Совета повисла напряженная тишина. На этот раз Мизинец, казалось, не находил слов, его обычная ухмылка исчезла. Лорд Ренли, с другой стороны, выглядел так, как будто он полностью наслаждался зрелищем. Мейстер Пицель, сгорбившись на своем месте, хранил молчание — то ли наблюдая, то ли, возможно, умер, поскольку Тирион не всегда мог быть уверен. Сир Барристан стоял у стены с таким видом, словно предпочел бы оказаться где-нибудь в другом месте.       — Я ХРАБРЫЙ! — взревел Джоффри, его лицо стало пунцовым, под стать вину, которое Тирион с удовольствием потягивал.       — О, я не сомневаюсь в этом, дорогой племянник. — сказал полумуж ровным голосом. — Но если ты действительно хочешь это доказать…       — Мы достаточно наслушались твоих мерзостей. — резко оборвала его Серсея. Ее взгляд мог бы расплавить сталь, когда она быстро поднялась и наклонилась, чтобы прошептать сыну, призывая его покинуть комнату и вернуться позже.       Но Джоффри, с лицом, искаженным чем-то близким к безумию, проигнорировал мать. Он повернулся к Бесу, его глаза сверкали. — О чем ты говорил, дядя?       Тирион поднял брови, не теряя ни секунды. — Я просто хотел сказать, что если ты отправишься на войну бок о бок со своим отцом, то докажешь всем, какой ты храбрый. И, — сладко добавил он, — твой отец будет тобой гордиться.       При упоминании о гордости Роберта выражение лица Джоффри смягчилось, всего на мгновение. Он выпрямился, выпятив грудь от смеси высокомерия и предвкушения. — На этот раз ты сказал что-то полезное, дядя, — усмехнулся Джоффри, переключая свое внимание на сира Барристана. — Сир Барристан, я хочу начать свое обучение завтра. Пришло время показать всем, что я сын своего отца.       Сир Барристан оттолкнулся от стены, выражение его лица было болезненным, но послушным. Он натянуто улыбнулся. — Конечно, ваша светлость. С вашим присутствием тренировочный двор засияет еще ярче.       Грудь принца еще больше раздулась от такой лести, он был явно доволен. Тирион слегка удивленно приподнял бровь. Что ж, это что-то новенькое. Барристан не был известен своей сладкоречивостью, но, похоже, даже старый рыцарь пытался пережить безумие Джоффри.       Прежде чем Бес успел задуматься над этим, двери распахнулись. Комнату наполнил безошибочный запах алкоголя, возвещающий о прибытии короля Роберта Баратеона.       — Ваша светлость. — пробормотал совет, приветствуя его, когда он неуклюже прошел через зал к своему месту. Его лицо было мокрым от пота, а от невыносимого запаха Тириона чуть не стошнило. Он не мог понять, почему Роберт не потрудился умыться, прежде чем наполнить комнату своим зловонием.       Король со стоном опустился на стул, его глаза были налиты кровью и потускнели, и Бес подавил желание закатить глаза. Король выглядел как человек, только что вылезший из бочки с элем, и, как бы Тирион ни наслаждался зрелищем, он не мог не задаться вопросом, как долго продержится это жалкое подобие короля.       — Мы готовимся к войне? Я хочу раздавить этого Таргариена! — проревел Роберт, ударив своим мясистым кулаком по столу с такой силой, что полумуж почти ожидал, что дерево расколется.       — Да, брат, — ответил Ренли с уверенной улыбкой. — Я отправил ворона в Хайгарден. Их войска встретят нас возле руин Летнего Замка, а оттуда мы отправимся прямиком в Дорн. Его слова были полны самоуверенности, но Тирион не смог удержаться и разочарованно покачал головой, задумчиво постукивая по столу бокалом с вином.       — У вас есть идея получше, лорд Тирион? — Голос Ренли сочился презрением, когда он произносил свое имя, но Ланнистера это не беспокоило. Он хлопнул в ладоши, подзывая слугу.       — Принеси нам карту, мальчик, — приказал Тирион. Через несколько мгновений слуга вернулся, развернул карту на столе и тихо вышел из комнаты.       — Лорд Ренли, — начал Тирион спокойным, но резким голосом. — Я знаю, что Простор может похвастаться самой большой армией, но не стоит недооценивать силу стратегии. Тысяча человек под правильным руководством может победить пять тысяч. Победа не всегда на стороне самых крупных сил, она на стороне самых умных. Тон Тириона был почти покровительственным, как у взрослого, отчитывающего ребенка, и лицо Ренли потемнело от едва скрываемого раздражения.       — Тогда в чем ваш грандиозный план?       — Я поведу свои армии в Дорн. Я сделаю то, что не смогли Таргариены, — похвастался Ренли, выпячивая грудь, его слова были полны высокомерия. Бесу было до боли ясно, что молодой Баратеон не воспринимал угрозу со стороны дорнийцев всерьез. Он вел себя так, как будто одного их количества было достаточно, чтобы сокрушить Дорн, как будто один лишь размер гарантировал победу.       Тирион покрутил бокал с вином, и хитрая улыбка тронула уголки его губ. — А, планируешь преуспеть там, где потерпели неудачу драконы? Мощно. Скажи мне, будешь ли ты покорять Дорн своим безупречным чувством стиля или остротой своего остроумия на пирах?       Ренли нахмурился еще сильнее, но прежде чем он успел ответить, Тирион продолжил:       — Простите меня, я просто обеспокоен, — сказал Тирион, и в его голосе прозвучала фальшивая искренность. — Я просто надеюсь, что ваши солдаты так же очарованы вашим обаянием, как и вы сами. Дорнийцы славятся своей стойкостью. Но, возможно, они сдадутся при виде ваших великолепных знамен, развевающихся на ветру.       По залу пронесся тихий смешок, лорды наслаждались колкостью Тириона. Он поднял свой кубок в шутливом тосте. — Посвящается Ренли Баратеону — человеку, который покорит Дорн, где даже драконы потерпели неудачу.       — Хватит, карлик. — прорычал Ренли, его лицо покраснело от гнева.       Терпение Роберта иссякло, и он переключил свое внимание на Тириона. — Твой отец прибыл сюда, чтобы помочь нам в этой войне, но раз уж ты взял на себя смелость оскорблять моего брата, что насчет тебя? Каков твой гениальный план борьбы с Дорном?       Тирион наклонился вперед, водя пальцами по карте. — Самая сильная сторона Дорна — это его местность. Единственный реальный проход в их земли — через Узкую Змею, — сказал он, указывая на узкую тропу, петляющую через горы и холмы. — Вести армию через это место — самоубийство. Даже имея сто тысяч человек, вы потеряете людей на всем протяжении этого маршрута.       Он помолчал, затем продолжил. — Мой план прост: выманить дорнийскую армию из Дорна. Пока они остаются на своей территории, они почти непобедимы. Но если мы сможем заманить их, скажем, в Ночную песню, — он указал большим пальцем на ближайший к Узкой Змее замок, — мы сможем устроить им засаду. Нанести сильный удар, разбить их армию, подорвать их боевой дух. Но нам нужна подходящая приманка. Кто-то важный. Кто-то, кого мальчик Таргариенов отчаянно захочет убить. Если мы сможем его уничтожить, война будет практически выиграна.       Роберт откинулся на спинку стула, явно довольный, в то время как Ренли и Серсея выглядели так, словно проглотили что-то кислое.       — И кем именно вы готовы рискнуть, чтобы этот план сработал? — Вмешался Мизинец, его улыбка была полна интриги. — Это должен быть кто-то, кого Таргариен отчаянно хотят убить.       Губы Тириона растянулись в медленной улыбке.       Позже       Роберт Баратеон стоял в своей палатке, солнечный свет отбрасывал длинные тени на его массивную фигуру, пока он пытался влезть в доспехи. Его некогда могучая грудь, размякшая за годы пиршеств и пьянства, напряглась под ударами холодной стали. Пот капал с его лба, а толстые пальцы теребили кожаные ремни, казавшиеся слишком маленькими для человека, который вырос намного крупнее, чем тот воин, которым он когда-то был.       — Семь кругов ада! — взревел он, и его голос эхом отразился от парусиновых стен. Он яростно дернул неподатливую пряжку на поясе, его лицо покраснело от напряжения. — Кто, во имя богов, сделал эти чертовы доспехи? Он был создан для мальчика или для настоящего мужчины?       Роберт в отчаянии топнул ногой. Он рванул нагрудную пластину, пытаясь вставить ее на место, но это было бесполезно. Доспехи, которые когда-то облегали его в расцвете сил, теперь были слишком тесными для тела, размякшего за годы изнеженности. Он прерывисто дышал и тихо ругался.       — Черт побери! Черт бы побрал эти проклятые доспехи! — Он дернул за ремешки, оскалив зубы от злости и смущения. — И черт бы побрал этих чертовых Таргариенов! Если бы не они, я бы не оказался в этом проклятом положении!       Барристан Селми, стоявший в нескольких шагах от него, наблюдал за этим зрелищем с тяжелым вздохом, качая головой в тихом разочаровании. Легендарный королевский гвардеец видел Роберта в дни его славы.       Барристан не питал особой любви к этому человеку, но никто никогда не сможет сказать, что когда-то он не был Могучим Войном. В конце концов, не каждого называют Демоном Трезубца. Однако, прямо сейчас Роберт Баратеон был не таким уж и могущественным.       — Возможно, если вы… — начал Барристан, пытаясь дать какой-нибудь совет.       — Я знаю, как носить доспехи, старик! — Роберт резко оборвал его. Он вышел из себя и с громким лязгом швырнул нагрудник на землю, заставив Селми поджать губы. — Мне не нужны твои проклятые советы! Я сражался в битвах! Я был тем, кто убил твоего драгоценного серебряного принца!       Джейме Ланнистер ждал снаружи шатра, скрестив руки на груди, и в уголках его рта играла ухмылка, когда он слушал тираду Роберта. Он слышал ворчание короля, проклятия и время от времени лязг доспехов — Роберт сражался с собственным телом. Джейме с легкостью облачился в свои доспехи и теперь небрежно прислонился к столбу, ожидая появления короля. Он знал, что лучше не вмешиваться, но не прочь был бы увидеть, как король борется со своими доспехами.       Роберт снова выругался, на этот раз громче. — Будь прокляты Таргариены. Я сам убью этого ублюдка!       Лицо Барристана напряглось при упоминании о Таргариенах, хотя он ничего не сказал. Он просто покачал головой, в его глазах отразился груз прожитых лет.       Роберт больше не был тем воином, который сокрушил принца Рейгара своим боевым молотом; теперь он был королем, раздавленным собственной чрезмерностью.       Баратеон, наконец, сдался и, тяжело дыша, отбросил в сторону обломки доспехов. Он вытер лоб, его гнев все еще кипел, когда он посмотрел на Барристана, провоцируя его что-то сказать.       — Черт возьми, — пробормотал Роберт, прислоняясь к столу, его грудь тяжело вздымалась. — Как, во имя семи кругов ада, я могу так сражаться?       Селми заколебался, не отводя взгляда. — Когда-то вы были великим воином, ваша светлость. Но битвы выигрываются не только с помощью доспехов.       Роберт нахмурился, схватил со стола графин с вином и сделал большой глоток. — Скажи это Джейме чёртовому Ланнистеру. Этот человек ждет снаружи с таким видом, будто готов пуститься в пляс, в то время как я торчу здесь, как блядский поросенок. Он вытер рот и с громким стуком поставил бутылку на стол.       Джейме, подслушавший слова короля снаружи палатки, не смог удержаться от смешка. Что бы ни случилось, это будет настоящее шоу.       Позже       Звон стали эхом разнесся по двору, когда Ланнистер отскочил назад, уклоняясь от тяжелого удара Роберта. Король, тяжело дыша, со свирепым рычанием опустил свой боевой молот, земля содрогнулась в том месте, куда он приземлился, но Джейме уже двигался, легко держась на ногах, его меч все еще оставался нетронутым.       — И это все, на что вы способны, ваша светлость? — Поддразнил блондин, уклоняясь от очередного резкого удара. — Я помню, что вы были быстрее. Или, возможно, вино, наконец, взяло свое.       Роберт зарычал, его лицо раскраснелось от напряжения, на широком покрасневшем лбу блестел пот. Он снова поднял молоток, его тяжесть заставила его на мгновение пошатнуться, прежде чем он отчаянно взмахнул им в сторону. Джейме легко развернулся, его золотые доспехи сверкнули на солнце, а наполовину обнаженный меч остался в стороне от поединка.       — У тебя всегда был острый язычок, Ланнистер. — фыркнул Роберт, с трудом переводя дыхание. — Давай посмотрим, так же ли быстро ты двигаешься.       Взревев от разочарования, Баратеон бросился вперед, опуская свой боевой молот обеими руками. Удар был мощным, но небрежным — Блондин мог заметить его за милю. Он просто отступил в сторону, наблюдая, как молот врезался в землю там, где он стоял всего секунду назад. Король споткнулся от силы собственного удара и едва не потерял равновесие.       Губы Джейме скривились в усмешке. — Этот боевой молот, может, и раздавил грудную клетку, но меня он не тронет, если вы будете продолжать так замахиваться.       Роберт сплюнул на землю, его глаза сузились от ярости. Его руки крепче сжали рукоять молотка, и он снова атаковал, на этот раз медленнее, его ноги явно протестовали против такого напряжения. Джейме нырнул под сильный удар, его движения были плавными и грациозными, как у льва, играющего со своей добычей.       — Я сражался в большем количестве битв, чем у тебя было любовниц, Ланнистер! — Прорычал Роберт, упираясь ногами и снова замахиваясь. — Я раздавлю тебя, как…       Прежде чем Роберт успел закончить фразу, Джейме проскользнул ему за спину, полностью обнажив меч. Ухмыльнувшись, он постучал лезвием по ноге Роберта, отчего король слегка наклонился вперед.       — Ты раздавишь меня? Это до или после того, как ты упадешь в обморок от усталости? — блондин язвительно заметил, его голос был легким и насмешливым.       — Ты высокомерный придурок. — выплюнул Роберт между вдохами.       Джейме лишь пожал плечами. — Возможно. Но я все еще стою на ногах.       — Еще раз, — приказал Роберт громким голосом.       Проведя остаток дня за тренировками, Джейме заметил, что удары Роберта становятся все быстрее. Пока что он все еще был медлителен, но он подумал, не стоит ли ему убить его, пока он не стал проблемой для Истинного короля.       Тирион — Позже       — Что ты здесь делаешь, брат? — Тирион поднял взгляд от стопки книг, разложенных перед ним, и легкая улыбка тронула его губы при виде Джейме. Блондин вошел в комнату, где Бес удобно расположился на мягком диване. Рядом на его кровати спала обнаженная шлюха, ее обнаженные груди прижимались к матрасу.       — Просто рассказываю о завоеваниях Эйгона и многочисленных войнах дорнийцев против дома Таргариенов. — небрежно ответил Тирион, возвращая внимание к книге, которую держал в руке. Джейме сначала ничего не сказал, просто придвинул стул поближе к дивану и сел рядом с братом.       — Там есть что-нибудь, что могло бы нам помочь? Спросил блондин, с любопытством разглядывая страницы.       Тирион ответил не сразу. Он продолжал читать, пробегая глазами по тексту, прежде чем разочарованно вздохнул. Он отбросил книгу в сторону, позволив ей упасть на пол, и взял другую из стопки, которую собрал. — Что-то не сходится. — пробормотал он себе под нос.       Джейме приподнял бровь. — Что именно не сходится?       — Этот Таргариен, кем бы он ни был… Либо он скрывает что-то важное, либо он полный идиот. — сказал Тирион, наконец оторвавшись от книги. Джейме нахмурился.       — Ты не думаешь, что он лжет о том, кто он такой? — Спросил Джейме.       Тирион долго и задумчиво смотрел на брата, прежде чем ответить. — Нет. Я не думаю, что он лжет, брат. — Его тон был серьезным, что было редкостью между ними. Тирион мог солгать многим людям, иногда даже самому себе, но не Джейме. — Я знаю, как ты относишься к Элии Мар…       — Давай не будем говорить об этом. — резко оборвал его Джейме, сжав челюсти.       Тирион осознал свою ошибку и быстро сменил тему. — Я думаю, этот мальчик что-то скрывает от всех нас. Что-то важное, — сказал он, понизив голос. Джейме наклонился ближе, его любопытство было возбуждено.       — Почему? Последний Таргариен, которого я встречал, был Безумным Королем. Не думаю, что они известны своей гениальностью. — насмешливо заметил блондин Тириону.       — Обычно я бы согласился с тобой, Джейме, но сейчас все по-другому, — ответил Тирион с ноткой напряжения в голосе, потягивая вино. — Этот Джейхейрис Таргариен, вероятно, не может быть уверен, что у него хватит сил только с Дорном, чтобы сразиться с остальным Вестеросом. Старки, возможно, не решаются вступить в бой, но у лорда Старка не будет особого выбора в этом вопросе. Итак, либо этот парень — возрожденный Эйрион Яркое Пламя, либо он скрывает что-то, что может склонить чашу весов в этой войне. Что-то достаточно могущественное, чтобы это сделать.       Джейме, не мигая, уставился на него. — Что, например? — спросил он после минутной паузы.       «Дракон», — чуть не ляпнул Тирион, но вовремя спохватился — это прозвучало абсурдно. — Может быть, в Эссосе его ждет армия. Множество отрядов наемников будут сражаться за Таргариенов.       — Типа Золотых Мечей?       — Никогда, — усмехнулся Тирион, чуть не поперхнувшись вином. Он промокнул рот салфеткой. — Золотые Мечи никогда бы не последовали за Таргариенами. Они преданы Блэкфайрам. Слава богам. Барристан отрубил голову последнему из них — или мне следует сказать «головы»? Вторая, возможно, не в счет, она, должно быть, был совсем маленькой. — Джейме усмехнулся, услышав, как его брат прошелся по Мейлису Ужасному.       — Зачем ты на самом деле здесь, брат? Тебя послала наша дорогая сестра? — Поинтересовался Тирион, приподняв бровь.       — Я слышал о том, что ты сказал Джоффри во время заседания Малого Совета. Он рвется на войну, и мы готовимся сразиться с Таргариенами. Серсея не из тех, кто прощает, если с ним что-то случится, — серьезно предупредил Джейме.       — Возможно, мальчик Таргариенов прячет дракона. — Внезапно добавил Тирион, не заметив, как напрягся Джейме.       — Драконов больше нет, Тирион. — На этот раз в его голосе не было веселья.       — Ты этого не знаешь, Джейме. — Добавил Бес.       — Итак, ты думаешь, что у мальчика есть дракон, и ты готов отправить Джоффри сражаться с ним.       Тирион усмехнулся, взбалтывая вино. — О, я бы не стал слишком беспокоиться. Если Джоффри столкнется с драконом, возможно, зверь примет его за особенно шумную и надоедливую закуску. Это могло бы принести нам немного тишины и покоя.       Блондин ухмыльнулся. — Как бы заманчиво это ни звучало, Серсея была бы недовольна.       — Возможно, нам удастся убедить дракона перейти на нашу сторону. Любят ли драконы вино? Я мог бы предложить бочонок нашего лучшего вина. Это могло бы стать началом прекрасной дружбы.       Джейме тихо рассмеялся. — Я бы заплатил, чтобы увидеть, как ты ведешь переговоры с драконом.       — Что ж, я известен своим красноречием, — подмигнув, сказал Тирион. — А если это не удастся, я всегда смогу отвлечь его с помощью обаяния Джоффри.       — Вот за этой битвой я бы понаблюдал, — согласился блондин, и его глаза весело заблестели.       — Рад, что мы с тобой согласны, — ответил Тирион, поднимая свой кубок в шутливом тосте. — За единство семьи и за то, чтобы нас не поджарили заживо.       — За то, чтобы тебя не поджарили, — эхом отозвался Джейме, чокаясь своей чашкой с чашкой Тириона.       Они оба сделали по глотку.       Джейхейрис Таргариен — На берегу       Джейхейрис стоял один на краю берега, теплый дорнийский ветер трепал его волосы, его взгляд был устремлен к горизонту.       Внезапно небо расколол шум — неестественный, ритмичный раскат грома, похожий на хлопанье огромных крыльев. Джон с улыбкой посмотрел вверх. Небо над ним потемнело еще больше, и он заметил вдалеке что-то огромное.       Это был дракон — огромный и внушающий ужас. Его крылья хлопали с такой силой, что воздух вокруг него сотрясался. Существо кружило над ним, его огромная фигура заслоняла солнце, когда оно описывало медленные, обдуманные дуги, словно изучая одинокую фигуру внизу.       Джей остался на месте, не сводя глаз с дракона. Завершив круг, дракон начал снижаться, приземлившись с грохотом, от которого земля задрожала под ногами принца.       — Ты утверждаешь, что ты мой племянник? — спросила она с сомнением в голосе.       — А вы, должно быть, моя дорогая тетя, принцесса Дейенерис Таргариен, — ответил Джей с широкой улыбкой. Несмотря на то, что он стоял в тени могучего дракона Каннибала, он не выказывал ни малейшего страха.       — Королева Дейенерис, — резко поправила она, прищурив глаза.       — Боюсь, что нет, — невозмутимо возразил Дже. — Дядя Визерис лежит где-то мертвый в земле? Даже если это так, я рядом, так что нет, ты остаешься принцессой. — Его голос был спокоен, уверен и непоколебим, даже когда дракон издал глубокий угрожающий рык. Зеленые глаза существа впились в Джона, но он не дрогнул.       — Ты не похож на Таргариена, — заметила Дейенерис, все еще сидя верхом на своем драконе, и ее скептицизм был очевиден. Но, встретившись с ним взглядом, она наконец заметила знакомый фиолетовый оттенок в его глазах — точно такой же, как у нее. И все же этого было недостаточно, чтобы убедить ее.       — Тогда ты не знаешь всей истории нашего Дома, принцесса, — ровным голосом начал Джей. — У Дункана Малого были черные волосы. У Бейлора Таргариена по прозвищу Сломанное Копье были черные волосы. У Рейнис, Почти Королевы, тоже были черные волосы. У Дейрона «Пьяницы» Таргариена были каштановые волосы. И бастарды Рейниры от Харвина Стронга — хотя они и были бастардами, они все равно были наполовину Таргариенами, и у них у всех были темные волосы. У моей сестры, у моего отца были отношения с Элией Мартелл? Сам принц Оберин сказал мне, что у нее тоже были темные волосы. — Джейхерис перечислила многих Таргариенов, у которых не было белых волос. Он был уверен, что пропустил одну или две, но это не имело большого значения.       Дейенерис нахмурилась. Его доводы имели смысл, но она еще не была готова уступить. Прежде чем она смогла возразить ему еще раз, ее ушей достиг знакомый звук, доносившийся с небес над головой. У нее екнуло сердце.       — Ты хочешь доказательств того, кто я такой? — Спросил Джон, и на его лице появилась хитрая улыбка. — Что ж, она будет единственным доказательством, которое тебе нужно.       Глаза Дейенерис расширились, когда из облаков спустился второй дракон. Этот был ярко-красным с черными крыльями, меньше Каннибала, но все равно представлял собой устрашающее зрелище. Земля задрожала, когда дракон приземлился позади Джея, его голова, словно защищая, нависла над ним, прищуренные фиолетовые глаза были устремлены на Дейенерис и ее собственного дракона, Кровавое Пламя.       Принцесса оглядела открывшееся перед ней зрелище. Второй взрослый дракон — зрелище, которое она никак не ожидала увидеть так скоро. Ее племянник стоял под защитой дракона, и это было неоспоримым доказательством его слов.       — Принцесса Дейенерис. — сказал Джон твердым голосом. — Это Рейникс, Красная Фурия.       Дейенерис потеряла дар речи. Теперь это было невозможно отрицать. Племянник, в котором она сомневалась, стоял перед ней с драконом за спиной, и правда пришла вместе с ним.